Читаем без скачивания Утраченное звено (сборник) - Игорь Росоховатский

И под этот всеобщий смех ученые даже не заметили, как исчез с трибуны студент, а вместо него появился сам виновник переполоха.

Взобравшись на трибуну, «заяц» оказался как бы в глубоком окопе, из которого видел лишь галерку и потолок. Пришлось ему стать рядом с трибуной. Дождавшись, пока стихнет смех, «заяц» что-то произнес и замахал руками, но люди в зале не слышали его слов. Тотчас на сцене появился человек в синем комбинезоне, и Женя попросил дать ему переносной микрофон вместо установленного на трибуне.

— Извините меня, что я не выступил раньше, — начал он, — и не сказал вам: нет никакой загадки. Ученые выяснили, что память у меня феноменальная. Подобную память демонстрируют различные люди, когда показывают психологические опыты. Нам говорят, что тайна заключается в ином. Как мог я совершать открытия, не имея надлежащих знаний? Но в том-то и дело, что знания у меня были и по теории мостостроения, и по физике частиц, и по химии коллоидных растворов и еще по всякой всячине. Конечно, я не знал ни одной из этих областей так глубоко, как специалист, но зато мои знания распространялись на смежные области. Все мы помним, что наука только условно делится на математику и химию, физику и литературу, а на самом деле она едина, как природа, которую изучает. И законы ее тоже едины. Например, законы гармонии равно применимы и в поэзии, и в мостостроении, в математике и в оптике.

Меня можно назвать энциклопедическим дилетантом. Это свойство позволяло мне легко делать открытия там, где специалисты оказывались в тупике. Но главное было в том, что знания скапливались у меня, да и у многих моих сверстников, не в активной памяти, а в подсознании. Они располагались там как попало, не разделенные перегородками и не разложенные по полочкам. В нужный момент я извлекал их интуитивно, но, как оказалось, безошибочно. Так копил знания об окружающем Дерсу Узала, а в минуты опасности действовал молниеносно и почти всегда успешно.

Вы удивляетесь, почему это мы, дети, теперь так быстро взрослеем — и физически, и психически. Вы спрашиваете: откуда взялись миллионы этих акселератов и акселераток, вы ищете причины в витаминах, в хорошем питании. Эти силы вы изучили. Но ведь главную причину следует искать не здесь. Есть другая сила, тоже знакомая вам, но проявления ее изучены еще меньше, чем последствия загрязнения окружающей среды. Это — _поток информации_, извергающейся на нас постоянно. Откуда? Источник общеизвестен.

Попробуйте подсчитать, сколько битов информации дает каждую секунду голубой экран телевизора. Память и подсознание взрослых людей уже загружены, и эти биты проносятся мимо. Кроме того, ваш мозг настроен на выборочное запоминание. А в наших кладовых ума места много, информация оседает в них, скапливается хаотично.

В случае со мной поток действовал особенно интенсивно, ведь я в течение долгих лет был прикован к постели и обладал феноменальной памятью, а телевизор в моей комнате выключался лишь на ночь. Я смотрел и слушал пьесы-сказки для самых маленьких, передачи для пенсионеров, лекции для слушателей вечерних университетов, трансляции научных конгрессов и съездов писателей, кавээны и огоньки, «А ну-ка, парни»…

Не надо искать причины загадки феномена в мутациях и космосе. Лишь стократно умноженный _поток информации_ и необычная память создали Феномен Иванихина. Впрочем, ежесекундно и ежеминутно тот же поток создает миллионы умственных акселератов из моих сверстников.

Хорошо это или плохо? Думаю, что хорошо. Но к появлению таких феноменов человечество должно быть готово. А мы знаем, что каждое явление имеет несколько сторон и множество близких и отдаленных последствий. Сумеем ли мы их предугадать?..

ПРЫГНУТЬ ВЫШЕ СЕБЯ…

1

Струи густых испарений тянулись из потрескавшейся почвы. Они изгибались, похожие на танцующих змей, сплетались в клубок, раскачивались… Струи постепенно иссякали, и вот клубок уже танцевал на одном прозрачном стебле, затем отрывался и плыл над скалами и чахлыми кустарниками, переливаясь радугой меняющихся красок. Блекло-сиреневые, светло-синие, грязно-серые — сплошные полутона, ни одного четкого цвета. Из плывущего клубка то и дело высовывались «змеиные головы»…

— Забавно! — Олег улыбнулся.

Ант отвел глаза и кивнул. Он подумал: «Ты ведь воспринимаешь это иначе. И улыбка у тебя плохо получилась. Она — солдат, который не смеет ослушаться приказа, хотя у него дрожат коленки». Вытянул руку:

— Посмотри.

Олег тщетно вглядывался вдаль: он видел лишь танцующие струи.

— Извини, — с досадой проговорил Ант. — Я забыл, что ты не можешь отсюда увидеть. До того места около двадцати километров. Полетели!

И, уже взлетая, легко подхватил Олега.

— Все-таки здесь можно дышать, — будто споря, с кем-то, сказал Олег. Он то надевал, то снимал шлем. Повторил упрямо: — Если привыкнуть, то можно.

— Не вертись, уроню, — пригрозил Ант, зорко высматривая что-то внизу. Он сделал несколько кругов и опустился у полуразвалившегося сооружения с бойницами.

— Их следы?! — Олег был крайне удивлен и лихорадочно пытался разобраться. Неужели сразу же наткнулись на то, что искали? Невероятная удача! Правда, неизвестно, какой из двух экспедиций эта крепость принадлежала. Но строили, безусловно, земляне.

Он обошел сооружение, осматривая камни и глыбы пород, из которых оно было сложено.

— Строили для обороны: взгляни на бойницы. Значит, ожидали нападения. Но почему же тогда они не вернулись на корабль, который послужил бы самым надежным укрытием? И где корабль?..

Олег нагнулся, поднял какой-то предмет.

— Смотри, сломанный затвор карабина. Значит, они боролись с биологическими объектами, похожими на нас. Иначе пустили бы в дело генхас, а не охотничьи карабины… Смотри, следы! Отчетливые отпечатки. Вот эти, большущие. Похоже на Миронова! Размер башмаков — сорок пять, не меньше. Поройся в памяти, Ант, ты ведь записал туда сведения об участниках экспедиции. Учти и глубину следа. Миронов весил около ста килограммов…

— Это следы Миронова, — подтвердил Ант.

— Значит — первая экспедиция.

— Слишком часто говоришь «значит», — заметил Ант.

Олег обернулся было с недоумением, но вздохнул и продолжил осмотр. Он явно не находил чего-то важного.

— А где же следы противника? Посмотри, какие прыжки совершал Миронов. Но с кем он сражался? Что ты скажешь?

— Не знаю, — ответил Ант.

Олег поджал губы, выпятил подбородок. «Кажется, мой соратник больше умеет действовать, чем думать…»