— Джо, я уже видеть не могу врачей! — недовольно фыркнула Элизабет.
— Что ж, дорогая, придется еще немного потерпеть, — успокоил жену Джо. — Милая, когда мы отправляемся?
— Прямо сейчас, — мгновенно посерьезнев, заявила Элизабет.
— Не забывай, что нам еще надо собрать вещи, — напомнил Джо.
— Во-первых, нам надо не так уж и много с собой брать, — начала Элизабет. — А во-вторых, я уже обо всем побеспокоилась.
— Ты хочешь сказать, что упаковала вещи, даже не поговорив со мной? — спросил Джо, притворно насупившись.
— Милый, неужели ты не согласился бы? — Элизабет невинно смотрела на мужа широко распахнутыми глазами.
— Конечно, я всегда готов исполнить все твои желания, Бекки, но сейчас в «Косметикс Маркет» довольно напряженная ситуация. Исчезла Келли, с Паолой произошел несчастный случай, конец месяца — надо проводить учет… — Джо так увлекся перечислением своих забот, что не заметил, что Элизабет уже направлялась к двери столовой.
— Милый, — обратилась она к нему, обернувшись, — я более чем уверена, что все твои дела подождут ради нашего малыша. Кроме того, позвони Марте и попроси ее проследить за всем во время нашего отсутствия. Марта уже не раз доказывала свою честность и ответственность.
— Да, Бекки, я как раз собирался ей позвонить, — ответил Джо, поднимая телефонную трубку.
24
— Мм, бесподобно вкусно, — сказал Роберт, попробовав свинину в кляре, приготовленную Паолой.
Она довольно улыбнулась и, чуть смутившись, сказала:
— Моя мама всегда называла это блюдо самой короткой тропинкой к сердцу мужчины.
— Да? Так, значит, женщины все-таки учат друг друга различным ухищрениям, — игриво сказал Роберт. — А я думал, что все знания передаются на генном уровне.
— Роберт, это всего лишь жареное мясо, а не заговоренное вино или восковые куколки с иглами. Никаких ухищрений и черной магии в этом нет. К тому же я абсолютно уверена, что любое блюдо, приготовленное с любовью, имеет особую магическую силу.
— Кстати, о вине. Почему бы нам не выпить по бокалу? Или ты все еще убежденная трезвенница?
Роберт откупорил принесенную им бутылку и разлил рубиновую жидкость по хрустальным бокалам.
На этот раз Паола даже не стала возражать, напротив, она провозгласила тост:
— За продолжение! — произнесла она торжественно.
Роберт удивленно поднял брови.
— За продолжение чего?
— За продолжение нашей любви, жизни. За то, чтобы счастье никогда не кончалось, — уточнила Паола.
— Да, за нас. — Роберт коснулся своим бокалом бокала Паолы.
Раздался мелодичный звон, словно хрустальные колокольчики напомнили двум влюбленным, что они все еще пребывают в волшебной сказке.
Роберт сделал маленький глоток вина и отставил бокал.
После бокала вина на щеках Паолы заиграл румянец, губы слегка увлажнились. Она была весела, шутила и звонко смеялась над шутками Роберта. Он же с восхищением смотрел на эту красивую девушку, с каждой минутой желая ее все сильнее. Роберт с трудом мог представить, что всего несколько дней назад ничего и знать не хотел о женщинах. Тем более о расчетливых красавицах.
Через некоторое время Паола встала, чтобы убрать со стола грязную посуду. Роберт поднялся вслед за ней. Когда Паола наклонилась над столом и протянула руку к тарелке Роберта, он подошел и обнял ее сзади за талию. Его ладони скользили по ее животу. Паола затаила дыхание.
Она ждала этой минуты с того самого момента, когда Роберт позвонил в ее дверь. Но он вел себя на удивление учтиво и отстраненно, как будто пришел на светский раут или на важную деловую встречу, где надо до конца находиться на почтительном расстоянии от хозяина. Паола терялась в догадках, пытаясь объяснить столь странное поведение Роберта. Казалось бы, между ними уже все было сказано, и Паола ждала лишь подтверждения его любви. Да, конечно, вряд ли медицинские бинты добавили ей привлекательности, но Паола надеялась, что ее слабость и некая беззащитность лишь подогреет желание Роберта.
В следующее мгновение она ощутила нежное прикосновение горячего влажного языка Роберта к своей шее. Язык опалил ее кожу возле мочки уха, затем чуть спустился, оставляя на прохладной нежной коже влажный след. Паола запрокинула голову, давая понять Роберту, что сегодня готова исполнить все его желания, быть податливой, как глина в умелых руках гончара.
Роберт принял ее приглашение. Одним резким движением он развернул Паолу лицом к себе и жадно поцеловал. Их губы слились в страстном поцелуе, который, казалось Паоле, мог длиться вечно. Руки Роберта скользили по ее спине, по талии, по бедрам, по груди… Одна рука нырнула под легкую шелковую блузку. Паола затрепетала, когда Роберт расстегнул ее бюстгальтер и его рука, нежно погладив грудь, коснулась соска. Паола обняла Роберта и, слегка раздвинув бедра, прижалась к нему всем телом.
Ее пальцы боролись с ремнем, пытаясь освободить рвущуюся наружу плоть Роберта. Внезапно его горячая рука замерла. Паола открыла затуманенные страстью глаза.
— В чем дело, милый? Почему ты остановился? — спросила она, учащенно дыша.
— Паола, ты уверена, что действительно этого хочешь?
— Уверена, — ответила Паола, прижимаясь пересохшими губами к его мускулистой шее.
Паола быстро расстегнула на Роберте рубашку и начала покрывать легкими поцелуями его могучую грудь. Роберт глубоко вздохнул, когда
Паола взяла в рот его сосок и пощекотала его кончиком языка, рискуя свести Роберта с ума.
— О Боже, Паола… — начал он, но Паола его перебила страстным шепотом:
— Роберт, не говори ничего. Просто люби меня… Люби меня всю ночь… до утра… до потери сознания…
— Но ты еще так слаба… Тебе нужен покой. — Роберт провел рукой по ее волосам.
— Не говори глупостей. Мне нужен только ты. — Паола сняла с него рубашку и бросила ее на ковер. — Роберт, так ты поможешь, в конце концов, мне раздеться? — нетерпеливо спросила она.
Осторожно, стараясь не задеть пораненные руки Паолы, Роберт стал стягивать с нее блузку.
Затем они быстро избавились от оставшейся одежды. Паола продолжала целовать Роберта, ощущая, что теплая волна внизу ее живота пульсирует все сильнее и сильнее.
Она действительно хотела Роберта. Хотела как ни одного мужчину в своей жизни. Только бы стать с ним единым целым, слиться в едином страстном порыве, ощутить внутри себя его твердую пульсирующую плоть!..
Паола приподнялась на цыпочки, обвила руками шею Роберта. Он обнял ее за бедра и осторожно прижал к себе. Паола раздвинула бедра, принимая его в себя. В первое мгновение она почувствовала боль. Роберт замер. Паола обвила ногами его талию, и он держал ее на весу, наслаждаясь единением. Затем, слегка переведя дыхание, Роберт спросил внезапно охрипшим голосом:
