Читаем без скачивания Камешки - Татьяна Гуркало

А он взял и пропал в веселом доме.

Ринка хихикала и утверждала, что его там задушили и сейчас грабят.

Джульетта искренне переживала, что если не дождется его здесь, а поймает в школе, Роан обязательно что-то забудет. Не зря же тетушка Эбиль утверждала, что у молодых мужчин слишком короткая память и, увидев красивую женщину, они тут же забывают о предыдущей красавице. А красивых женщин на улицах города много. Еще что-то напутает. А тут дело жизни и смерти, как пишется в романах.

— Роан, у гулящих девок бывают веснушки? — хриплым шепотом спросили у мага за спиной, когда он дошел до конца улицы.

Роан инстинктивно отскочил, активировал щит и схватился за парализующий амулет. А за спиной оказалась всего лишь Джульетта в компании кудрявой девчонки.

— И что ты там так долго делал? — задала следующий вопрос Джульетта. Потом ойкнула, закрыла рот ладошкой, а когда открыла, опять повторила первый: — Бывают у гулящих девок веснушки или нет?

Роан вздохнул, покачал головой.

Что эта ненормальная опять себе придумала? Пытается гадать на судьбу по веснушкам?

— Бывают, — сказал маг.

— Точно? — явно чему-то обрадовалась Джульетта и тут же повторила свой второй вопрос: — Что ты там так долго делал? — после чего наивно призналась: — Мы тебя столько ждали. Я выпила два кофе и пять чаев, зато вкусных пирожных наелась на месяц вперед и сладкого больше не хочу.

— Что я там делал? — переспросил Роан. — Ты не поверишь. Я бы и сам не поверил.

— Извращенец, — тихонько сказала Джульеттина подруга и посмотрела на Роана с любопытством.

— Ага, — не стал спорить Роан. — Только полный извращенец, избавившись от необходимости переводить одни технические документы, тут же возьмется переводить другие.

— Зачем им технические документы? — опешила Ринка.

— Чтобы правильно пользоваться солями для ванн и научиться делать массаж с горячими камнями, как в банях у кикх-хэй. Их мадам очень понравилось, и она решила подопечных научить, даже брошюру в какой-то бане выпросила. Только она оказалась на языке кикх-хэй. А тут я с приметным кольцом.

Роан вздохнул, почесал затылок и вяло улыбнулся.

— Зато теперь мне всегда будут здесь рады. Где они еще такого дурака найдут?

Ринка хихикнула, а Джульетта посмотрела на дом с гулящими девками с новым интересом. Она даже не подозревала, что даже они чему-то учатся. А тетушка Эбиль еще утверждала, что женщине ничего кроме вышивания и этикета с танцами не нужно. Не зря ее никто замуж так и не взял.

— Я буду учиться, — торжественно пообещала самой себе Джульетта.

Ринка и Роан удивленно переглянулись.

— Что это? — спросил магистр Леска, глядя на Роана сквозь лупу с зеленым стеклом.

Этот вопрос, похоже, становился традицией, как и экзотический вид руководителя. На этот раз Дуэйн Леска замаскировался под земляную жабу. И плащ подобрал подходящего фасона с расцветкой. И выражение лица изобразил подходящее. И поза у него была совершенно жабья. Он присел, расставив колени, нагнулся вперед и рассматривал какую-то травинку сквозь свою лупу, в тот момент, когда к нему подошел Роан. Зато теперь с не меньшим интересом смотрел сквозь зеленое стекло на своего аспиранта. Наверное это был какой-то амулет и магистр действительно видел сквозь него что-то невидимое обычным взглядом, но уточнять и спрашивать Роан не собирался. Тут бы с планом разобраться, а любопытство подождет.

— План это. На год, — сказал Роан.

Магистр скептически хмыкнул.

Потом аккуратно упаковал лупу с чехол, снял перчатки и все-таки соизволил взять несчастный план. Читал он его долго и вдумчиво, изредка загадочно хмыкая.

Роан маялся бездельем. От безделья сначала рассматривал облака. Потом вспомнил об заинтересовавшей магистра травинке и пошел рассматривать ее. Травинка оказалась обыкновенной. Этакий листик-ежик, едва показавшийся с земли. Даже цвет у него был еще светлым. Кустики таких ежиков часто попадаются в степи. Они же ближе к середине лета выпускают длинные стебли увенчанные белыми зонтиками из мелких цветочков. Роану нравился запах этого растения, терпкий такой, с горчинкой, но не полынной, а какой-то другой. А степняки этим растением расстройство желудка лечат. Успешно лечат, надо сказать.

В общем, что такого интересного в этой травинке, Роан так и не понял. Разве что проросла поздно, а так — листик и листик.

— Ладно, — сказал Леска начитавшись в свое удовольствие. — Подойдет. Можешь относить Тельену. И, надеюсь, хотя бы до первого учебного дня я тебя больше не увижу.

— Не беспокойтесь, я найду чем заняться, — пообещал Роан, которому еще надо было сходить на портальную почту и забрать перевод технического текста магистра Диньяра.

А еще Роан собирался выспаться и надеялся, что никто ему в этом деле не помешает. В первую очередь Джульетта, у которой было занятие — она третировала несчастного портного, взявшегося за пошив платья для нее. Она и Роана пыталась подключить к этому третированию, но ему, к счастью, удалось доказать, что ни в фасонах, ни в кружеве, ни в качестве бисера он ничего не понимает.

К сожалению, уходя из сада Роан не догадался обернуться и посмотреть чем там занимается руководитель. Если бы догадался, очень бы удивился. Леска опять смотрел на него сквозь лупу и выражение лица у него было как у кошки, размышляющей, стоит ли воспринимать ежа, как мячик и бить по нему лапой.

— Тельен!

Вопль прозвучал над самой головой обедающего заведующего аспирантурой и он едва не подавился. Откашлявшись, магистр оглянулся, но Лески за спиной не обнаружил. Да и дверь с окном были надежно заперты, не должен был прорваться.

— Тельен!

Магистр Варну вздохнул и отложил в сторону бутерброд. Вот и еще одна дыра в защите кабинета обнаружилась. Коллеги прорваться не могут, зато их голос это делает.

— Тельен! Открывай! Кого ты мне подсунул?!

Варну опять вздохнул и пошел открывать. А то обедать с воплями над головой совершенно невозможно.

Не везет ему с коллегами. То в окно ломятся, то в кабинет. А еще взрослые уважаемые люди.

— Что опять случилось? — спросил магистр Варну, когда Леска, прижимавший к животу здоровенную книгу, гордо вошел в павшую в очередной раз крепость. — Твой аспирант отдал мне план, все сделал вовремя. Что тебе еще не нравится?

— Не нравится?! — искренне удивился Леска. — Ах, да, извини, задумался и отвлекся. Кого ты мне подсунул?!

И бухнул на стол свою книгу.

— Аспиранта я тебе подсунул. Умного, можешь мне поверить. Тебе не на что жаловаться, на самом деле. И так твои выкрутасы очень долго терпели…

— Я не о том. Смотри!

Леска открыл книгу примерно посередине, ткнул пальцем в страницу и выжидающе уставился на Варну. Пришлось посмотреть.

Книга оказалась справочником по родословным аристократических и магических родов, как-либо прославившихся в истории королевства. История была долгой, так что прославиться успели многие и без справочника ни один студент не смог бы написать реферат по этим родам и их деяниям.

На указанной странице красовался герб — расправивший крылья ворон с солнцем в клюве. Чей это герб, магистр Варну понятия не имел, да и не желал иметь. А вот под гербом была схема энергетических потоков. На первый взгляд, вроде обыкновенная, такая у каждого второго мага воздуха — центр смещен к левому плечу, из-за чего им очень удобно скручивать силу в пружину, захватывая такую легкую вещь, как атмосферные газы. Впрочем, из-за этого же смещения воздушники неплохо справляются с зажженным кем-то огнем и совершенно не способны удержать что-то тяжелое, не применяя сложных схем и плетений. Большинство из них даже каплю воды с помощью чистой силы поднять не смогут. Разве что компактный смерчик для этого устроят.

— А это еще что? — сообразил Варну на что ему указывает коллега, через полминуты рассматривания схемы.

В привычном рисунке потоков был небольшой изъян. Потоки, которые должны были соединиться в один, почему-то обрывались не дойдя друг до друга и одна из линий отсутствовала. Или не отсутствовала? Похоже, она была попросту развернута и соединялась не с этими потоками, а вливалась напрямую в центр силы. Во что это должно вылиться, Варну не представлял. Скорее всего либо никакой разницы со всеми остальными воздушниками не будет, либо у этой семьи есть какие-то проблемы с даром. Хотя могут быть варианты. Подобные изменения иногда приводят к тому, что у семьи появляются умения, которые не способен повторить никто другой.

— Это Дановеры, — сказал Леска. — Немногочисленное семейство, в котором бывают либо очень сильные маги, либо очень слабые и крайне редко средние. Отличаются жадностью, упрямством и любовью к интригам. Из сорока семи придворных магов, двадцать три были Дановерами. Даже сейчас один из них придворный, а второй наш неофициальный глава, крутящий официальным, как хочется. Ты не думай, я не против. Сам понимаешь, что без мудрого руководства впавший в маразм Камил такого натворит, что мы и через пятьсот лет не разгребем. Меня другое волнует. Кого ты мне подсунул?!