Глава 13
Когда Ник был женат на Джилли, он редко заходил в ее комнату. Сейчас, переступив через ее порог, он почувствовал себя словно в пустом гостиничном номере. Шторы задернуты, кровать аккуратно заправлена. На покрывале в любимой Джилли серо-бело-лимонной гамме нет ни морщинки. На комоде стоят два хрустальных флакона с духами, на письменном столе у окна — ваза с искусственными тюльпанами.
Включив свет, Ник толкнул дверь в одной из внутренних стен и прошел в гардеробную. Одежду Джилли уже отправили в какую-то благотворительную организацию, сейф в стене пуст. На следующий день после похорон Ник положил драгоценности Джилли на хранение в банковскую ячейку, чтобы передать их Дженни в день ее совершеннолетия.
Надежда на то, что Джилли не унесла все свои секреты с собой в могилу, быстро таяла. В шкафчиках ванной не осталось ничего, кроме фена и нераспечатанных средств гигиены.
Вернувшись в спальню, он проверил ящики комода. Они, как он и ожидал, оказались пусты. Тогда он подошел к письменному столу, заранее зная, что в нем лежит. В первом ящике он нашел бумажник, чековую книжку, загранпаспорт и кредитные карточки, в следующем — лимонно-желтый ноутбуков последнем — коробку для канцелярских принадлежностей, под ней — записную книжку и большой ежедневник в черной обложке. Открыв коробку, он не нашел в ней ничего, что могло бы ему помочь, закрыл ее и, взяв ежедневник, вернул ее на место.
Выдвинув средний ящик, он достал из него ноутбук вместе со шнуром и включил его в розетку. Наконец компьютер загрузился. Через несколько минут Ник нашел в нем файл под названием «дневник» и, открыв его, начал читать.
Следующим утром Ник быстро прошагал по коридору мимо ошеломленного секретаря и без стука вошел в угловой кабинет, принадлежавший его тестю.
Дезмонд Перри сидел за своим столом. Увидев его, он пришел в бешенство. Его лицо стало красным как помидор.
— Какого черта ты врываешься в мой кабинет без предупреждения? — рявкнул он.
Сев в одно из двух кресел напротив его стола, Ник спокойно ответил:
— Вам придется меня выслушать, если вы не хотите лишних проблем.
— Чего ты хочешь?
— Я хочу, чтобы вы велели вашему дружку из «Норт парк» принять от моей сестры и ее мужа арендную плату и вернуть им помещения под их магазины. Еще я хочу, чтобы вы перестали рассчитывать на их часть акций «Валентайнз». — Когда Дезмонд сделал удивленное выражение лица, он сказал: — Да, я вас раскусил. Вы совместно с «Норт парк» планируете использовать землю для строительства новых торговых центров, а вовсе не жилых домов.
— Как ты…
Ник поднял руку:
— Еще вы перестанете со мной судиться за право опеки над Дженни.
— С какой это стати я должен выполнять твои требования?
Ник решил начать с самого главного:
— Дженни не родная дочь Джилли.
— Я знаю.
— В таком случае вы также должны знать, что не имеете на нее никаких прав.
Взяв ручку, Дезмонд начал постукивать ей по столу:
— Моя дочь ее удочерила, следовательно, она моя внучка.
Нику, как обычно, захотелось его ударить, но он сдержался.
— Я пойду на все, чтобы Дженни осталась со мной. Я не хочу, чтобы мою дочь воспитывал человек, чья любовь к собственной дочери выражалась только в дорогих подарках.
Пожилой мужчина часто заморгал, и на мгновение Ник пожалел о своей резкости. Но затем он вспомнил, какой болью были проникнуты слова в дневнике Джилли. Неудивительно, что она, не добившись от него ответной любви, не нашла ничего лучше, чем его купить. Избалованная, испытывавшая эмоциональный голод, Джилли просто не знала других способов.
Они молча смотрели друг другу в глаза, пока Дезмонд не отвернулся.
— Я нашел дневник Джилли. Весьма интересное чтиво, — продолжил Ник. — Она подробно описала в нем все. Даже указала причину того, почему выбрала для искусственного оплодотворения заграничную клинику. В Новой Зеландии с ее строгими законами, касающимися суррогатного материнства, она не смогла бы осуществить свой хитроумный замысел. Давая согласие на то, чтобы мою сперму переправили за границу, я понятия не имел, что ее используют для оплодотворения не моей жены, а суррогатной матери, которую она нашла.
В дневнике также говорилось, что Джилли надеялась с помощью ребенка заполнить эмоциональную пустоту в своей жизни. Это вызвало у Ника чувство вины. Он злился на Джилли за то, что она заставила его на ней жениться, и даже не пытался понять, зачем ей был нужен ребенок.
— Согласно закону, в свидетельстве о рождении должно быть указано имя биологической матери ребенка. Джилли подкупила акушерку, присутствовавшую при родах, чтобы та помогла ей записать Дженни на свое имя. Свидетельство о рождении будет исправлено. — Смерив Дезмонда холодным взглядом, Ник добавил: — Вы хотите, чтобы я публично объявил о мошенничестве вашей дочери? О том, что она лгала мне, своему мужу, о своей беременности и воспользовалась услугами суррогатной матери? О том, что она подкупила врачей, которые без моего ведома оплодотворили моей спермой постороннюю женщину, а не мою жену? О том, что она заплатила акушерке, чтобы подделать свидетельство о рождении? Вы хотите, чтобы люди узнали, как недостаток вашего внимания отразился на ней?
Дезмонд начал возражать, но тут же осекся.
— Вы приложили много усилий, чтобы создать себе репутацию филантропа и любящего отца, — продолжил Ник. — Дезмонд, вы хотите ее запятнать? Хотите, чтобы пресса узнала, как вы откупались от дочери с помощью дорогих подарков, когда она хотела вашей любви? О том, как она подкупила медиков? О том, как она притворялась беременной?
Затаив дыхание, Ник стал ждать. Достаточно ли этого для того, чтобы остановить Перри?
— Нет, — наконец ответил Дезмонд, отшвырнув в сторону ручку. — Я бы предпочел, чтобы ее помнили веселой, жизнерадостной женщиной, какой она была, пока не вышла за тебя замуж.
Ник кивнул:
— Я не подходил на роль ее мужа. В этом нет никаких сомнений.
Ему жаль тех лет, что они с Джилли оба потратили впустую. Из дневника покойной он узнал, что она по-своему его любила и со временем осознала, что их брак был ошибкой. Это было одной из причин, по которой она захотела ребенка. Она думала, что ребенок их сблизит. Что из Ника получится хороший отец. Это глубоко тронуло его. Отныне он будет вспоминать ее с большой теплотой. Ведь она сделала для него кое-что очень важное, за что он всегда будет ей благодарен.
— Внутри ежедневника Джилли я также нашел дополнительное распоряжение к ее завещанию, согласно которому после ее смерти ее акции должны перейти ко мне. Оно было сделано незадолго до рождения Дженни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
