рот не закроется по этому поводу, но сейчас это не имело значения. Покидая обеденную залу, она сквозь зубы взывала к Матери Неба и молилась о спасении.
Я отодвинула тарелку.
– Я все равно не буду есть, – сказала я. – Не знаю, зачем вы меня сюда привели и чего от меня хотите, но я не стану есть вашу еду, мыться в вашей воде и становиться одной из вас. – Я просто хотела узнать, не пытаются ли меня отравить, но такими темпами я умру или от голода, или от жажды.
– Как пожелаешь. – Лорд Воздуха кивнул и положил в рот виноградину со своей тарелки. Крупные красные ягоды выглядели очень вкусно, а я всегда отличалась непомерным аппетитом. Я скрестила руки на груди и продолжала упрямиться.
– Это правда, что ты боишься воды? – неожиданно спросил стражник. На его лице застыло странное, недоверчивое выражение. Я поняла, что смех Касыра был наигранным, когда впервые услышала его.
Я кивнула.
– С каких пор?
Я усмехнулась, как бы говоря, что не знаю. Я чувствовала угрызения совести из-за того, что рассказала свой маленький секрет Сине. Я была уверена, что это связно с тем, как он влияет на эмоции людей и успокаивает их. Никогда прежде я не раскрывала свои тайны с такой легкостью. Может быть, я и была идиоткой, но идиоткой, которая, по крайней мере, умела держать язык за зубами большую часть времени.
– Это интересно, – заметил Касыр. – Видимо, ты получила в наследство долю безумия Водного Королевства. – Он широко ухмыльнулся. Интуиция подсказывала мне, что его следует опасаться. Что-то в его глазах заставило меня отступить.
– Неужели все и правда верят, что водный народ – безумцы? – Чтобы отвлечь внимание от себя, я решила углубиться в другую тему, о которой только и слышала с тех пор, как прибыла сюда. Если я узнаю что-то о своем прошлом, то, возможно, смогу уберечь себя от повторения этого.
– Если говорить о безумии, то нет никакой разумной версии этого. – Стражник напрягся и отвел от меня взгляд. Что-то, о чем он вспомнил, должно быть, сильно обеспокоило его. И теперь меня еще больше интересовала моя история.
– Здесь, кроме меня, нет никого из Водного Королевства, но по дороге я видела некоторых с подобными метками. Их заперли в психушке?
– Мы не вмешивались, но я уверен, что Король Земли позаботился о них, – сказал Сина, уставившись куда-то вдаль. Полагаю, по этим словам можно было сделать выводы.
– И Дарен, должно быть, получил от этого удовольствие, – подтвердил стражник.
– Не такое уж безумие и плохое, раз оно вас так пугает. В конце концов, все вы печетесь лишь о короне и троне.
– Следи за своим языком. Только потому, что мы сейчас вежливы, еще не значит, что мы будем такими и в дальнейшем.
Напряжение между нами возросло до ощутимого уровня. Негативная энергия, которую излучал Касыр в мою сторону, заставила меня поерзать на стуле.
– Ты слышала о великом потопе, Нова? – поинтересовался Сина. Он впервые обратился ко мне по имени. В его мелодичном голосе мое имя прозвучало очень красиво.
– Всемирный потоп? Конечно, я слышала об этом.
– Вот что случается, когда Лорд Воды сходит с ума.
Если бы я сейчас ела, то кусок застрял бы у меня в горле.
– Что вы имеете в виду? – удивленно спросила я. – Хотите сказать, что Лорд Воды вызвал Всемирный потоп?
– Я говорю, что Лорд Воды ответственен за это.
Это оказалось гораздо серьезнее, чем я предполагала; гораздо серьезнее, чем все то, во что я была сейчас вовлечена; гораздо серьезнее, чем все то, что я могла придумать.
– Зачем? – только и смогла спросить я.
– Перерождение, – ответил он, не смущаясь. – Избавление от проблем. Как извержение вулкана, например. – Я думала, он говорил о Помпеях. – Грехи, но уже страшнее, чем в легендах. И человечество сейчас своими дурацкими технологиями провоцирует новую катастрофу. – Он потянулся к бутылке, стоявшей на столе.
– Вы отдаляетесь друг от друга, забываете о любви, взаимопомощи, вере. Вы – несчастные люди, которые думают только о себе и ищут исцеление лишь в наркотиках или таблетках. Вы губите себя, уничтожаете природу и мучаете животных, вы не можете защитить своих детей и презираете женщин. Хочешь поговорить про корону и трон? А разве не вы пытаетесь доказать свою правоту, сидя в четырех стенах, в этих своих гаджетах и телефонах? Разве не вы всех ненавидите и в то же время хотите, чтобы вас все любили и прославляли? – Он бросал мне вызов своей железной твердостью и самообладанием, но я не могла отрицать правдивость его слов.
– Даже если и так, – начала я, – как этому можно помешать?
– Природа мстит, существует определенный цикл творения мира, и с ним нельзя играть. Когда вы даете власть людям, вы также даете им возможность уничтожать. Даже если мы живем в другом королевстве, вдали от вас, мы все равно находимся на одной планете, и большая часть мира Земли состоит из океанов. Когда люди начали загрязнять моря, когда из-за их деятельности начали плавиться полюса и меняться климат, власть Водного Королевства пошатнулась.
– Природа мстит, – прошептала я больше для себя. Природе нужна вода, чтобы жизнь продолжалась. Но люди постоянно черпают воду из земли. Что случится, когда она исчезнет из моего мира, мира людей?
Словно услышав мою внутреннюю борьбу, он сказал:
– Голод охватит людей, засуха и жажда настигнут всех, потому что вы жестоки и эгоистичны. Вы считаете себя выше всех, но не способны быть благодарными, когда срываете яблоко с ветки. – Его резкие слова заставили меня снова поежиться. Мой дедушка часто говорил так, когда поливал цветы в саду. Я часто с ним соглашалась.
– Как же началась эта война, из-за чего? – спросила я. – Про людей все понятно, но почему он напал и на вас?
Касыр лукаво улыбнулся, но глаза Сины затуманились. На его красивом лице отразились какие-то отблески. Воздух в зале колебался в зависимости от его настроения. И хотя мне стало интересно, делал ли он это намеренно или неосознанно, момент был не подходящий, чтобы спрашивать.
– Он не нападал на нас, – пояснил он. – Природа – это земля и вода, огонь и воздух, но обитатели Земли вторглись в границы океана, попросили, потребовали и получили больше, чем им было дано. Вот народ Воды и ответил.
– Значит, это Амон начал войну, а не Лорд Воды? – Эта новая информация поразила меня. С момента моего прибытия они только и делали, что очерняли и принижали меня и королевство, к которому я якобы принадлежала.
– Неважно, кто начинает
