Читаем без скачивания Паутина - Сфинкс

Глядя на эти фотографии, Джинни тут же вспомнила тот день. Ее родители и братья. Все вместе. Не было только Фреда. Но тогда они уже пережили эту потерю, смирились. Тетушка Мюриэль опять брюзжала. Джордж чуть не спалил навес, запустив в воздух огромный фейерверк. Тедди Люпин незаметно для всех стянул со стола бутылку медовухи. Андромеду чуть удар не хватил, когда она нашла маленького внука под столом.

А потом была ночь. Их самая первая ночь. И были руки, заставлявшие стонать и выгибаться. И губы, оставлявшие огненные дорожки на ее теле. Тогда она узнала его. Все его тело, каждый шрам, каждую родинку. И была любовь — такая, что хотелось кричать об этом, или молчать, прижавшись к любимому человеку, который спал рядом, крепко обняв.

Джинни вздохнула, перевернула страницу. Еще одну. Отовсюду на нее смотрели она сама и Гарри — вот они ремонтируют дом. Вот день рождения Гарри. Беременная Джеймсом Джинни в объятиях мужа. Гарри и Рон пытаются без магии собрать кроватку. Гермиона и Гарри склонились над какой-то книгой на кухне.

А вот и Джеймс — черный пушок и широко открытый в крике рот. Он извивается в руках Гарри, пока молодой отец пытается впихнуть его в подгузник. Вокруг летит присыпка, сам Гарри весь уже измазан, а Джеймс проворно машет руками и ногами.

Вот гордо шествующий по улице Джеймс, а на заднем плане — Джинни. Она ждала уже Лили, была некрасивая, но Гарри утверждал, что самая прекрасная. На другой фотографии Джеймс украдкой тыкал пальцем сверток, который был его новорожденной сестрой. Тыкнет — и оглянется.

Вот Гарри и Джеймс ставят качели в саду. Гарри прилагает все усилия, а маленький Поттер просто незаметно рвет траву и пихает за ворот рубашки отцу, склоненному к стойкам.

Джинни листала фотоальбом, словно свою жизнь. Жизнь, полную тревоги и любви. Любви к этому человеку, подарившему ей столько счастья. Счастья и тревоги. Она уже забыла, что значит бояться за кого-то другого. Только за него.

Голова Джинни склонилась на спинку, и она задремала, измученная этими непростыми мыслями. Но даже во сне ее не покидала тоска. Альбом с фотографиями сполз с ее колен и перелистнулся. Со страницы на спящую женщину смотрела ее семья — Гарри с Альбусом на руках, Лили и Джеймс справа и слева от отца. Взгляд старшего Поттера был устремлен прямо, на лицо жены, и хотя вся фотография двигалась, Гарри не шевелился и даже не моргал. А в запечатленных на карточке зеленых глазах была такая же безграничная тоска, что и на душе у спящей Джинни.

Проснулась она, вздрогнув. И первое, что увидела, — мужа, смотревшего на нее с фотографии. Зеленые глаза Гарри Поттера, который всю ночь был на работе, а в это время дописывал отчет, стараясь не заснуть от усталости.

Джинни потянулась, чувствуя затекшие мышцы, поднялась и закрыла альбом, глядя на часы. Начало одиннадцатого. Вот что значит — полночи бродить по дому. Она уже направлялась на кухню, когда в окно гостиной постучалась большая сипуха.

Джинни взяла у совы письмо, с замиранием сердца распечатала свиток и улыбнулась. Письмо от Гарри. Прочла, нахмурилась. Вот до чего доводит человека работа сутки напролет. Он же сам еще вчера попросил Рона отвезти Альбуса к Чарли, чтобы мальчик хоть немного глотнул свежего воздуха и повеселился с любимым дядей, с которым их связывала общая страсть — драконы.

Джинни положила письмо на стол, обрадованная, что они с Гарри пойдут вместе обедать, и поспешила в спальню, чтобы принять душ и переодеться. Когда она надевала свитер, в гостиной раздались шаги.

— Гарри? — удивилась Джинни, выглядывая. Но это был не муж — Рон. Он улыбался.

— Привет, сестренка.

— Ты чего так рано в воскресенье? — Джинни вернулась к зеркалу, чтобы убрать волосы, и смотрела на брата в отражении. — И где твоя жена?

— Думаю, там же, где твой муж, — ухмыльнулся Рон, взяв со столика журнал и без интереса его листая. — Ты же его ждала?

— Нет, не ждала, — Джинни застегнула заколку и повернулась к брату, улыбаясь. — Мы с ним встречаемся в полдень на Косой аллее.

— Понятно, — кивнул Рон. — Жаль. Я хотел с ним поговорить насчет поездки к Чарли.

— Почему жаль? Идем со мной, там и поговоришь. Вы с Гермионой тоже решились?

— Ну, да, будет здорово опять всем вместе, — пожал плечами брат, кидая журнал на столик.

— Тогда ты просто должен пойти и поговорить с Гарри. Он сможет устроить, чтобы Гермионе тоже дали отпуск, — Джинни почувствовала, как тоска рассеивается, а теплое счастье поселяется в груди. — Идем?

— Да, конечно. Во сколько вы встречаетесь? — Рон подал сестре ее сумку.

— В полдень. У нас еще есть время, так что можем зайти за ним прямо в Министерство, — Джинни мимоходом поцеловала брата в щеку, встав на цыпочки, и выпорхнула из комнаты. Пусть в небе не было солнца, но ведь ее ждал обед с любимыми мужчинами — мужем и братом, а впереди маячили две недели в их обществе. На отдыхе. И Гарри будет полностью ее. Весь. Круглые сутки.

Они вышли из дома через дверь, запечатали ее и трансгрессировали к главному входу в Министерство Магии, где вскоре появится и сам Гарри Поттер, торопясь, но уже опоздав.

В Атриуме было немноголюдно — волшебники либо прибыли на рабочие места, либо уже ушли по домам. Джинни приветливо улыбнулась дежурному магу, пока Рон созерцал восстановленный в первозданном виде — до того, как здесь побывали члены Армии Дамблдора и приспешники Волан-де-Морта — фонтан.

— Здравствуйте, я жена…

— Гарри Поттера, я знаю, — дежурный приятно улыбнулся.

— Вы не могли бы его вызвать?

— Конечно, — маг поднялся, взял с полки записку, что-то быстро в ней написал, коснулся палочкой, и служебная записка с грифом Министерства полетела к лифтам.

— Не понимаю, как это Гермиона каждый день ходит мимо этого эльфа и не издала еще указа, чтобы выражение лица бедняги переменили? — ехидно заметил Рон, указывая на подобострастную физиономию домовика.

Джинни рассмеялась.

— Вон идет мистер Туба из Штаба, — кивнул в сторону загорелого мужчины дежурный.

Мракоборец вопросительно посмотрел на Джинни и Рона:

— Вы к мистеру Поттеру?

— Да, я его жена, — улыбнулась женщина. — Джинни Поттер. А где сам Гарри?

— Его нет. На вызове.

— Но он же в ночь дежурил, — изумилась Джинни, немного сердито глядя на Тубу.

— Так получилось. Что-нибудь ему передать? — сурово поинтересовался мракоборец, нетерпеливо притопывая ногой.

— Ну… что я встречусь с ним, как договорились, — пожала плечами Джинни. — Он хоть отдыхал за эти сутки?

Туба промолчал, не имея, видимо, информации об этом.

— Тогда понятно, почему Гарри забыл даже о том, что его сын сейчас у моего брата. С ума сойти, — Джинни с упреком посмотрела на Тубу, а потом повернулась и пошла прочь, кинув:- Спасибо. И до свидания.

Рон махнул рукой и поплелся за сестрой.

— Как думаешь, Гарри успеет вернуться?

— Если бы не успевал, то написал бы и все отменил. Ты же знаешь Гарри, — буркнула Джинни, выходя на улицу. — У нас еще есть время. Пройдемся пешком?

Рон кивнул, и они медленно зашагали в сторону центра. Они болтали об отце, о последних новостях Уизли, о письмах Розы, в которых она рассказывала о вечной проблеме Гриффиндора — Джеймсе Поттере.

Им все-таки пришлось трансгрессировать из тихого переулка на Косую аллею, чтобы не опоздать. Гарри еще не было — наверное, задержался, да и до полудня было еще десять минут. Брат с сестрой сели за свободный столик. Рон только успел заказать кофе для себя и Джинни, как в помещение вошел Гарри Поттер в чуть потрепанной мантии и с диким блеском зеленых глаз. Только что из битвы, с иронией подумала о муже Джинни и улыбнулась ему, когда мракоборец заметил их с Роном. Судя по всему, Гарри не ожидал увидеть здесь Рона — может, зря Джинни его привела? Вдруг Гарри хотел побыть наедине? Но тогда он не просил бы привести Альбуса.

— Привет, — Рон встал и подал руку другу. Гарри пожал ее, не сводя взгляда с Джинни. Что происходит?

— Джинни, можно тебя на минуточку? Мне нужно кое-что сказать тебе, наедине, — проговорил Гарри. Женщина еще больше встревожилась.

Рон стал подниматься:

— Я отойду, возьму еще кофе.

— Нет-нет, сиди, — отозвался Гарри, беря жену под локоть. — Мы на минутку.

Джинни позволила ему себя увести — к задней двери, в темный переулок, налево от тупика.

— Гарри, что случилось? — Джинни не понимала, зачем он ее уводит. — Что…

— Сейчас, — кинул ей муж, увлекая ее все дальше, пока они не вывернули из-за поворота. Джинни не успела разглядеть всего, но яркие желтые глаза из темного угла заставили ее вскрикнуть от ужаса. Но Гарри зажал ей рот, глядя на нее зелеными глазами — чужими зелеными глазами. Она силилась вырваться, достать палочку, вдруг с четкостью осознав, что это не ее муж, что это не его глаза так жадно на нее смотрят, что это не его запах исходит от прижатого к ней тела, не его руки держат ее.