идеей на загородной базе выстроить небольшой, квадратов на 15–20 бассейн, исключительно для отработки ударов, но посетовал, что мигом набегут халявщики, да ещё девчонок приволокут, какие к чёрту тренировки, какой режим.
Пятерка динамовцев приветливо и синхронно кивнула нам с Судоплатовым, продолжая слушать трёп Серёги. Крылечко спортсменов отдельно от нашего «оперативного», метрах в десяти. Так, абсолютно точно — не на одной волне с Пашей борцы, легкоатлеты и боксёры, тот как струна напряжён, чуть тронь — зазвенит, а физкультурники на расслабоне, такое не сыграть.
Машину подогнали одну, никакого сопровождения, а в эмке только водитель, знакомый Николай, никакими особыми навыками скорохвата и костолома не обладающий — типичный шоферюга, фанат американского автопрома, за что даже прорабатывался на комсомольском собрании, хорошо не пришили низкопоклонство перед загнивающим Западом, про космополитизм примерно лет через 10–12 заголосят патриоты державы Российской. Заголосят, если не получится у попаданца-киборга сдвинуть эту реальность на рельсы иные. А посему попадать «в лапы НКВД» категорически нежелательно. Любопытственно, в дороге попробуют взять «по тихой», или в столице, прямиком в кабинете товарища Меркулова?
Не стал откладывать дело в ящик долгий, — как отъехали с километр от «объекта 218» сотворил с Судоплатовым что-то вроде «экстренного потрошения», ну, или «момента истины», это уж гению Богомолову виднее. Нет, не бил Павла Анатольича, не пытал — ухватил сталинского боевика за правый, нервно сжатый кулак и перепрограммировал сознание товарища Судоплатова под работу с суперпрограммой «Слияние и Контроль». В служебном авто имелась перегородка, отделяющая салон от водителя, даже со шторкой. Но задраиваться не требовалось — Николай крутил баранку, заметно напрягшись, дорога то от объекта до трассы не ахти и на пассажиров, ведущих мирную беседу, не обращал ни малейшего внимания.
От введённого в транс чекиста удалось узнать, что поступил приказ «с самого верха» произвести жёсткий захват и допрос наглого английского агента. Вот, значится, дорогой Иосиф Виссарионыч, как ты презлым платишь за предобрейшее! Получил вождь расклад по кораблестроительным программам сильнейших флотов мира (я ж под морского офицера шифруюсь) сведения о разработках радиолокаторов Великобританией и США, подробнейший список германских генералов нелояльных Гитлеру, что уж говорить про атомный проект, каковой скоро станет задачей номер один для великих держав. После чего дал команду «фас», неблагодарный. Эх, Коба, Коба, нехороший ты человек, редиска, как был бандитом, так и остался.
Хотя, по правде, Сталин поступает архирационально, намереваясь «выпотрошить» матёрого шпиона и получить полную ясность на кого всезнайка Бонд-Соколов работает. Даже гипнотизёров, аж сразу трёх нашли, дабы ввести меня в транс и помогать «колоть по полной». И, самое невесёлое, — Майрановский с подручными и «особым чемоданчиком» в любой момент готовы подключиться…
Списать выходит решили ценный источник, категорически не желает Иосиф Грозный с Черчиллем заиметь тайный канал связи. Неужели опасается коллег по Политбюро, пришьют ещё ярлык английского агента, как Берии в 1953-ем. Эти ухари, Каганович да Молотов с Мехлисом могут…
Сам захват, во избежание неудачи (очень уж отменно физически подготовлен объект) проведут прям таки дедовским способом — как зайдём с Судоплатовым в приёмную Меркулова, сверху сеть упадёт, в коей и должен запутаться Александр Бонд-Соколов. Пашу то потом коллеги выпутают, а мне хана…
Хм, помнится, про такое у Бушкова читал, Сан Саныч живописуя приключения «пираньи» Кирилла Мазура как-то тоже запутал супергероя в сеть, которая, цитирую по памяти классика: «главный враг любого рукопашника».
Ну, без ложной скромности, если дойдёт до рукопашной, без применения огнестрела, я в состоянии отмудохать всю Лубянку, сколько бы там народу не находилось. Когда реакция на порядок выше среднего, равно как и «физика», нет особой разницы сколько вражин с кулаками накинутся: пять, полста или пятьсот — херачь супротивников пока не устанешь, пока «жировое депо» восполняет расход энергии. Но ведь непременно подстрелят, не станут усложнять. В 1969 году уж как был уверен в себе, а против разрывной в голову не сдюжил…
Судоплатов, не в силах сопротивляться «Слиянию и Контролю», сдал адрес конспиративной квартиры товарища Берии, да много чего интересного наговорил Павел Анатольевич. Жаль, конечно, но вряд ли в этой реальности дослужится Судоплатов до чинов генеральских, скорее сгинет в подвалах «ГосУжаса» как проваливший операцию. Ладно, своя шкура дороже, а более ранним вызволением Рокоссовского и Королёва, на десять Судоплатовых наработал.
— Коля, — на подъезде к первопрестольной стуканул по стеклу, — тормозни, отлить надо.
Водила не удивился «зашторенности» пассажиров, мало ли — секретные документы изучают, чтоб не углядел чего ненароком шофёр, «занавесились», потому на немного неестественно сидящего Пашу даже не посмотрел, только спросил, уже сделав дело, ширинку застёгивая.
— А Пал Анатольич чего, терпит?
— Ага, силу воли вырабатывает, не ссыт чаще трёх раз за сутки, по методике японских самураев.
Не успел Николай удивиться самурайским несуразностям, как был ухвачен за ухо и погружён в транс. Впрочем, транс это у гипнотизёров или у нарков, а «Слияние и Контроль» работает иначе — мозг получает импульс и начинает подстраиваться под выполнение задач, которые ставит «бригадир», становясь на какое-то время «частичкой» сознания этого самого «бригадира». Выполнит невезучий Коля задачу — доехать до Лубянки, встать там и уснуть, вот и славно. А при пробуждении ни хрена помнить не будет, как и товарищ Судоплатов. В результате Берия получит неопровержимые доказательства сильнейших гипнотических способностей британского шпиона и задумается — а Меркулов и прочие из «Особой группы» не «прокачаны» ли? Видит Бог, не хотел никого подставлять, но се ля ви, ребята и девчата, се ля ви…
Квартира, куда захаживал нарком для бесед с доверенными лицами, располагалась в полукилометре от «ГосУжаса», на третьем этаже бывшего доходного дома, а ныне тут половина квартир отдана под «заежки» наркоматов или же крупных предприятий. У какой конторы одна квартира, у какой две-три и даже более. Удобно — постоянно контингент сменяется, приходят, уходят люди, отмечают получение ордена, нового назначения, не до отслеживания соседей.
А в заежках ещё и «коменданты» в наличии, они же завхозы-электрики-сантехники. Конечно, конспиративную квартиру самого Берии сторожит не сантехник какой, а верный соратник, некто Куприян Абашидзе, отставной чекист с протезом вместо левой ноги. Но ножом Куприян, по мнению Судоплатова, владеет мастерски.
— Куприян Богданович, открывайте, курьер из пятнадцатой поликлиники, готовы ваши микстуры.
— Какая-такая посылка? От кого? — Бл, пароль что-ли сменился, или просто недоверчивый старый чёрт до конца отыгрывает. По времени не успели ещё тревогу поднять.
— От «Второго», скоро сам объявится.
Скромный нарком фигурировал под вторым номером, видимо считая, что «Первым» может быть только товарищ Сталин. Ин ладно, поехали. Держа в правой руке портфель Судоплатова, протянул его в чуть приотворённую дверь, удерживаемую охрененно массивной и прочной цепочкой. Герр комендант недоверчиво озирая незнакомца и знакомый портфель (узнал Пашин «чемодан», узнал, — непроизвольно мимикой показал) потянулся к нему, цепочку так и не сняв. Опытный гад и чуйка отменно работает. Пришлось включаться
