Что-то на этом самом небе привлекло внимание, и старик всмотрелся. Странно, сушеных мухоморов как будто не ел, а видит невозможное. Он потряс головой, но ничего не изменилось – со стороны заходящего солнца к ложбине приближался крылатый конь. Огромный вороной жеребец сильно взмахивал белыми крыльями и злобно ржал. Всадник был ему под стать – гигант с волосами цвета крыла ворона. Распущенные волосы бились на ветру и казались черным вихрем, несущимся следом.
Старый шаман медленно встал – впервые в жизни у него дрожали ноги. Небесный Воин пришел за его душой?! Значит, древние легенды правдивы? За немногими избранными и в самом деле приходят в момент смерти Небесные Воины, чтобы забрать их собой в небо? Он зачарованно смотрел, как крылатый конь опускается на землю неподалеку. Всадник спрыгнул на землю и направился к старику. Странно, но у него не было оружия, вместо меча за плечами висело что-то напоминающее дойру.
– Абудай Белый Мустанг! – грянул наполненный силой голос, заставив шамана вздрогнуть. – Ты оказался достоин чести войти в Небесную Стражу!
– Благодарю тебя за это известие, Небесный Воин, – низко поклонился старик, отступая на шаг. – Но я не герой и не великий каган, я всего лишь акын и шаман.
– Только акын может стать одним из нас, – коснулась губ того почти незаметная улыбка. – И я тоже не воин, скорее – Страж. Клинок в руках Высокого Неба. За тобой мы наблюдаем издавна – с самой юности. Повторяю – ты достоин.
– Достоин… – повторил старик, все еще не веря, что такое случилось с ним.
– Выбор в твоих руках, – продолжил Страж. – Если согласишься, станешь моим учеником. Учти, у нас непростая судьба.
– Никогда не боялся трудностей, – усмехнулся Абудай. – Раз Высокое Небо избрало меня, то кто я такой, чтобы отказываться? Но твоим учеником? Ты же совсем молод…
– Мне многие тысячи лет, – возразил Страж. – Ты завтра тоже станешь молодым. Телесная немощь не должна мешать нам исполнять свой долг. А кроме долга в нашей жизни ничего нет. Ни семей, ни рода, ни жен, ни детей – ни на что из этого мы права не имеем. Запомни это.
– Запомню, наставник! – поклонился старик, хоть и трудно оказалось назвать наставником столь молодо выглядящего человека. – Я благодарю за оказанную мне честь и готов следовать за тобой.
– Тогда идем.
Страж взял шамана за руку, вокруг на мгновение потемнело, и они оказались совсем в другом месте. Совершенно непредставимом для старого степняка.
Абудай встряхнулся, обрывая воспоминания. Как давно это было… Сколько лет прошло с тех пор? Высокое Небо, почти сто тысяч! Многое за это время узнано, испытано, увидено. Множество тел сменено. Одно осталось прежним – долг. Поэтому вперед, Безумный Бард, и не смей останавливаться. Он окинул взглядом окрестности и усмехнулся. Теперь понятно, что вызвало воспоминания – проходя через очередной мир, Абудай оказался у стойбища степного рода, чем-то напоминающего его родной. Впрочем, его родина давно превратилась в гигантский межзвездный конклав, объединивший тысячи планет. Там подобных стойбищ нет и быть не может.
Степняки заметили непонятно откуда появившегося неподалеку от юрт незнакомца и направились к нему. Решив ненадолго задержаться, Абудай с интересом посмотрел на них. Любопытно, каковы у этого народа обычаи? Проявят гостеприимство или нападут? Вреда ему они причинить не смогут, защиту поставил – если нападут, он просто пойдет дальше. Лучше бы не нападали – надо немного передохнуть перед решающим броском к фронтальному сектору зоны контроля, где происходит дохлый волк знает что.
– Здоровья тебе, гость! – вышел вперед седой старик с длинными волосами, заплетенными в две косы.
Искинам ГИНа на расшифровку языка и подключение его к мозгу Барда понадобилось ровным счетом две секунды. Помимо того они записали в память Абудая информацию о народе Всадников. Правда, вместо лошадей здесь использовали двурогих мохнатых орду, способных сутками бежать, не зная усталости.
– Здоровья и богатых стад тебе, мудрый шаман! – поклонился Бард, по цветной оторочке на одежде старика сразу понявший, кто перед ним.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Откуда ты? Где твой орду?
– Мне не нужен орду, чтобы путешествовать, – улыбнулся Абудай. – Я здесь случайно и вскоре уйду. Надо спешить.
– Что же гонит тебя вперед? – заинтересованно прищурился шаман.
– Долг. Далеко отсюда с моими друзьями случилась беда, и я должен успеть помочь им.
– Достойная задача, – покивал старик. – Но в дороге нужен отдых. Будь нашим гостем.
– Благодарю, – снова поклонился Бард. – Мое имя – Абудай Белый Орду. Я с благодарностью передохну в вашем стойбище.
– Ты акын? – шаман покосился на висящий за спиной Абудая футляр гитары – наверное, она походила на какой-то местный музыкальный инструмент.
– Да, – согласился тот. – Если хотите, спою.
– Песни – дар неба, – едва заметно улыбнулся старик.
Барда провели в стойбище. Он с интересом оглядывал людей – все-таки странно, что степные народы так напоминают друг друга. Нет, обычаи у каждого, понятно, свои, но многие черты общие. Наверное, сказываются нелегкие и сходные условия жизни.
Юрты были большими, утепленными шкурами незнакомых животных, в таких не замерзнешь в самую морозную зиму. А такие зимы здесь, видимо, не редкость – об этом говорили не только юрты, но и одежда степняков. И на мужчинах, и на женщинах были меховые штаны, куртки и малахаи.
Жители стойбища с любопытством поглядывали на нежданного гостя и негромко переговаривались между собой, удивляясь его приходу. В такой мороз без орду в степи не выжить. До ближайших соседей два дневных перехода. Как же гость дошел? И одет легко, в штаны да рубаху, как летом, но будто и холода не чувствует. Идет себе спокойно, улыбается. Что-то в нем было очень странное, в этом человеке. А человек ли он? Не злой дух? Но шаман не беспокоится, ведет незнакомца за собой. Уж он-то распознал бы духа сразу.
Внимание Абудая привлек мальчишка лет двенадцати. Только черные любопытные глаза поблескивали из-под большого ему малахая. Как ни странно, у юного степняка был дар Безумного Барда. Немалый дар. Потенциальный ученик. Надо попросить искинов ГИНа понаблюдать за мальчишкой – если жизнь его не сломает, не сделает сволочью, то лет через сорок за ним можно будет и прийти. Но сомнительно – неподалеку от стойбища Всадников набирает силу объединение племен, и совсем скоро по степи прокатится вал конных воинов, сметающий все на своем пути. Мальчик, вероятнее всего, станет воином орды и быстро превратится в зверя. Трудно, очень трудно найти подходящего ученика. За всю свою долгую жизнь Безумный Бард воспитал их не больше двадцати. Как ни жаль это признавать.
Вспомнилось сообщение о происходящем во фронтальном секторе, и Абудай поежился. Что же там случилось? По какой причине множество Бардов выбросило из Сети? Дежурные, понятно, заменили их, но из-за этого искать пострадавших оказалось некому. Если неадекватные еще могут выжить, то больше двухсот выпавших истощенными уже мертвы. Кто хоть погиб? Даже это пока неизвестно.
Мало того, вселенные пострадавшего сектора оказались недоступны для прямого перехода, пришлось идти в обход, что тоже заняло немало времени. Из отпуска досрочно выдернули сотни Бардов, и все они сейчас с разных сторон шли через миры и вселенные к фронтальному сектору. Вот только дойдут еще не скоро, как ни грустно. Абудай, по счастью, оказался ближе других, потому и доберется раньше. Неподалеку еще ощущались Лианика, эльфийка, и Хрограв, орхи-ан.[17] Лично с ними степняк знаком не был, но по аттестации искинов – толковые контролирующие.
Только в шестом сегменте сектора дела обстояли несколько лучше – на станции осталась ученица, правда, совсем еще дитя. Семнадцать лет! Это с какой же стати Дин Стрейджер, опытный, как будто, Бард, взял в ученики человека младше сорока, не имеющего никакого жизненного опыта и ничем еще себя не зарекомендовавшего? Подобное нарушало все каноны, Абудай не помнил такого случая за последние пятьдесят тысяч лет. Как ни странно, дитя оказалось на удивление предприимчивым и сумело найти уже трех из восьми выпавших в сегменте. Мало того, сыскала где-то Палача, каким-то образом уговорила его помочь (интересно, каким?), и теперь продолжает поиски.
