Элрик вложил меч в ножны, а из-за скалы вышел мужчина, он засовывал стрелу с алым оперением в алый колчан.
— Я зовусь Ракхир Алый Лучник, — сказал он. — Меня прозвали так за мое красное платье. У жрецов-воинов из Фама существует обычай выбирать для одежды какой-нибудь один цвет. Лишь в этом я придерживаюсь традиций.
На Ракхире была ярко-красная куртка, алые брюки, алые башмаки, алая шляпа с рдяным пером. Красным был его лук… и красным отливала рукоять его меча. Высокий, худощавый, мускулистый; лицо худое, смуглое и обветренное. Глаза его глядели насмешливо, на губах играла улыбка, но весь облик Алого Лучника говорил о том, что пережить ему пришлось немало.
— Какие дела могут быть в этом захолустье? — хмыкнул Ракхир, упирая руки в боки и оглядывая Элрика с головы до ног. — Ну да ладно. Я предлагаю тебе сделку.
— Если она окажется выгодной для меня, Лучник, я соглашусь, ибо ты, похоже, знаешь здешние места получше моего.
— Так вот, ты намерен что-то тут разыскать и отправиться восвояси, а мне здесь совершенно нечего делать, и я изнываю от желания уйти. Если я помогу тебе, возьмешь ли ты меня с собой обратно в нашу общую плоскость?
— Сделка вроде бы честная, но я не могу обещать того, что зависит не от меня. Скажу только: если представится возможность захватить тебя с собой в нашу плоскость, я сделаю это.
— Хорошо, — произнес Алый Лучник. — А теперь расскажи, что ты ищешь.
— Я ищу два клинка, выкованных тысячелетия назад бессмертными, они принадлежали моим предкам, а потом были отобраны у них и спрятаны где-то здесь. Клинки эти большие, тяжелые, черные. На них нанесены руны. Мне сказали, что я найду их в Пульсирующей Пещере, путь к которой лежит через Туннель-под-Болотом. Ты слышал такие названия?
— Нет. И о двух черных клинках тоже не слыхал.
Ракхир потер острый подбородок.
— Но что-то такое я читал в Книгах Фама. Да, читал и, помнится, встревожился.
— Это легендарные клинки. Во многих книгах упоминается про них, и почти всегда — весьма бегло. Говорят, есть один манускрипт, где подробно изложена история мечей и всех тех, кто владел ими, и всех тех, кто будет владеть, манускрипт, в котором заключено само время. Некоторые именуют его «Хроникой Черного Клинка». По слухам, в нем можно прочесть свою судьбу.
— Я про него не слышал и среди Книг Фама он мне не попадался. Боюсь, друг Элрик, придется нам с тобой заглянуть в город Эмирон да порасспросить тамошних жителей.
— В город?
— Да, в город. Я предпочитаю вольные просторы, но иногда ненадолго захожу туда. Вдвоем, пожалуй, можно будет задержаться и подольше.
— Чем Эмирон тебе не угодил?
— Его жители несчастны. Они — самые печальные существа на свете, ибо все они — изгнанники, беглецы, перекати-поле. Есть среди них и такие, кто сбился с пути и не в силах теперь вернуться в свой мир, а потому вынужден оставаться в Эмироне.
— Истинный Город Проклятых…
— Да ты поэт, — усмехнулся Ракхир. — Для меня, по правде сказать, почитай что все города на одно лицо.
— Что такое эта плоскость? Насколько я понимаю, тут нет ни солнца, ни луны, ни звезд. Мне она напоминает громадную пещеру.
— Одни утверждают, что она — сфера, погребенная в бесконечности камня. Другие говорят, что она лежит в будущем Земли, в том будущем, где умирает Вселенная. Чего я только не наслушался, пока торчал в Эмироне! По-моему же, все домыслы одинаково верны. Почему бы и нет? Ведь есть люди, которые верят, будто все — ложь. Значит, может быть и наоборот.
Настал черед Элрика поиронизировать.
— Да ты не только лучник, а еще и философ, друг Ракхир из Фама?
Ракхир засмеялся.
— Пожалуй, что так. Беспокойные мысли заставили меня нарушить верность Хаосу и привели в конце концов сюда. Я слыхал про город под названием Танелорн; будто бы он возникает порой на границах Вздыхающей Пустыни, которые тоже не стоят на месте. Если я вернусь когда-нибудь в наш мир, друг Элрик, я отправлюсь на поиски того города, потому что, как я слышал, там можно обрести покой, ибо в нем никто не ведет споров, скажем, о природе истины. Жители Танелорна довольствуются тем, что просто живут.
— Я завидую им, — сказал Элрик.
Ракхир фыркнул.
— Я опасаюсь только разочароваться, когда найду его. Легенда должна оставаться легендой, в реальности она чаще всего не приживается. Пойдем. Эмирон лежит вон в той стороне. Как это ни печально, он самый обычный городишко, каких пруд пруди в любой плоскости.
И двое высоких мужчин — каждый изгнанник в своем роде — пустились в путь.
2Увидев Эмирон, Элрик подумал, что по сравнению с ним Дхоз-Кам — самый чистый и богатый город на свете. Расположен Эмирон был в неглубокой долине, над которой постоянно клубился дым — мерзкое покрывало, предназначенное для того, чтобы укрыть город от взглядов людей и богов.
Дома здесь в большинстве своем были наполовину или совсем разрушены, и на развалинах стояли шалаши и палатки. В городской архитектуре смешалось столько различных стилей, знакомых и неизвестных, что Элрик затруднился бы отыскать два хоть немного похожих друг на друга здания. Каких домов там только не было: лачуги, избы, замки, укрепления, башни, простые квадратные особняки и деревянные домики, украшенные резьбой. Были там и иные сооружения, кучи камней с дырой посредине внизу, обозначавшей вход. Однако ни одно из зданий нельзя было назвать красивым. Ни одно из зданий и не могло быть красивым под этим вечно хмурым небом.
В полумраке поблескивали огоньки костров.
Они добрались всего лишь до окраин, а Элрик уже едва не задохнулся от вони.
— Многим и многим жителям Эмирона присуща не гордость, а гордыня, — проговорил Ракхир, морща орлиный нос. — Пожалуй, это единственная черта характера, которая у них осталась.
Улицы завалены были всяким мусором, отбросами и объедками. Меж тесными рядами домов шныряли какие-то тени.
— Есть здесь трактир, где мы могли бы разузнать про Туннель-под-Болотами?
— Нет, трактиров тут не водится. Эмироны предпочитают одиночество.
— Все поголовно?
— Да. Тут каждый сам по себе, живет, где вздумается или где найдет местечко. Народ здешний — из разных плоскостей и из разных эпох. Отсюда суматоха, тоска, всякие странности. Отсюда грязь, безнадежность, обреченность.
— Как же они живут?
— По большей части за счет друг друга. А еще ведут торговлю с демонами, которые изредка заглядывают в Эмирон.
— С демонами?
— Да. А самые отважные охотятся на крыс, которые обитают в пещерах под городом.
— А что тут за демоны?
