— Как тебя зовут? — сипло выдавила я и прокашлялась, принимая сидячее положение.
Это был первый вопрос, пришедший в голову. Хотя сердце грызли совершенно иные, тяжелые и мрачные вопросы. Но я так боялась напугать это светленькое дитя, лишиться ее света, которым она столь любезно поделилась со мной, что не придумала ничего лучше, чем начать со знакомства.
Немного отодвинувшись от меня, девочка склонила голову набок, так, что ее кудряшки упали на пухленькие щечки, скрыв от моих глаз какую-то хитрую улыбку, а после осторожно постучала пальчиками по шее.
— Не можешь говорить, — вслух заключила я, и ребенок кивнул, подтверждая мои слова. — Мои друзья… Они живы?
Девочка снова кивнула, сделала рожки над своей головой и мягко, как-то ободряюще улыбнулась.
— Демоны?.. Значит, мы у демонов.
Из груди вырвался тихий вздох, и, закусив изнутри щеку, я опустила взгляд на свои руки. Мне было неясно — огорчила меня эта новость или, напротив, воодушевила. С того самого дня, как мы с Далией и Калебом покинули демонов, я ни разу не думала о нашем возвращении. Возможно, я хотела вернуться только к Каю, но не предстать перед своим народом и почувствовать на себе десятки осуждающих взглядов и, может, несколько сочувствующих, понимающих. Наверное, это было неправильно — но мне не хотелось быть рядом со своими сородичами. Все они — чужаки. Среди них не осталось никого, кто был мне дорог. Никого, кто отвлек бы от пожирающих взглядов; кто обнял бы и сказал, чтобы я ничего не боялась. Единственные демоны, ради которых я терпела внимание остальных, оставили меня и Далию и теперь приходили только во снах, но даже в них оставались ненадолго, говорили мало и всегда приносили боль. Минуты с родителями были безжалостно короткими.
— А Кай? — спросила тихо, подняв взгляд на смирно сидящую девочку. — Он здесь?
Она не успела ответить — всплеск слабой энергии всколыхнул и ее и меня, а затем послышалось уже знакомое милое урчание и забавный звук:
— Ру!
Румико скользнул в пещерку и со всех ног помчался к нам. Запрыгнув ко мне на колени, поднялся на задних лапах и, радостно виляя пушистым белым хвостом, лизнул в щеку. Сейчас он выглядел чуть крупнее, чем обычно, но форму зверька, напоминающего лисицу, сохранил.
— Я тоже рада тебя видеть, — улыбнулась в ответ на его приветствие и почесала за большим ушком. — Ну ты и учудил на площади… В кого же ты еще умеешь превращаться?
— Ру-у-у… — загадочно протянул зверек, устроившись на покрывале рядом со мной и положив голову на лапки.
Девочка вдруг подскочила на ноги, помычала, привлекая к себе внимание, и, когда я посмотрела на нее, надула щеки. Затем выдохнула, указала пальчиком на Румико и снова надула щечки.
— Я не совсем понимаю… — призналась я, поглаживая спинку зверька. — Рыба?
Ребенок отрицательно мотнул головой.
— Тогда я и представить не могу, что означает этот пузырь, — улыбнулась слабо, а девочка лишь тяжко вздохнула и опустила руки. — Ты не могла бы позвать короля?
Она не сдвинулась с места, посмотрела куда-то вглубь прохода, откуда сочился мягкий синий свет, и спустя мгновение, словно в ответ на мою просьбу, к нам зашел Кай. Интересно — это она мысленно позвала его или просто почувствовала его приближение? Я, конечно, склонялась ко второму варианту, хотя сама не чувствовала его энергии. Однако озвучить вопрос так и не решилась.
Я заметила, как Кай взглянул на ребенка и нежно улыбнулся ему. Такая улыбка смутила меня. В его взгляде таилось какое-то новое, необычное чувство; он смотрел на девочку так, как обычно смотрел на меня отец, смотрел словно на родное дитя.
— Это Нелли, — сказал демон и, подойдя поближе, погладил девочку по голове. Лицо его хранило удивительное спокойствие, и даже крылья свободно тянулись шлейфом, не выдавая возможного напряжения. — Мы встретились в Мортемтере. Думаю, она полукровка.
— Мама, наверное, ундина, — догадалась я и, поймав взгляд Кая, поняла, что он думает так же.
Несколько секунд мы хранили молчание. Возможно, начать разговор о том, что произошло в городе, нам не давали посторонние уши или что-то гораздо серьезнее, спрятанное в глубине души, терзающее, мешающее здраво мыслить как мне, так и Каю. Кажется, мужчина подумал о том же. Присев на корточки, так, что его лицо оказалось на уровне с лицом ребенка, а концы больших крыльев распластались по полу пещеры, он аккуратно сжал плечико Нелли и почти шепотом произнес:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Оставишь нас ненадолго? Возьми с собой Румико, пожалуйста. Можете погулять, но не уходите далеко. Скоро будем ужинать.
Девочка обиженно надула губки, однако перечить не стала. Послушно вышла из пещерки, и Румико, вильнув хвостом, выбежал следом за ней.
Я думала, что после их ухода слова рекой польются из моих уст, но все что я смогла сделать — это поджать губы и опустить взгляд. Как бы сильно мне ни хотелось смотреть ему прямо в глаза, как бы сильно я ни старалась не показывать волнения, я не могла совладать с тем страхом, что балансировал на тонкой грани с чувством привязанности. И почему только рядом с ним я напрочь забываю о своей гордости?..
— Как ты себя чувствуешь? — послышался мужской голос, и я вздрогнула, когда Кай присел рядом и прижался плечом к моему плечу.
Он не смотрел на меня, как и я на него, но эта близость будоражила и вызывала мириады мурашек. Правое крыло демона мягко укрыло меня. Оно согревало, как большое пушистое одеяло, а запах корицы и моря, исходящий от мужчины, успокаивал, и, расслабившись, я положила голову на его плечо.
— Не знаю, — ответила честно. — Меня не покидает ощущение, что я была в Пустоте. Ведь потому его так и назвали, да?.. Потому что там пусто, темно и очень… — Я вдруг поежилась, вспомнив, как мороз нещадно царапал кожу. — И очень холодно. Долго я была без сознания?
— Два дня, — шепнул Кай.
Я вздрогнула, сцепила пальцы в замок, но голову от плеча демона так и не оторвала. Хоть время во сне тянулось мучительно долго, я полагала, прошло от силы пару часов. Почему же тьма решила отпустить меня? Зачем тогда удерживала?
Вопросы крутились в голове, как белка в колесе, и, чтобы отвлечься от тех, на которые я не услышу сейчас ответов, поспешила задать другой:
— Там ведь был Анорион? Все события того дня смешались в кучу… Помню лишь обрывки. Как он узнал про нас?
— Далия послала к нему Миру, та и привела его к нам. Я не знал об этом. Но мне стоило и самому предупредить его… Глупо было надеяться на самого себя.
— А Лори и Ли? Где они сейчас? — спросила торопливо и поджала губы.
Прежде чем ответить, Кай осторожно взял меня за руку и медленно погладил избитые костяшки пальцев.
— Они тоже здесь. Калеб до сих пор не проснулся. Ли эти два дня разрывалась между вами двумя, но я отправил ее к Калебу. Кажется, она недавно уснула.
— Лориэну не по себе, да? Он меньше всего хотел оказаться среди демонов…
— Никто не посмеет высказать свое неодобрение ему в лицо. Но для его и вашей безопасности он должен остаться с нами.
— В лицо, может, и не скажут… Однако демоны не пренебрегают тем, чтобы шептаться за спиной.
Мы замолчали. Откуда-то из глубины пещеры слышались голоса, а здесь, в отдельном отсеке, царила тишина, разрываемая ритмичным стуком капель где-то в углу. Между нами не сквозило напряжение, как раньше. Может, из-за усталости или благодаря успокаивающей энергии мужчины, но я больше не ощущала волнения. Только легкий трепет, усиливающийся при наступлении тишины.
От Кая исходило приятное тепло, от которого клонило в сон. Но страшась вновь погрузиться во тьму, я глубоко вздохнула и решилась продолжить разговор.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что ты намерен делать дальше? — спросила полушепотом. — Из-за нас… Из-за меня, — нехотя поправилась я, — теперь маги знают, что вы выжили. Что ты выжил. Учитывая, что король один из них, они начнут готовиться к войне.
Кай не спешил отвечать. Его поглаживания по руке стали какими-то машинальными, лишенными теплых чувств. Я не видела мужского лица, но догадывалась, что его исказила тень сомнения.
