сунули в руки чашу с водой, я попыталась отпить, поперхнулась и закашлялась. Острая боль ледяной волной прокатилась от мочки уха до самых пят и привела в чувство. Малышка Ми-Ми вновь выручила меня.
— Как? — продышавшись, спросила я. — Откуда? Папа говорил с кем-то о Сюэ? Или это Су Цзянь проболталась?
Мама серьёзно ответила:
— Не знаю, откуда пошли слухи. Твой отец не стал бы сажать дерево, не спросив разрешения у хозяина сада. Прежде чем завязать узел на красной нити, нужно получить благословение у владыки Цилиня.
Павильон лучезарной радости постепенно заполнялся людьми. Вскоре подошли мужчины, среди которых был и отец, и господин Сюэ без уточнения «молодой», и некоторые принцы. Традиционно сюда приходили лишь те сыновья императора, у которых не было официальной супруги, только наложницы. Поэтому, к примеру, наследного принца среди гостей я не увидела, зато узнала других. В прошлой жизни нынешний наследный принц погиб вскоре после моей свадьбы, и император выбрал своим преемником четвертого сына. Его я видела часто как в поместье Сюэ, так и во дворце.
Четвертый принц был высок, белокож и привлекателен, но меня всегда пугал его взгляд: тяжелый, холодный и проникающий под кожу. Не ожидала его увидеть на этом приеме, потому что в моих воспоминаниях у него была официальная супруга. Может, он женится в ближайшие два-три года?
Также я узнала пятого и седьмого принцев. И еще одного, от чьего вида у меня заколотилось сердце и вновь заболела шея. Я задрожала, вспомнив грубую хватку, склад, крысу и мертвые тела, лежащие в луже крови, и отвернулась сразу, как только он посмотрел на меня. Я думала, что страх утих, ведь в поместье отца я чувствовала себя вполне хорошо, и от Ши Хэ меня в дрожь не бросало, а сейчас не могла даже взглянуть на девятого принца.
Пересилив демонов в своем сердце, я вновь собралась с духом и поискала его в толпе, чтобы подойти и извиниться, поблагодарить еще раз за спасение, снова извиниться, может, показать мою Ми-Ми и рассказать, чему мы с ней научились, но девятый принц уже отошел на мужскую сторону павильона и сел за стол, исключив себя из собеседников.
* * *
1 Рискну напомнить, что имя Сюэ переводится как снег, а Ялань — как благородная орхидея.
Глава 15
Ми-Ми привстала на моем плече на задние лапки и уставилась крошечными глазками на девятого принца, почувствовав мою тревогу. Я нежно погладила ее пальчиком:
— Это не враг, Ми-Ми. Он меня спас, а я его обидела. Уже дважды.
Ласка забавно дернула носиком и уселась поудобнее, принюхиваясь к окружающим запахам. Я только задумалась, с кем могу поговорить здесь, как гости вдруг начали оглядываться и расходиться по сторонам.
Явилась сама императрица.
Статная, в роскошном платье и со сложной высокой прической, где локоны напоминали лепестки, — она сама походила на цветок. Если судить по возрасту наследного принца, ее сына, императрице должно быть около пятидесяти лет, но благодаря белой пудре, изящной росписи возле глаз и умелому уходу за кожей она выглядела свежо. Ее душевный зверь — бамбуковый соловей — не помогает с внешностью или сохранением молодости, зато…
— Приветствую уважаемых гостей на моем скромном приеме в честь любования пионами, — ее глубокий переливчатый голос завораживал. — Каждый год я думаю отменить этот прием и не беспокоить сыновей своими капризами, но как только распускаются пионы, я хочу поделиться их красотой с близкими друзьями. Так насладимся же ароматом и яркими красками цветов богатства и знатности(1).
Пока императрица говорила, от нее невозможно было отвести взгляд. Повинуясь ее легкому жесту, гости расселись за отдельные столики — мужчины по правую руку, женщины по левую руку. Зачастую между ними ставили полупрозрачные ширмы, но на таких небольших приемах не придерживались столь строгих правил. Служанки споро разнесли фрукты, сладости и напитки по столам.
Плыл насыщенный цветочный аромат, в саду заливались птицы, порхали бабочки, перелетая с цветка на цветок. Крыша павильона закрывала нас от жаркого солнца. Гости негромко переговаривались друг с другом, до меня доносились обрывки чужих слов, но я особо не прислушивалась, а думала, когда будет лучше подойти к девятому принцу.
Вдруг из-за столика поднялся мужчина в одежде ученого и сказал:
— Вдохновленный красотой цветочного сада, я написал небольшое стихотворение. Смиренно прошу выслушать и отнестись ко мне снисходительно!
Хоть слова прозвучали скромно, но его лицо так и светилось гордостью.
— Позволяю! — чуть качнула головой императрица.
— Пионы травяные перед дворцом чарующи, но лишены благородства.
Лотосы на пруду чисты, но в них мало чувства.
Лишь пион древесный — подлинная краса государства,
В пору его цветения волнуется вся столица(2).
Голос ученого взмывал к небу в важных местах, и всякий мог понять, что он воспевает не столько красоту цветка, сколько льстит императрице, называя ее «подлинной красой государства». И, конечно, эти строки он написал заранее и нарочно берег до этого приема.
— Благодарю господина Пань Шуня за прекрасную поэзию, — милостиво кивнула императрица. — Раз гостям скучно сидеть просто так, предлагаю поиграть в Фэйхуалин, пир летающих цветов! Ключевой иероглиф — цветок. Первый участник должен прочитать строфу стихотворения, где этот иероглиф стоит на первом месте. Второй — строфу, где «цветок» на втором месте. И так далее.
Служанка принесла срезанный цветок пиона и встала возле первого стола. По взмаху руки императрицы из-за кустов донеслась песнь гуцинь, и цветок начали передавать от стола к столу. Когда музыка оборвалась, тот, в чьих руках был пион, поднялся, чуть подумал и сказал:
— Цветов среди — кувшин вина. Пью один, без дружбы(3).
Гости негромко рассмеялись, приветствуя остроумие первого участника. Он ухитрился вспомнить строки самого Ли Бо и при том указать на застолье.
Снова запел гуцинь, цветок снова полетел дальше.
— Персиковых цветов озеро — бездонная пучина,
Но в нем нет той глубины, что в чувствах Ван Луня.
Когда пион дошел до девятого принца, музыка вновь прекратилась. Он встал, молча поднял чашу с вином и опустошил, даже не попытавшись придумать ответ.
— Видимо, девятый принц слишком велик для столь простой игры, — сказала сидевшая неподалеку от меня дама. Кажется, она была наложницей одного из присутствующих принцев.
— Юн Хао(4), ты не должен так быстро сдаваться! — согласился с ней шестой принц.
— Ушам, привыкшим к ржанию коней, не расслышать музыки слов, — хихикнула еще одна дама.
Я растерянно переводила взгляд с одного насмешника на другого. Как они могут издеваться над ним? Это ведь сын
