И он не соврал. Разобрались, действительно. Так, как нужно было начинать с самого начала. Правдиво, честно. Капельку по-деловому, хотя во мне деловой хватки совсем нет.
— А замуж пока не зовет? — Анька с запалом подается ко мне, её глаза блестят. — Может сегодня? В такой праздник… У вас же свидание?
— Ага. У меня свидание, — делаю глоток чая, допивая до дна. — Ты извини, мне пора.
— Мама сказала, ты едешь в Сочи.
— Ага, на выходных. Освободилось время, вот и…
— Ну удачи. Покажешь кольцо.
Смеюсь, потому что этого не будет. Мы с Ратмиром уже женаты, глупо второй раз делать предложение. Я ловлю такси, спешу на место встречи. Опоздать на несколько минут не так страшно, но…
Страшно. Хочу быстрее, впорхнуть в здание. Почему нельзя просто телепортироваться? Пробки в столице, час пик. А я ерзаю на сидении от нетерпения.
Всё сжимается в груди, покалывает. Затапливает таким предвкушением, что даже дышать сложно. Едва отвлекаюсь на то, что пишет мама. Пальцы дрожат, не могу стереть улыбку.
Слишком всё хорошо.
Мама спрашивает, когда мы с Ратмиром приедем на ужин. Отправляю привычное сообщение. У меня пары до самого вечера, а ещё практика в крупной компании, а мужчина занят.
У Ратмира сдача объекта, благотворительный фонд в честь деда и новый контракт.
По крайне мере, так говорят в новостях. Я не знаю, на самом деле. Не интересовалась, не отвечала на звонки. Мы все решили почти два месяца назад, поставили точку.
Фиктивный брак есть, «нас» — нет.
Моё условие. Из Огнева получился бы хороший учитель, на самом деле. Он ведь сам сказал, что нужно ставить перед фактом и давить, если есть выигрышное положение.
У меня оно было.
Ратмир хотел фирму, я хотела свободу от него.
Пять лет брака, чтобы никто не заподозрил сговора. Я не хочу проблем из-за того, что устроил мужчина. Но ведь сама согласилась, знала, что нарушаю закон. Поэтому…
Пять лет брака, каждый день которого мы будем порознь. С меня хватит, достаточно. Выходных мне хватило, на всю жизнь хватило.
Это как полет, который заканчивается падением. Поднялась ввысь, насладилась чувством. А после вниз, резко, больно. Мне казалось, что я превратилась в крошку.
Но это не так. Потому что мне всё ещё больно. Дико, незаживающий рубец на сердце. Он меня предал, обманул. Он вытряхнул меня из привычной жизни, забрал себе.
А после отступил.
Потому что фирма оказалась важнее меня.
Пять лет брака и нас больше ничего не будет связывать.
Пять лет, из которых осталось четыре года и десять месяцев.
Не такой большой срок.
— Спасибо, — протягиваю водителю купюру, открываю дверцу. — Без сдачи. С праздником.
— Вас тоже!
Поправляю волосы и блузку, часто дышу. Сегодня у меня первое свидание, и оно кажется самым важным. Такого больше не будет, никогда. С человеком, которым стал для меня всем.
Больше месяца я просыпаюсь только ради него. Улыбаюсь, наслаждаюсь каждым моментом. Дышу и живу. Всё из-за маленького знакомства, новости, которая произошла на новогодних каникулах.
А сегодня, четырнадцатого февраля, у нас первое свидание. Символично.
Прохожу по светлым коридорам, крепче сжимаю сумку в руках.
В груди ноет, болит. Прислоняюсь к стене. На огромном телевизоре крутят новости, главный герой — Ратмир. Такой красивый, родной. Чужой и отстранённый.
Между нами всё.
Он сделал мне больно, растоптал. Разрушил всё вокруг нас, а я даже не могу перестать его любить. Ждать, где-то глубоко в душе. Мне кажется, что я даже дышать не могу. Не до конца. Часть легких забил его одеколон, смешанный с запахом сигарет. И для кислорода места просто нет.
Но я научусь. Обязательно научусь дышать без него. Перешагну и слеплю себя заново, создам новую Арину. Более сильную, стойкую. Умную и готовую к предательству.
Обязательно.
Потому что у меня теперь есть тот, ради которого я готова жить.
— Вот, — мужчина указывает на небольшой экран, черно-белые разводы, в которых заключена моя жизнь. — Плод развивается нормально, отклонений нет. Срок беременности — около восьми-девяти недель.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Восемь, — произношу уверенно. — Ровно восемь недель с момента… Да.
Я точно знаю день, когда забеременела. Ратмир был моим первым и единственным мужчиной. И я не уверена, что смогу когда-то так чувствовать снова. Гореть, доверять, падать в пропасть.
У Ратмира сдача объекта, благотворительный фонд в честь деда и новый контракт.
У меня переезд в Сочи, подготовка к стажировке, смена университета. И беременность, к которой я не готова в двадцать лет.
— Привет, — глупо улыбаюсь снимку УЗИ, провожу пальцами по плоскому животу. — Привет, малыш. Увидимся через семь месяцев, да?
Семь месяцев до встречи с моей очаровательной малышкой. Светлой, звонкой. У неё самый прекрасный смех, а ещё она очень похожа на меня. Ни единой черточки Огнева и это успокаивает.
Ему это не нужно. Своё он получил и этого достаточно. Фирму, ради которой был готов на всё. Власть и уверенность, управлением тем, что почему-то, принадлежало мне.
Но это неважно.
Всё позади.
Мы живем в разных частях страны, мы не встречаемся. И не афишируем том, что женаты.
У Ратмира сдача объекта, благотворительный фонд в честь деда и новый контракт.
А у меня маленькая Александра, и больше никого.
— Никто и не нужен, да? — спрашиваю, укачивая дочь на руках. — Папа нам не нужен.
Потому что малышка — только моя.
Я оставила Ратмиру всё, забрала только то, что полагалось по нашему контракту. Не лезу, не оспариваю, не пытаюсь сжульничать. Единственное, что меня заботит — наша дочь.
О которой Ратмир никогда не узнает.
Конец
