Эти карты (подобно ядерным грибам из прошлого) воспринимаются нами не только как прогнозы, но и как предупреждение. Представители большинства стран мира, размышляя о проблеме климатических изменений, соглашаются с общепринятым научным консенсусом о том, что неконтролируемая человеческая деятельность приводит к повсеместному нагреванию атмосферы. Это действительно так, однако абсолютные показатели повышения температуры остаются не до конца изученными.
Многим людям свойственно переоценивать степень возможного, с которой государства мира в состоянии отреагировать на предупреждения ученых. Им кажется, что политики и руководители государств способны на решительные шаги, которые воспрепятствуют пугающему глобальному потеплению. Ведь миру в конце концов удалось избежать ядерного конфликта – поэтому при наличии должной мудрости, удачи и трудолюбия можно решить и остальные проблемы. Однако проблема потепления носит совершенно иной характер. В отличие от военного противостояния в ней присутствует элемент неизбежности. И к 2050 г. мир с достаточно большой долей вероятности станет теплее, чем сегодня, вне зависимости от усилий людей.
Сегодня сложно сказать, насколько он станет теплее. Наука способна объяснить, почему наличие углекислого газа и других примесей в атмосфере приводит к ее похолоданию или нагреву, – но это не позволяет дать качественный прогноз с точки зрения масштабов климатических изменений, вызванных теми или иными изменениями в составе атмосферы. Это первый уровень нашей неуверенности. Второй же уровень связан с тем, что мы до конца не понимаем, что произойдет на планете в ближайшие десятилетия с точки зрения использования энергии, потребления тех или иных видов топлива, вырубки или охраны лесов, сельскохозяйственного производства и экономического роста в целом. Ситуация осложняется тем, что мы не понимаем, как именно климатические изменения повлияют на то, что делают люди. Значительное ухудшение климата в будущем может заставить нас предпринимать решительные шаги, которые сегодня даже невозможно себе представить. При этом у нас может банально не хватить ресурсов, чтобы успешно противостоять глобальным климатическим изменениям.
Все это серьезно усложняет прогнозирование возможного состояния дел к 2050 г. Однако это не так уж и важно, ведь с точки зрения развития климата как системы, равно как и изменения инфраструктуры, связанной с действиями человека, это небольшой срок. Несмотря на то что мы не знаем точно, каким именно станет климат к 2050 г., он вряд ли изменится до неузнаваемости (довести дело до этого нам просто не по силам). Но если мы ослабим контроль над позитивными изменениями, то мир в 2050 г. столкнется с серьезными рисками планетарного масштаба. А поведем себя более мудро – сможем избежать худшего исхода и человечество сделает значительный шаг вперед: начнет брать на себя ответственность за будущее планеты, которую оно так долго стремилось покорить.
Риторический императив
Очень сложно принять как должное инерцию, присущую климатическим изменениям. Множество связанных с ними явлений – результат действий человека: это выбросы углекислого газа, вызванные сжиганием ископаемого топлива и леса, другие парниковые газы (а также целый букет загрязняющих веществ) – последствия промышленного и сельскохозяйственного производств. Поэтому вполне резонно предполагать, что и проблемы можно решить путем ясных и четких шагов, причем предпринятых в максимально быстрые сроки. Значительная часть дискуссий по этому вопросу пронизана нереалистичной риторикой, предполагающей неотложные действия (немедленное уменьшение промышленных выбросов, «десять лет на спасение планеты» и т. п.). Обсуждающие часто не принимают во внимание факторы, не позволяющие быстро произвести подобные масштабные изменения. Причины климатических изменений встроены в нашу нынешнюю инфраструктуру, поэтому любое прямое значительное действие на них вряд ли возможно. Более того, мы не знаем, какие именно инфраструктурные изменения нам следует предпринять, чтобы получить нужный эффект. Но зато точно знаем, к каким негативным последствиям и расходам могут привести поспешные действия. К тому же их недостатки могут проявиться и в отдаленном будущем, и не исключено, что их последствия испытает на себе совсем иное поколение. С учетом всего вышеизложенного неудивительно, что риторика, направленная на поиск простых решений, не всегда принимается во внимание.
Своего апогея дискуссия достигла в месяцы, предшествовавшие Копенгагенской конференции ООН 2009 г.[17] Причины, по которым участники конференция не поддались всеобщей шумихе, актуальны и по сей день и способны прояснить, почему нам не стоит ожидать решительных действий ни в краткосрочной, ни даже среднесрочной перспективе.
До начала работы Копенгагенской конференции популярностью пользовались два подхода к вопросу, как наша цивилизация должна реагировать на происходящие климатические изменения. Каждый из этих подходов в свое время превозносился как единственно верный. Первый был связан с Рамочной конвенцией ООН об изменении климата, принятой на Саммите Земли в Рио-де-Жанейро в 1992 г. Подписавшие конвенцию государства (почти все страны мира) обязались принять на себя обязательства по ограничению выбросов, влияющих на климатические изменения. Второй подход связан с Киотским протоколом (принятым в 1997 г. в дополнение к конвенции). Согласно его требованиям развитые страны обязались до 2012 г. ограничить объемы своих выбросов парниковых газов. Предложенные протоколом цифры оказались по большей части необременительными для стран-участниц. США не включили в этот процесс, потому что, несмотря на активное участие в работе над протоколом, они его так и не ратифицировали. Тем не менее авторы протокола считали его значительным шагом вперед. Цель встречи в Копенгагене состояла в том, чтобы страны-участницы приняли на себя более масштабные обязательства, а также в том, чтобы вовлечь в этот процесс все страны мира, а не только развитые. Десятилетия научных дискуссий, выступлений общественности убедили политиков, представлявших богатые страны мира, что в деле спасения планеты настал решающий момент.
В итоге в Копенгагене прозвучала мысль: к 2050 г. вдвое сократить выбросы парниковых газов от нынешнего уровня (см. рис. 7.1).
В свете этой идеи некоторые из развитых стран согласились взять на себя обязательство и вовсе сократить выбросы на 80 %. Считалось, что этот шаг обеспечит развивающемуся миру пространство для маневра – в то время как выбросы в развитом мире должны сокращаться линейно, в развивающихся странах (выбросы которых в 2009 г. оказались более или менее сопоставимыми с показателями богатых стран) они станут увеличиваться вплоть до начала 2030-х гг. и только потом начнут снижаться[18].
