Следующие два дня он обдумывал свою идею. Сначала он решил пригласить с собой Ди. Он знал, что та с радостью примет участие в охоте. Но тогда Дженни осталась бы абсолютно незащищенной. Именно в этом заключался главный недостаток его плана: если Том оставит Дженни, ее некому будет защитить.
Потом Ди исчезла. Вскоре у Дженни вообще не останется защитников, и Джулиан доберется до нее в снах.
Именно тогда Том решил, что, раз он не может защитить Дженни от Джулиана, стоит попытаться избавить ее от остальных врагов.
«Я должен убить их обоих: и змею, и волка, - думал Том, пробираясь сквозь мокрые заросли. - Может быть, если удача улыбнется мне, я успею сделать это прежде, чем Джулиан убьет меня».
Никто из ребят не предложил поохотиться на животных-призраков. Это просто не пришло никому в голову. Они думали о них как о фантомах, и в этом не было ничего странного. Волк, которого Том видел на пляже, выглядел как оживший ночной кошмар. Но он состоял из плоти и крови.
Именно это выяснил Том, когда приходил сюда в первый раз. Тогда на камнях была кровь. Должно быть, Горди ранил одного из животных. На пляже Том убедился в этом лично: он вонзил в волка нож, и лезвие окрасилось кровью.
Их можно ранить, они оставляют следы. Значит, в некотором роде они живые, то есть их можно убить.
Том собирался выяснить это.
Том заметил впереди какое-то движение. Он вгляделся в пелену дождя и усмехнулся. Вот оно! Черный силуэт на фоне серой земли. Невероятно большой, светящийся изнутри голубоватым светом, как трухлявый пень, кишащий светляками. Существо было похоже на волка, нарисованного люминесцентными красками на темном фоне. Одного его вида было достаточно, чтобы лишить человека рассудка.
Потому что он был не просто реальным, а суперреальным. Огромный волк из легенды. Именно такой, как в сказке про Красную Шапочку. Он напоминал о тех временах, когда мир был иным, диким и беспощадным. Когда хищники рыскали в ночной темноте.
При виде Вервольфа подсознание мгновенно вытаскивало наружу подспудные воспоминания о стародавних временах. О том, как людей преследовали те, с кем было невозможно договориться. Те, кто не ведал жалости, а жаждал разодрать вашу плоть своими когтями.
Том не мог позволить, чтобы эта тварь оказалась рядом с Дженни. Он подобрался совсем близко и мог слышать негромкое урчание. Том поднял винтовку. Медленно, осторожно... Волк был отличной мишенью. Том сосредоточился.
Позади него раздался шум.
Шипение и шуршание. Василиск, змея-фантом!
Том не обернулся. Он знал, что Василиск у него за спиной. Еще мгновение, и змея нападет. Но он не оборачивался. Его глаза не отрываясь следили за волком.
Пора! Пора!
Устрашающее шипение за спиной...
Не обращая на него внимания, Том спустил курок.
Отдача была очень сильной. Том пошатнулся. Но волка отбросило назад. Пуля угодила прямо в цель.
«Попал! Я попал! Я сделал это!»
Змея ударила его между лопатками. Том потерял равновесие и упал. Быстро перевернувшись, он приготовился к следующему выстрелу. Только один выстрел, ему нужен только один выстрел!
Он лежал в грязи. Змея возвышалась над ним, раскачиваясь из стороны в сторону. Огромная и сильная. Ее глаза сверкали, из пасти вырывалось шипение. Чудовище готовилось нанести удар...
Теперь! За Дженни!
Том выстрелил прямо в разинутую пасть.
Голову змеи разорвало на куски, темные сгустки крови забрызгали землю. Лицо Тома тоже залила липкая кровь. Он почти ничего не видел. Тяжелое извивающееся тело упало на него, придавив к земле. Том не мог сбросить его с себя, не мог пошевелиться.
«Но я сделал это, - ликовал Том. - Если мне удастся выбраться отсюда... У меня получилось, они мертвы!»
В этот момент он услышал шум, похожий на рокот далекого водопада. Рокот быстро приближался. Но Том не мог ничего разглядеть, не мог подняться на ноги.
«Дженни», - подумал он в тот момент, когда волна накрыла его с головой.
- Дженни, ты меня пугаешь. - Майкл почти рыдал.
Сама она не была напугана. Ей было холодно, но ее мозг работал очень четко. Мысль о том, что логово Джулиана находится неподалеку от ручья, и раньше приходила ей в голову, но она всякий раз гнала ее прочь, так как рядом не было никакой двери.
Совершенно очевидно, что Том думал иначе.
- Не останавливайся, - на ходу бросила она.
Казалось, они шли целую вечность. Дженни знала, что они приехали на нужное место: им удалось отыскать машину Тома. Но где русло ручья? Майкл сильно хромал.
- Что это?
Донесшийся до них шум воды перекрыл шум дождя. Дженни уже догадалась, что за холмом их ждало зрелище, весьма нетипичное для южной части Калифорнии, где большую часть года ручьи оставались пересохшими. Этот полноводный ручей бурлил темной водой. Дождь не мог принести столько воды.
Заросшие шалфеем берега едва справлялись с напором волн, накатывавших одна на другую. В середине потока Дженни заметила бумажный кораблик, в котором сидела картонная кукла с темными волосами.
Кораблик кружился в водовороте.
Она не сразу догадалась, где обнаружит следующую подсказку. Вернувшись в квартиру Майкла, Дженни посадила всех кукол в ряд и поставила кораблик на кофейный столик, а спустя некоторое время взяла его в руки и заметила, что на бумаге что-то написано.
Это была детская загадка. Очень простая:
«Чем больше берешь, тем больше она становится. Что это?»
Она слышала эту загадку еще в детском саду. И она, и Майкл - оба знали ответ: яма.
- Здесь нет намека, кто следующий. Но, думаю, в этом нет нужды, - сказал Майкл, укладываясь спать. - Он оставит тебя напоследок. На десерт. Значит, я следующий. Непонятно, как это произойдет, но на самом деле это даже не имеет значения. И так ясно: чему быть, того не миновать. Мы не можем этому помешать. Джулиан всегда получает то, чего хочет... Итак, где-то есть дыра, или яма, в которую я должен угодить. Вот и все, что нужно знать.
- Думаю, ты ошибаешься. Ты говорил, что Том решил убить змею и волка. Может быть, ему это удалось. Но мы не отыскали логово. У нас все еще есть шанс найти его.
- Может быть, может быть... А может и не быть! - Майкл выглянул в темное окно и снова повернулся к Дженни. - Ты знаешь, что нам никогда не найти его.
- Не знаю, - крикнула в ответ Дженни. - У меня есть идея... Джулиан говорил о том, что все просто, как черное и белое. А в моем первом сне он говорил о реальности и изображении.
- И что из этого следует? - хмыкнул Майкл. - Я хочу сказать, а вдруг мы и не выходили из картонного дома? Вдруг все, что происходит с нами сейчас, иллюзия? Может быть, мы все еще в старой игре и все вокруг нереально?
