ЯВЛЕНИЕ ДЕСЯТОЕ
Мирандолина и Фабрицио.
Фабрицио. Хозяйка, а хозяйка!
Мирандолина. Что там?
Фабрицио. Жилец из средней комнаты кричит, чтобы ему дали белье. Говорит, что оно у него слишком простое, и хочет получше.
Мирандолина. Знаю, знаю. Он мне говорил. Сделаю.
Фабрицио. Ну и ладно. Идите достаньте белье. Я отнесу.
Мирандолина. Вы можете идти, я отнесу сама.
Фабрицио. Вы хотите отнести ему белье сами?
Мирандолина. Ну да.
Фабрицио. Видно, вам очень хочется ему услужить?
Мирандолина. Мне всем хочется услужить. Не суйтесь не в свое дело.
Фабрицио (в сторону). Вижу все. Ничего у нас не выйдет. Она меня только приманивает, а не выйдет ничего.
Мирандолина (в сторону). Дурень несчастный! Тоже лезет с претензиями! Но я не стану отнимать у него надежду: будет лучше мне служить.
Фабрицио. Ведь у нас так заведено, чтобы жильцам прислуживал я.
Мирандолина. Вы бываете иной раз невежливы с ними.
Фабрицио. Зато вы уж больно любезны.
Мирандолина. Я сама знаю, что делаю. Обойдусь без советчиков!
Фабрицио. Ну и отлично. Ищите себе другого слугу.
Мирандолина. А почему, синьор Фабрицио? Надоела я вам?
Фабрицио. Помните, что нам с вами говорил ваш отец перед смертью?
Мирандолина. Ну да. Когда мне вздумается выходить замуж, постараюсь вспомнить отцовские слова.
Фабрицио. У меня кожа тонкая: кое-чего не выносит.
Мирандолина. Да что ты думаешь? Кто я такая? Вертушка? Кокетка? Дура? Удивляюсь я тебе! Что мне жильцы, которые приходят и уходят? Если я обращаюсь с ними хорошо, так это для моей же пользы, чтобы за гостиницей слава была хорошая. В подарках я не нуждаюсь. Чтобы крутить любовь, мне хватит одного. И есть у меня такой. И знаю, кто чего стоит. И знаю, что мне пристало и что нет. А когда захочу замуж… вспомню про отца. Кто будет мне служить хорошо — жаловаться на меня не станет. Благодарность во мне есть. Ценить услуги я умею… А меня вот никто не понимает! Вот и все, Фабрицио. Поймите меня, если хотите. (Уходит.)
Фабрицио. Ловок будет, кто поймет ее. То будто бы я ей нужен, то будто бы совсем не нужен. Говорит, что не вертушка, а делает все по-своему. Не знаю, что и думать. Посмотрим! Вот нравится она мне, люблю ее, на всю жизнь готов связать себя с нею. Ах, нужно закрыть один глаз и посмотреть, что будет! В конце концов, и впрямь ведь — жильцы приходят и уходят. А я всегда тут. Лучшее, как ни вертись, останется мне. (Уходит.)
ЯВЛЕНИЕ ОДИННАДЦАТОЕ
Комната кавалера.
Кавалер и слуга.
Слуга. Письмо вам, ваша милость.
Кавалер (берет письмо). Принеси шоколаду.
Слуга уходит.
(Распечатывает письмо.) «Сиена, 1 января 1753». Кто это пишет? (Смотрит в конце.) Орацио Такканьи. «Дорогой друг! Нежная дружба, связывающая нас с Вами, заставляет меня уведомить Вас, что Вам необходимо вернуться в родной город. Умер граф Манна…» Бедняга! Жалко его… «Он оставил своей единственной взрослой дочери полтораста тысяч скудо. Все наши друзья единодушно желают, чтобы это состояние досталось Вам, и уже принимают меры…» Кто их просит? Знать не хочу об этом ничего! Им прекрасно известно, что плюю я на женщин. А этот друг любезный знает все это лучше других, однако злит меня все больше. (Рвет письмо.) На кой черт мне полтораста тысяч скудо? Пока я один, мне столько не нужно. Когда я буду не один, их мне будет мало… Жена? У меня? Нет, уж лучше самая злая лихорадка!
ЯВЛЕНИЕ ДВЕНАДЦАТОЕ
Кавалер и маркиз.
Маркиз. Друг мой, вы ничего не будете иметь против, если я побуду немного с вами?
Кавалер. Вы делаете мне честь.
Маркиз. Вы и я — мы можем говорить по душам. А это животное, граф, не достоин быть в нашем обществе.
Кавалер. Простите меня, синьор маркиз. Если вы хотите, чтобы уважали вас, сами уважайте других.
Маркиз. Вы ведь знаете мой характер. Я вежлив со всеми. Но этого… просто не выношу.
Кавалер. Вы не выносите его потому, что он ваш соперник в любви. Стыдно! Дворянин хорошего рода, а влюбился в трактирщицу. Умный человек, а увивается за бабой.
Маркиз. Дорогой кавалер, она меня околдовала.
Кавалер. Глупости! Слабость! Какое там колдовство? Вот меня бабы не околдуют! Их колдовство — это их ласки, их льстивые манеры. Тот, кто держится подальше от них, как я, тот никогда не подпадет ни под какие колдовские чары.
Маркиз. Ладно. Я и думаю об этом и не думаю. Меня гораздо больше беспокоит и огорчает мой управляющий в деревне.
Кавалер. Устроил вам какое-нибудь свинство?
Маркиз. Не сдержал слова.
ЯВЛЕНИЕ ТРИНАДЦАТОЕ
Те же и слуга с чашкой шоколада.
Кавалер. Это не годится! (Слуге.) Пусть живо дадут другую чашку.
Слуга. Шоколаду больше нет во всем доме.
Кавалер (слуге). Достань обязательно. (Маркизу.) Если вы не побрезгуете этой…
Маркиз (берет чашку, не благодарит и начинает пить, продолжая разговор). Так вот, этот мой управляющий, как я говорил вам… (Пьет.)
Кавалер (в сторону). А я без шоколада.
Маркиз. Обещал прислать мне по почте… (пьет) двадцать цехинов… (Пьет.)
Кавалер (в сторону). Сейчас будет снова клянчить.
Маркиз (пьет). И не прислал.
Кавалер. Ну, так пришлет еще.
Маркиз. Самое главное… Самое главное… (Кончает пить; слуге.) Возьмите. (Отдает чашку.) Самое главное, что я дал обещание и не знаю, как быть.
Кавалер. Пустяки! Неделей раньше, неделей позже.
Маркиз. Но ведь вы дворянин и знаете, что значит обещание. Я дал слово и, черт возьми, готов лезть на стену.
Кавалер. Мне очень неприятно, что вы так огорчены. (В сторону.) Если бы я знал, как выпутаться из этого дела сколько-нибудь пристойно…
Маркиз. Вам будет трудно одолжить мне немного на какую-нибудь неделю?
Кавалер. Милый маркиз, если бы я мог, я бы готов был вам служить от всего сердца. Будь у меня деньги, дал бы вам немедленно. Но я сам жду и не могу дождаться.
Маркиз. Но не поверю же я, что вы сидите без денег.
Кавалер. Посмотрите! Вот все мое богатство. Даже двух цехинов тут нет. (Показывает один цехин с мелочью.)
Маркиз. Да ведь это же… золотой цехин!
Кавалер. Да, последний. Больше нет.
Маркиз. Одолжите его мне. Я в ближайшее же время верну его.
Кавалер. А с чем же останусь я?
Маркиз. Чего вы боитесь? Я вам верну.
Кавалер. Уж не знаю, как быть… Пожалуйста. (Дает ему цехин.)
Маркиз (берет монету). У меня спешное дело, друг мой… должен бежать… Увидимся за столом. (Уходит.)
ЯВЛЕНИЕ ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ
Кавалер, один.
Кавалер. Здорово! Синьор маркиз хотел стрельнуть у меня двадцать цехинов, а удовольствовался одним. Ну, один цехин куда ни шло! Не велика беда, если и не отдаст: по крайней мере, не будет приходить надоедать. Гораздо хуже, что он вылакал мой шоколад. Экое бесцеремонное животное! А потом пожалуйте: «Я — это я! Я — дворянин!..» Уж и дворянин!
