перестал орать, лишь тихонько всхлипывал, прижимая к груди трясущиеся покалеченные руки.
Охотник поднялся, отступив на шаг, чтобы оценить работу. Это восхитительно! Столько чистого, незамутненного страха! Сгустившаяся тьма вокруг только что не трещала от переизбытка эмонита, а по периметру этой сферы энергии начали хаотично вспыхивать синие трепещущие огоньки. Бладхаунд знал, что глупцы называют этот эффект Блуждающими огнями, даже не подозревая об их истиной природе.
Он нагнулся и вырвал топор из ноги Доджера, который провалился в бредовое беспамятство. Ну ничего, сейчас он прикует парня зачарованными цепями и быстро приведет его в норму. Ведь для путешествия в Храм Тайн…
Неожиданный приступ скрутил охотника, но он устоял, упав на землю лишь когда голова наполнилась ледяным огнем и он одновременно ослеп и оглох на несколько мгновений. Бладхаунд понял, что это сущность внутри него идет на финальный штурм, подключив все резервы. Он тут же забыл о пронизывающей тело боли и сосредоточился на внутренних ощущениях. Действуя инстинктивно, охотник очистил мысли и сфокусировался на присутствии неведомого врага внутри себя. Он направил на него всю свою волю, стараясь сжать в маленький безобидный комок, и какое-то время это ему удавалось. Но внезапно чужак растворился, охотник перестал ощущать его присутствие, а потом заорал, вскинув голову к небу, и вместе с этим криком его тело захлестнула другая личность.
Марк перестал кричать, поняв, что сумел вырваться. Несмотря на то, что в этот раз он начала перехватывать контроль раньше, сделать это оказалось сложнее. Будто сознание Бладхаунда уже было готово к вторжению и даже пыталось акцентировано противодействовать ему. Оно будто помнило… но ведь этого не может быть! Охотник не существует как личность! Это игровой персонаж, био-валентный слепок – макет человеческого сознания с предустановленными характеристиками…
Рычание Бладхаунда в глубине сознания Марка подсказало, что все как минимум не так просто, как он думал. Марк посмотрел на Доджера и благодаря чутью охотника, которое осталось при нем, почувствовал приближение еще двух эскейперов. Хорошо, значит парню помогут! Сам он двинулся в противоположном направлении – к кладбищу, туда жертвы точно не пойдут.
Дойдя до кладбища, он почувствовал, что температура воздуха упала на несколько градусов. Затем поднялся ветер. Посмотрев на небо, Марк обнаружил, что оно плотно затянуто низкими черными тучами, через которые временами проглядывает кровавое око полной луны.
– Будет дождь, – констатировал он, вспоминая, что в прошлый раз – каждый раз! – все было так же, к середине сессии всегда начинался дождь. Почему?
На его невысказанный вопрос ответил Эссенциал. Темный что-то прошептал вместе с порывом ветра и Марк не сразу, но разобрал его слова.
– Все верно, – парень опустил взгляд. – Тогда, в ночь аварии, тоже был дождь. Сильный.
Он некоторое время молчал, с удивлением ощущая, что Бладхаунд активно ворочается внутри его сознания, но больше не пытается вырваться, едва тенебрису стоило заговорить.
– Послушай, – Марк поднял лицо навстречу первым дождевым каплям. Холодным, отрезвляющим. – Я совсем запутался, но чувствую, что в этом мире лжи гораздо меньше, чем в том, откуда я пришел. Но ты ведь тоже лжешь, так?
Он услышал ответ тенебриса и невольно усмехнулся.
– Скорее не договариваешь, да? – Марк глубоко вздохнул. – Пусть так. Но я пришел сюда не затем…
Эссенциал прервал его, просочившись через уши прямо в мозг, и от его слов глаза Марка невольно расширились, а руки затряслись так, что он выронил топоры (хотя даже не заметил, что держал их все это время).
– Не смей играть со мной! – выкрикнул он, когда в его разуме ярость и надежда сплелись в противоестественном союзе. – Ты сказал «Лара жива»? Я правильно услышал?
Но тенберис не ответил, лишь ветер завыл сильнее, а дождевые капли стали падать чаще. Луна совсем скрылась среди туч и Марк внезапно ощутил чудовищную усталость.
– Если это так, – прошептал он, сглотнув соленый комок, – тогда… тогда помоги мне выбраться отсюда!
Вместо привычного шепота в ответ пришла одна единственная эмоция. А может образ, Марк не смог точно распознать этот сигнал, зато сумел однозначно его интерпретировать. Он засомневался, не зная, как ответить. И тогда тенебрис снова заговорил.
– Что значит, у них мало времени? – Марк тряхнул головой и стиснул острые зубы Бладхаунда так, что один резец треснул. – Что это значит? Прекрати говорить загадками!
Но Эссенциал промолчал, и это само по себе стало ответом.
– Хорошо, – плечи Марка опустились, он встал на одно колено и подобрал с земли топоры. – Я буду служить тебе. Ради них, – на миг перед глазами вспыхнули лица жены и дочери, улыбающиеся, счастливые, какими они когда были. – Ради них…
И снова эмоция, образ. Эссенциал ликовал.
– Как мне выбраться из Клиники? – Марк склонил голову влево, зная, что тенебрис всегда стоит за его спиной с этой стороны.
Несколько мгновений его собеседником был только стрекот дождя, а потом Эссенциал снизошел до ответа, произнеся самую длинную фразу за все время, что они общались.
– Знания в тебе, – машинально повторил Марк. – Вспомни, что слышал и принеси черную жертву. Остальное сделают инстинкты, – он плотно сжал губы, пытаясь понять смысл этих слов. – Твою мать, а по нормальному нельзя ответить? Почему всегда нужно…
От тенебриса пришло короткое послание «Защищайся!», а за миг до того Бладхаунд сам почуял опасность, заставив Марка вскочить и принять боевую стойку.
Выстрел прозвучал так громко, что Марк скривился от боли в ушах, но рефлексы Бладхаунда заставили тело качнуться в сторону и пуля ударила в статую ангела, всего в ладони от его головы. Вслед за первым выстрелом громыхнул второй, а потом третий. Марк бросился на землю, уходя с линии огня, и откатился за позеленевшую от времени могильную плиту. Еще две пули ударили в камень, отколов от него изрядный кусок и заставив плиту изойти трещинами до самого основания.
Бладхаунд рвался наружу и кричал Марку, чтобы тот продолжал двигаться по дуге от потенциальной позиции стрелка, ни секунды не задерживаясь на одном месте. Повинуясь приказу запертого в нем чудовища, парень кинулся к следующей могильной плите, но уже на первом шаге получил пулю в плечо. Его развернуло и, падая на землю, он запоздало понял, что охотник сумел бы увернуться от этого выстрела. Но сейчас рефлексы избранника темных богов фильтровались через второе – человеческое – сознание, поэтому срабатывали с задержкой.
«Вперед!» – зарычал Бладхаунд, неистовствуя на самой поверхности сознания
