Читаем без скачивания Наследники - Гарольд Роббинс

— Почему ты об этом спрашиваешь?

— Тетя Анна ушла перед тем, как ты вернулся домой. Она разговаривала с мамой. Она сказала, что у дяди Роджера больше денег, чем у нас.

— Это правда, но в этом нет ничего плохого.

— Еще она сказала, что дяде Роджеру надоело содержать нас. — В ее глазах было удивление. — Я думала, что это ты нас содержишь.

— Так оно и есть, — Сэм вздохнул. — Поэтому я и работаю каждый день.

— А почему же тогда мама плакала?

— Она плакала?

Девочка смотрела на экран. Сэм повернул ее лицо к себе.

— Когда мама плакала?

— Тетя Анна сказала, что, если ты не будешь хорошо относиться к дяде Роджеру, он нам больше не даст денег и мы будем бедные, потому что все потеряем.

— Она так сказала? — мягко спросил Сэм.

— Да, — ответила Мириам. — Потом она ушла, и мама стала плакать.

Сэм сидел молча. Он пил виски и смотрел на экран невидящим взглядом. Анна была недалека от истины. Если он не достанет денег, чтобы закончить фильм, они действительно могут стать бедными. Может быть, не такими бедными, как его родители, когда он был маленьким, но бедными по сравнению с их теперешним положением.

Мириам слезла с его коленей.

— Я думаю пойти посмотреть «Морского охотника».

— Иди, — сказал он.

— Так мы не будем бедными? — спросила она. — Как те маленькие дети в Индии, для которых мы в школе собираем деньги? Они совсем голые, и им нечего есть. — Не беспокойся, такого никогда не случится.

— Я рада. — Она внезапно улыбнулась. — А то я этого очень боялась.

— Ты даже не притронулась к еде, — сказал он, когда они встали из-за стола.

— Я не голодна. — Дениза прошла за ним в гостиную.

Сэм включил телевизор и поднял крышку ведерка со льдом.

— Лед весь растаял, — сказал он разочарованно.

— Пойду принесу еще. — Она взяла ведерко и вышла из комнаты.

Он пощелкал каналами, пока не нашел интересную программу, потом уселся на диван. Налив виски, он ждал, когда жена принесет лед.

Положив несколько кубиков льда в бокал, он принялся размешивать их пальцем.

— Это плохая привычка, — укоризненно сказала она.

— Это придает ему особый вкус.

Она повернулась и посмотрела на экран.

— Еще один вестерн, как они тебе не надоели?

— Мне нравятся вестерны, — оправдывающимся тоном сказал Сэм.

— Ладно, я пойду спать. — Она вышла из комнаты, прежде чем он успел ответить.

Секунду он посидел, глядя на экран, затем встал и пошел за ней в спальню с бокалом в руке.

— Ладно, — сказал он, закрывая за собой дверь. — Выкладывай, что тебя мучает.

Она повернулась к нему от шкафа, в который только что повесила платье.

— В последнее время я тебя не понимаю. Ты ни с кем не советуешься, ты делаешь все, не думая о других, как будто ты — единственный человек, который все знает.

Он отпил немного виски.

— Ты изменился, — продолжала она. — Не знаю, что на тебя нашло. Никогда не видела тебя таким.

— Это тебе братец напел? — спросил он.

— Я даже не говорила с Роджером, — огрызнулась она.

— Нет, ты говорила с Анной. И она передала тебе его слова.

— Анна и сама, без подсказок, знает все. И я тоже.

— Что ты от меня хочешь?

— Ты можешь позвонить Роджеру и объяснить все. Он просто обиделся. Может, он вернет тебе чек.

— Нет, — твердо сказал он, — мне нечего ему объяснять. Роджер взял чек, потому что хотел этого, я не заставлял его это делать. Роджер прав, я не прав. Но не только сейчас, я все время был не прав. Мне не надо было полагаться на партнера, я не тот человек. Я должен быть сам себе хозяин, поэтому я затеял собственное дело.

— Но ведь он твой партнер, он же давал тебе деньги.

— Я все отдал ему, — сказал Сэм. — Ты ведь знаешь это. Все до последнего цента, которые он вложил. Эти двести тысяч как раз и были его долей в бизнесе, когда мы затеяли снимать этот фильм.

— Роджер говорит, что Стивен Гонт отвернулся от тебя, — подлила масла в огонь Дениза.

— Роджер идиот! — рявкнул он, вконец разозлившись. — Стивен ничего не обещал мне, он только сказал, что ему нравится картина, и все. — Он допил виски. — Роджеру следовало оставаться в своей конторе по продаже недвижимости, это единственное, в чем он понимает.

— Но что же насчет денег? — спросила Дениза. — Тебе ведь надо закончить картину.

— Где-нибудь найду.

— Где?

— Уж не знаю где, но найду, — он с любовью поглядел на нее. — И на своих условиях. Теперь ты будешь моим единственным партнером.

Он поставил бокал и подошел к жене. Она бросилась к нему в объятия, и он прижал ее голову к груди.

— Я так беспокоюсь, Сэм, — прошептала она.

— Я тоже, — признался он. — Но поговори завтра с Мириам. Она слышала ваш разговор с Анной и думает, что мы будем бедными. Не надо, чтобы она тоже волновалась.

— Она слышала наш разговор?

Сэм кивнул.

— Она сказала, что ты плакала. И думает, что мы будем раздетые и голодные, как дети в Индии…

На глазах Денизы выступили слезы.

— Бедный ребенок.

Она подошла к трюмо и взяла оттуда носовой платок.

— Со мной все в порядке, — заверила она его и высморкалась. — Думаю, мне тоже стоит выпить.

Они вернулись в гостиную, и Сэм налил виски себе и ей. Они сели на диван, как раз когда началась новая программа по телевизору.

— Боже! Опять вестерн! — воскликнула она и встала, чтобы переключить канал.

— Не переключай, — сказал он. — Стив говорил мне про этот фильм. Это новый тип вестерна. Психологический. Он думает, что это дело стоящее.

Она посмотрела фильм несколько минут и повернулась к Сэму.

— Для меня это обыкновенный вестерн. Все друг в друга стреляют. Стив не знает, о чем говорит.

Но Сэм не слышал ее, его захватили события, развивавшиеся перед ним на маленьком экране. Она ошибалась. Этот фильм был необычным, Сэм знал, что Стив прав. У этого фильма будет крупный успех.

Когда фильм подходил к концу, Дениза повернулась к нему.

— Что ты собираешься делать?

Сэм посмотрел на нее.

— Первым делом я поеду в Италию, чтобы посмотреть, как там дела со съемками картины и сколько еще потребуется денег до конца съемок. Возможно, мне удастся найти способ сократить расходы. Посмотрим.

— А затем?

— А дальше поглядим, — он повернулся к экрану досматривать фильм. Маленький экран гипнотизировал его. Он будто уносил его прочь от проблем в другой мир.

В какой-то степени это так и было, потому что в конечном итоге именно Стивен Гонт помог ему решить все проблемы.

Глава десятая

Маленький самолет резко нырнул вниз, когда, миновав горную гряду, стал заходить на посадку. Летчик выругался по-итальянски, выровнял самолет, затем повернулся к Чарли и стал что-то быстро объяснять ему.

Чарли кивнул и повернулся с Сэму, сидевшему за ним.

— Летчик извиняется за воздушную яму, — пояснил Чарли. — Он говорит, что уже много лет не летает на таких самолетах и немного потерял сноровку, обычно он летает на больших самолетах типа «Констэлэйшн». Но он говорит, что беспокоиться не стоит. К тому времени, когда мы будем возвращаться в Рим, он немного освоится.

У Сэма схватило живот, и он почувствовал во рту горький привкус желчи, когда самолет круто пошел вниз.

— Ничего себе, — возмутился он. — Пусть тренируется сколько хочет, но только в свое свободное время, а не тогда, когда я на борту.

Радио затрещало, и пилот что-то ответил. Он начал совершать разворот над морем.

— Ну, что еще? — нервно поинтересовался Сэм.

— Ничего, — ответил Чарли. — Нам дали «добро» на посадку.

— Что он собирается делать? — спросил Сэм. — Садиться на рыбачью лодку?

Чарли засмеялся и посмотрел вниз. Стоял ясный солнечный день, под ними было голубое гладкое море. Всюду виднелись белые паруса лодок, впереди, в дрожащем мареве, лежал Палермо. Самолет медленно спустился между двух гор и приземлился на поле.

Когда колеса коснулись земли, Сэм с облегчением вздохнул. Они подрулили к небольшому зданию. Чарли обернулся к Сэму.

— Машина отвезет нас в отель. Ты можешь быстро принять душ, прежде чем мы поедем на место.

— А почему бы нам не поехать сразу? — спросил Сэм.

— Нет смысла, — ответил Чарли, — сейчас у них сиеста, и никто не работает.

Съемки проходили в небольшой горной деревушке, в полутора часах езды по горной дороге от Палермо. Они проехали через деревенскую площадь, на которой стояла церковь, и через несколько минут добрались до съемочной площадки.

Сэм захлопал глазами. Он мог поклясться, что находится в шестнадцатом веке: сицилийский пейзаж, домишки, пастбища — все было не тронуто временем. И странно было на фоне этой старины видеть трейлеры, которые были гораздо больше деревенских домов. Стояли огромные юпитеры, генераторы, рефлекторы, чуть дальше, перед ними, направленная на маленький домик, — камера, накрытая от солнца чехлом.