Читаем без скачивания Сезон огненных дождей - Олег Шовкуненко

– Не может быть, чтобы…

Ян не дал баварцу закончить.

– Тс-с-с! Тихо! Заглохни! Кажется, внутри что-то пошевелилось. – Поляк приложил ухо к металлу. – Так и есть. Там что-то скребется.

– Джинн, который тысячи лет провел в бутылке. А, черт! – Георг вдруг спрыгнул на пол и быстро взял свой FAMAS на изготовку. – Лейтенант, у нас движение на входе в туннель. Все, допрыгались! Теперь будем подыхать одной дружной компанией.

Великого Мастера не удивило появление противника. Как раз вовремя. Парни уложились в отведенные им пять минут. Еще секунд тридцать, пока подтянутся главные силы, и десять, пока они выйдут на огневой рубеж. Вот тогда и начнется… Но ведь есть еще целых сорок секунд! Есть время для того, чтобы понять! Итак, еще раз. Что мы ищем? Оружие. Мощное оружие. Такое, которое в состоянии перемолоть в пыль тонны металла. Значит, и сама эта штука должна быть большой. Взгляд Строгова словно прирос к внушительным навесным баллонам на спине шагохода. Их можно быстро заменить, что наверняка и делалось многократно. Почему меняют баллоны? Да потому, что они пустеют. А что во время боевых операций расходуется быстрее всего? Конечно, топливо и боеприпасы! От мысли о топливе Строгов уже отказался ранее и поэтому не хотел возвращаться к ней вновь. Значит, остается второй вариант. Значит, в баллонах, скорее всего, и находится то самое таинственное оружие, которое они искали.

– Микульский, у тебя, кажется, оставалась последняя граната? – Николай резко развернулся к разведчику. – Давай сюда!

Пока поляк отстегивал с пояса смертоносный заряд, Строгов обратился к Шредеру:

– А ну, господин подрывник, соображай очень быстро. Этот туннель гораздо уже, чем линия подземки. Взрыв гранаты может завалить его?

– Нет, – баварец отрицательно замотал головой. – В лучшем случае, наполовину. Я уже об этом думал.

Так, ясно… взрыв ничего не даст. Вердикт Георга лишь подтвердил предположения Николая. А, собственно говоря, нужен ли им взрыв? Строгов уставился на гранату с таким напрягом, как будто хотел просветить ее рентгеном своего взгляда. Ему показалось, что руки сами сделали то, до чего голова так и не додумалась. Не активируя боевую часть, Мастер включил питание прижимного силового щита и расширил его до максимума.

– Туннель неширокий, должно хватить.

Разговаривая сам с собой, Николай схватил Луизу за руку и кинулся в глубь каменных катакомб, туда, где навечно застыла вторая из древних машин. Стальных великанов разделяло метров тридцать, не более. Мастер пролетел их за секунду. Толкнув девушку еще дальше, в глубь спасительной темной пещеры, он приказал подоспевшим солдатам:

– Идите к ней и ждите. Я мигом.

Миг – это слишком долго. Мастер двигался намного быстрей. Четверть мига, и он подскочил к стоящему рядом второму из мертвых шагоходов. Еще четверть, и магнитный захват надежно приклеил гранату к брюху мертвой машины. Быстрый взгляд Строгова скользнул по стенам, потолку, полу. Хорошая идея использовать робота в качестве штатива. С его помощью граната заняла место точно в центре практически круглого в сечении туннеля. Ее прекрасно видно с того места, где замерли обескураженные «головорезы». Последний шаг – включить таймер щита. Когда Мастер потянулся к выпуклой красной кнопке, он с отвращением осознал, что пальцы предательски подрагивают. А вдруг он просчитался и щит не закроет весь проем? Тогда… Нет, об этом лучше не думать! Шанс есть, и Великий Мастер будет последним идиотом, если его не использует.

Легкий щелчок, и по индикатору побежали миниатюрные цифры. Они были зеленого цвета. Это означало, что взрыва не будет. Вся энергия направлена к силовому щиту, до включения которого осталось одиннадцать секунд.

Вихрем Николай долетел до товарищей. Он выполнил свое обещание – мига вполне хватило. Без всяких объяснений Строгов вырвал FAMAS из рук Шредера.

– Приблизь изображение и считай, – только и удосужился объяснить грозный Мастер. – Сколько там на таймере?

– Восемь секунд, – обалдело произнес рядовой.

– Надеюсь, что получится.

Строгов пошарил прицелом по пузатому силуэту первого найденного легионерами шагохода. Стоящий между ним и целью робот номер два слегка загораживал обзор. Ну да это ничего, не беда. Великий Мастер отыщет цель, не упустит свою добычу. И точно, добыча тут же, словно дрессированная, прыгнула на мушку. Один из объемных заплечных баллонов некогда грозного боевого монстра – вот то, что он искал!

А тем временем машина, расположившаяся ближе к выходу, уже не казалась затерянной и одинокой. За ее шарообразным телом по туннелю бешено плясал с десяток световых лучей. Что ж, спецназ уверенно взял след. Хорошая работа.

– Пять секунд.

Николай старался не думать о том, что скрывается в зловещих баллонах, и о том, на какую смерть он обрекает несколько десятков человеческих созданий. Человеколюбие и сострадание пусть усохнут и заглохнут. Здесь идет война!

– Две секунды!

Крик рядового стал чем-то вроде приказа «Пли!». Ну вот и все! Николай плавно надавил на спуск, отправляя в спину железному солдату длинную очередь плазменных пуль. Он видел, как огненные трассы вспороли толстый металл и как тот начал крошиться, будто только что извлеченный из жидкого азота. Он слышал необъяснимый низкий звук, так стальные гусеницы скрежещут по асфальтовой мостовой. Ему на миг показалось, что он увидел… Точно увидел! Безжалостная, яростная и неудержимая, из баллонов на волю вырвалась тьма…

Вдруг все исчезло. Туннель перегородила стена из мутного голубого света. Силовой щит сработал, разделив мир на две части. В одной из них «головорезам» даровалась жизнь, а вот что творилось в другой? Да будет это известно одному Богу… ну, или дьяволу.

Глава 14

Разряд из парализующего станера не причинил Грабовскому особенного вреда. Боевой комбинезон отразил большую часть лучей, а за врачевание онемевших участков тела тут же взялась универсальная аптечка. Так что боеспособность лейтенант потерял всего на несколько секунд. Несколько секунд… Это ничтожно мало в обычной жизни и чудовищно, непозволительно много в жестоком остервенелом бою. Марку не хватило именно этих нескольких секунд, чтобы дотянуться до автомата, лежащего возле трупа убитого им рейнджера. Пальцам оставалось всего каких-то пару сантиметров, когда на Грабовского накинулись сразу две затянутые в черное фигуры.

Не хотят убивать. Берут живым. Марк прекрасно понимал действия своих противников. Ему самому неоднократно приходилось брать языка, только вот в роли этого самого языка разведчику сейчас оказаться совсем не хотелось. Ну, просто жуть как не хотелось!

Используя усилители боевой униформы, лейтенант резко развернулся с живота на бок. Такой силы и прыти с его стороны атакующие явно не ожидали. Они посыпались с разведчика, как наездники со спины необъезженного мустанга. Один завалился на другого, высвободив тем самым правую руку Грабовского. Это была ошибка, их роковая ошибка. В руке разведчика мигом оказался выдернутый из-за голенища тяжелый боевой нож.

Он ударил, не видя своих врагов, за спину, наугад, в надежде на удачу. Резкий вскрик и глухой чавкающий звук подсказали Марку, что он попал. Вот только куда и в кого? А какая, собственно говоря, разница? Важно, что теперь у него появится время, те самые столь необходимые секунды, чтобы завладеть оброненным «Р-90».

Автомат отлетел в сторону, как только Марк потянулся к нему. Его отшвырнули ударом ноги, легко, словно это был футбольный мяч. И кто же этот футболист? Грабовский метнул разъяренный взгляд вверх.

Спецназовец оказался невысокого роста, на удивление хрупкого, можно даже сказать, мальчишеского телосложения. Да, впрочем, он и был самым настоящим желторотым сопляком. Вместо маскировочного шлема А-420 у солдата на голове была обычная кевларовая каска. Из-под чуть приподнятого защитного стекла на Грабовского глядело хмурое сосредоточенное лицо, еще не ведающее, что такое бритва. Пристальным взглядом голубых глаз юнец внимательно изучал Марка.

Ах ты, засранец, сейчас я тебе объясню, кто тут есть кто! Практически без замаха разведчик метнул нож. Лейтенант рассудил здраво, когда третий, не связанный потасовкой противник будет уничтожен, он продолжит беседу с двумя другими… и сделает их, обязательно сделает, не будь он Марк Грабовский.

Однако все вышло не так, совсем не так. Молодой солдат, словно играючи, поймал летящий ему в горло нож. Он схватил его на лету с легкостью, с какой хватают надоедливую муху. Марк был поражен. Уклониться от ножа можно, но чтобы поймать… Да ладно, хрен с тобой! Поймал и радуйся! Посмотрим, сможешь ли ты остановить пулю. Лейтенант тут же внес коррективы в свой предыдущий план. Теперь в первую очередь он займется сладкой парочкой, которая все еще болтается на нем, как прочно засевшие репьи.