Но, тем не менее, Вашингтон нервничает, поскольку разрыв сокращается. И начинает вставлять Пекину палки в колеса. Прежде всего, Вашингтон стремится сдерживать приток китайских капиталов в экономику США. Власти США отклоняют заявки китайских инвесторов на покупку долей в компаниях США или даже целых компаний, ссылаясь на соображения национальной безопасности. Или, например, вспоминая об антимонопольном законодательстве, которое якобы может быть нарушено в случае сделок с участием китайских инвесторов.
Только что консультативно-юридическая компания Baker & McKenzie совместно с исследовательской компанией Rhodium Group завершила исследование, которое показало, что прямые иностранные инвестиции КНР в Европу и Северную Америку в прошлом году составили всего 30 млрд. долл. А в 2016 году они были равны 94 млрд., в 2017 году – 111 млрд. долл. Падение за прошлый год по сравнению с позапрошлым составило 81 млрд. долл, (на 73%)[32]. Получается, что если в 2017 году из общего китайского экспорта капитала в виде прямых инвестиций на Европу и Северную Америку приходилось 89%, то в 2018 году эта доля упала до 23%. Особенно резким было падение в США. Вот данные по объему китайских прямых инвестиций в экономику США (млрд, долл.): 2016 г. – 45,6; 2017 г. – 29,0; 2018 г. – 5,0.
Падение за 2016-2018 гг. в 9 с лишним раз! Доля США в экспорте капитала из Китая упала с 36,6% в 2017 году до менее 4%. В то время как все СМИ обсуждают проблему торговых противоречий двух стран, мы видим, что США проявляют гораздо более жесткий протекционизм в отношении китайских инвестиций (нежели китайских товаров).
Конечно, китайские инвестиции пытается сдерживать и Европа. Но здесь нет столь ярко выраженного протекционизма, как со стороны США. Прямые инвестиции Китая в Европу были равны (млрд, долл.): 2016 г. – 46; 2017 г.-80,0; 2018 г.-22,5.
Основная часть инвестиций в 2017 г. пришлась на приобретение Syngenta (швейцарская компания, один из лидеров в области производства средств защиты растений и семеноводства) компанией ChemChina за 43 млрд. долл. Без учета этой сделки китайские инвестиции в Европу в 2018 г. сократились лишь на 40%. Примечательно, что китайские инвестиции в прошлом году выросла в экономики Франции, Германии, Испании, Швеции и ряда других европейских стран. Также следует отметить, что в 2017-2018 гг. китайские инвестиции увеличились в экономику Канады – с 1,5 млрд, до 2,7 млрд. долл.
Свои серьезные потери экспорта капитала на направлении США и некоторые потери на направлении Европы Китай стремится компенсировать за счет тех стран, которые он вовлекает в реализацию проекта ОПОП. В этом плане интересны оценки, изложенные Американским институтом предпринимательства (American Enterprise Institute – AEI) в докладе «Belt and Road Initiative gives boost to Chinese out bound investments» («Инициатива Пояса и Пути дает толчок китайским зарубежным инвестициям»)[33].
Цифры по китайским инвестициям, приводимые в указанном исследовании, не вполне совпадают с теми, которые, например, содержатся в докладах ЮНКТАД. Видимо, авторы включают в инвестиции не только прямые, но также портфельные и прочие (кредиты и займы), поэтому получаются более внушительные величины. Авторы исследования делят экспорт капитала на две части -та, которая была направлена в страны, участвующие в реализации ОПОП, и остальные страны (см. табл.)
Экспорт капитала из Китая в страны, участвующие в реализации проекта ОПОП, и в прочие страны (млрд, долл.)
![]()
В целом за период 2014-2018 гг. экспорт капитала в страны-участницы проекта ОПОП составил 588 млрд, долл., в прочие страны – 524 млрд. долл. Как видим, проект ОПОП оказывал мощное стимулирующее воздействие на экспорт капитала из Китая. Примечательно, что в предшествующее началу реализации проекта ОПОП пятилетие 2009-2013 гг., по оценкам AEI, экспорт капитала из Китая составил 582 млрд. долл. Можно сказать, что проект ОПОП обеспечил удвоение экспорта капитала из Китая.
Американский институт предпринимательства составил список десяти ведущих по объемам полученных китайских инвестиций стран, участвующих в проекте ОПОП. Вот этот список (инвестиции за период 2014-2018 гг., млрд, долл.): Пакистан – 40; Нигерия – 31; Малайзия – 30; Сингапур – 28; Индонезия – 26; Российская Федерация – 24; Бангладеш – 23; ОАЭ – 21; Лаос – 18; Египет – 16. Как видим, в топ-10 оказалась Россия (шестое место).
А вот список ведущих получателей китайских инвестиций из тех стран, которые не участвуют в проекте ОПОП (инвестиции за период 2014-2018 гг., млрд, долл.): США – 123; Великобритания – 62; Швейцария – 53; Австралия – 46; Германия – 36; Бразилия – 34; Италия – 21; Аргентина – 17; Финляндия – 16; Франция – 16.
Хотя на первом месте в списке топ-10 пока находятся США, однако это за счет массированного притока китайского капитала в 2014-2016 гг. После прихода в Белый дом нового президента Дональда Трампа все изменилось, китайским инвестициям в Америке был дан красный свет. В связи с резким сокращением китайских инвестиций в эту страну лидерство может перейти к Великобритании, которая в последнее время активно ведет переговоры с КНР об увеличении масштабов взаимного инвестиционного сотрудничества (отчасти к этому Лондон подталкивают проблемы, создаваемые выходом страны из ЕС). Также не исключается, что некоторые из «прочих» стран могут перейти в категорию стран, участвующих в проекте ОПОП. В первую очередь, это Италия, с которой сейчас идут переговоры о ее подключении к проекту. Вице-премьер Италии Луиджи Ди Майо и председатель Госкомитета КНР по развитию и реформам Хэ Лифэн 23 марта в ходе официального визита председателя КНР Си Цзиньпина в Италию подписали меморандум о взаимопонимании в рамках китайской инициативы «Один пояс – один путь». Пекин также не скрывает, что в ближайшее время планирует распространить проект ОПОП на Латинскую Америку и рассчитывает на то, что такие страны как Аргентина и Бразилия (фигурирующие с списке топ-10 «прочих» стран) также к нему присоединятся.
Очевидно, что Пекину нужны гораздо большие масштабы экспорта капитала. В последние два года наращивание зарубежных инвестиций из Китая явно пробуксовывает. Это видно даже по цифрам ЮНКТАД. В 2017 году вывоз китайского капитала в виде прямых инвестиций, по данным этой организации, сократился, а в прошлом году прирост был крайне незначительный. По данным Американского института предпринимательства, в прошлом году было сокращение экспорта китайского капитала, и очень существенное – на 36% (в том числе в страны, участвующие в проекте ОПОП, – на 12%; в прочие страны – на 54%). Еще раз подчеркнем, что сегодня в мире наряду с торговым протекционизмом нарастает протекционизм инвестиционный. И на примере Китая с его большими амбициями в области наращивания экспорта капитала проявления этого протекционизма становятся особенно явными. При этом в сфере противодействия китайским инвестициям Вашингтону удается добиваться большего, чем в сфере противодействия китайскому товарному экспорту.
Пекин: двери для иностранного капитала открываем настежь
В прошлой статье я писал о том, что Пекин взял курс на наращивание экспорта капитала. Но одновременно он выступает в качестве получателя иностранных инвестиций. Можно сказать, что выстроена улица с двухсторонним движением. До конца прошлого века это была улица с односторонним движением: Китай лишь принимал иностранный капитал. Причем это была целенаправленная политика китайского руководства. К началу нынешнего века Китай вышел на второе место в мире среди ведущих реципиентов капитала (в виде прямых инвестиций) после США. Только за период 1997-2002 гг. Китаем были подписаны соглашения о привлечении в страну прямых иностранных инвестиций на сумму в 348 млрд, долл., из которых было реально использовано 218 млрд. долл, (в среднем на год получается около 36 млрд. долл.).
