Читаем без скачивания Введение в философию иудаизма - Пинхас Полонский

У нас, например, Mишна "Пиркей Авот" что говорит? Был(?), последний был Шимон а-Цадик, вот он там встречался с Александром Македонским, а после него Антигнус из (?), а после него там - Пары. А сколько времени это длилось, когда это происходило, т.е. целое столетие у нас просто пропадает, и мы не знаем, кто там был, что было, какие там люди действовали, даже имен мудрецов и имен национальных руководителей мы не знаем, и имен Первосвященников мы не знаем. Просто целые эпохи абсолютно пропадают. Потому что жизнь народа больше не мыслится как Божественное Откровение, а потому оно не подлежит такому внимательному анализу. Внимательному анализу все больше подлежат индивидуальные отношения человека с Богом. И на место историческому приходит космическое.

Космическое - это способ обойти историческое. В космическом мироощущении нет исторической раскрутки. Человек напротив Бога, напротив Космоса. У него есть его личная биография, но его национальная биография, т.е. история, уже не рассматривается. Т.е. национальное чувство во Втором Храме потеряно. Национальное - это общенациональное.

Вот для меня символом Второго Храма является всегда история про Xони-hа-Mэагэль, это Xони, очерчивающий круг. Хони-hа-Mэагэль - это такой персонаж Второго Храма, и про него там есть несколько историй в Талмуде, в том числе такая история, что Xони-hа-Mэагэль подошел к человеку, который сажал дерево и спросил: "Что ты сажаешь дерево? Сколько тебе?". Он говорит: "Восемьдесят, семьдесят, шестьдесят..." - "A кто будет плоды есть? Ты же уже не доживешь..." Он говорит: "Но зато внуки мои доживут, я пришел в мир, где уже были деревья, их посадили мои предки, я их сажаю для своих внуков".

Xони-hа-Mэагэль ложится спать, засыпает, спит 70 лет, как Спящая Красавица, а вокруг него вырастает бурьян, 70 лет, просыпается, идет спрашивать людей и видит, как человек собирает плоды с этого дерева. "Вы кто такой?" - "Я внук такого-то... " Он говорит: "Да-да, помню, он сажал здесь дерево". И вот Xони-hа-Mэагэль идет в Бейт-Mидраш, начинает там спорить с кем-то, все идет тем же самым путем. Он проспал 70 лет, ничего не изменилось. Жизнь течет, как она текла. Т.е. в эпоху Второго Храма можно было спокойно проспать 70 лет, и мир не изменится. Ничего не будет, все как было, так и есть. И вот это, в каком-то смысле, полное отсутствие исторической динамики. Он приходит в Бейт-Mидраш, и никто не удивляется, что он одет в одежду 70-летней давности. Он не может найти себе товарища, он как бы своих друзей растерял и не находит себе нового друга. Это другой вопрос. Но в самом окружающем мире ничего не произошло. Т.е. история про сон Xони-hа-Mэагэля, хотя у нее есть другие моральные выводы, кажется мне очень важным символом полного отсутствия исторической динамики.

И вот это Второй Храм, где историческая динамика ушла, и, наоборот, все больше индивидуальное раскрытие Божественности. "Прат" выступает на место разрушающегося "клаля".

6. Отношение Талмуда к историческим событиям

Рассмотрим, в качестве отдельного момента, отдельного параграфа, отношения Талмуда к историческим событиям. Существует известная проблема, что насколько хорошо в ТаНаХе разобрана история и насколько хорошо каждое историческое событие стоит на своем историческом месте, настолько же плохо рассмотрена история в Талмуде. В нем история не только отсутствует в своем историческом развитии, каждое событие воспринимается исключительно как вырванное из контекста. И поэтому, скажем, Талмуд чрезвычайно проблематичен в смысле исторического источника. Есть классический пример.

B Талмуде рассказана история о том, как в некоторый момент происходила осада Храмовой горы. 3ащитники Храмовой горы сидят наверху, а осаждающие сидят внизу. И вот защитники, осажденные, каждый день спускают корзину с деньгами, внизу забирают деньги и кладут теленка или козленка для жертвоприношения. Его поднимают наверх, приносят жертву, и, несмотря на осаду, жертвоприношения продолжаются. И вот кто-то надоумливает осаждающих: "Вы им даете жертвоприношения, поэтому они там и держатся". Тогда осаждающие решают подложить им свинью. После этого осажденные начинают поднимать корзину, не зная, что там свинья, она цепляется рогами или копытами за стену Храма, вся земля дрожит в округе, и дальше говорится нечто вроде того, что "проклят тот, кто учит своих детей греческой мудрости". Есть такая история.

Так вот интересно, что эта история в трех разных талмудических (казалось бы, вопрос: читаем Талмуд, эта история факт или не факт, как к ней относиться?) в Талмуде и в Mидрашах - приводится три раза. Одна и та же история, соотносится она с разными историческими событиями. При какой осаде, собственно, было дело, при второй, третьей или пятой, - а за 600 лет было много разных событий, - и из нее делаются разные моральные выводы.

Иными словами, поскольку трудно предположить, что такая история была три раза одинаковой, напрашивается естественный вывод, что для авторов Талмуда абсолютно неважно, когда происходила эта история. Важно только одно: дать некоторый моральный урок. Объяснить, почему не надо делать так, или надо делать вот так, и в качестве иллюстративного материала взято это яркое, запоминающееся событие, было когда-то, наверное, один раз, но к какой эпохе оно относится, им абсоютно наплевать. Потому что у них нет чувства того, что важна историческая привязка. История не существует, существует только момент. Вот этот момент, это типичное уничтожение - это уничтожение как бы исторической непрерывности, и это типичное ощущение "прат", а не "клаль", потому что если есть "клаль", то это не просто "много народа", а у "клаль" есть своя биография. И эта биография называется историей. Так же как для человека важно, происходило с ним в молодости, в середине жизни или в старости, у него совершенно разное мировосприятие, так же, когда воспринимаем "клаль", как живой, то важна историческая привязка. И если у нас "клаля" нет уже, а есть только много народа, собрание "прат", индивидуальностей, тогда, действительно, нас волнует только, что не надо учить ребенка греческой мудрости.

Итак, подход Талмуда к историческим событиям - это полное нарушение исторической непрерывности, а внимание к отдельным моментам, вырванным из контекста. В отличие от ТаНаХа, где историческая непрерывность обязательна, и где про любого, даже второстепенного царя рассказывается все: упомянуто, сколько он царствовал, и как согласуется с другими царями - упомянуто, потому что важно не событие отдельное, а его место в исторической перспективе.

7. Еврейство Танаха и еврейство Талмуда

По просьбе из зала мы поговорим о еврействе ТаНаХа и еврействе Талмуда, а потом перейдем к Bиленскому Гаону. В начале 20 в., ровно в тот момент, когда действовал рав Кук, у нас были в еврейском народе в Эрец-Исраэль две отличающиеся друг от друга группы людей. Одно - это были классические евреи из ешив, старый Ишув, а второе - новый Ишув, халуцианская молодежь, которая строила сионизм и еврейское государство.

Так вот, эти две группы еврейского населения видели своим источником вдохновения две совершенно разные группы текстов. Группа ортодоксальная, ешивная, совершенно не занималась ТаНаХом, а занималась исключительно Талмудом. В ешивах, к вашему сведению, господа, 100 лет назад ТаНаХ не учили вообще, а изучали исключительно Талмуд. Конечно, бывали иногда исключительные личности. Но в общем-то считалось, что, конечно, лучше, что ребенок читает, что в хедере учится и "Парашат-а-шавуа" читает, даже, так сказать, по Торе учат, но в ешивах Тору не учат, потому что Тора - это уж уровень начальный, его все знают, на философском уровне Тору не изучали, а уж ТаНаХ не изучали тем более. "Если хочешь читать ТаНаХ, ну иди почитай ТаНаХ, кто тебе мешает, это не запрещенная литература!" Но по крайней мере, учить его нечего. Что там учить? Его элементарно берешь и читаешь. Вот Талмуд - тут есть что учить: логика, "пилпуль", такой довод, другой довод, галахические хидушим, галахические новеллы, где есть большие проблемы. Вы знаете, что такое "пилпуль"? Такая отточенная логика талмудической дискуссии. Вот это, действительно, пища для ума, для изучения в ешиве. А ТаНаХ - это не пища для ешивы, поэтому ТаНаХ вообще практически не изучали. И знание ТаНаХа оставалось у всех талмудических мудрецов на "школьном" уровне: в первом классе он начинал Тору, и в ТаНаХе какие-то главы читал, Псалмы. Но до изучения дело не доходило.

Вторая группа, сионисты, наоборот, совершенно не хотела Талмуд, а хотела только ТаНаХ. Более того, я могу вам привести современный пример. 3десь у нас был один молодой человек, который очень "захаредел", до такой степени, что пошел учиться в "черную" ешиву, совершенно классическую, "харедимную". Он из России, с немножко другой ментальностью, не просто "хареди". И вот он заходит: "Чего вы там учите?" - "То-то и то-то". Я говорю: "A как же ТаНаХ?" Он говорит: "Нет, ТаНаХ у нас не учат, а то, еще, может стронемся, ТаНаХ учить". Это я видел здесь пять лет назад. Но это до сих пор есть.