Некоторые повреждения мозга могут привести к тому, что при сохранении нормального функционирования всех остальных возможностей вашего мозга однажды вы не сможете прочитать ни одного слова. То есть вы продолжаете хорошо видеть, вы нормально разговариваете, вы понимаете все, что вам говорят, вы даже в состоянии писать, как и прежде. Но перед словом, написанным по-французски, вы будете стоять в полном недоумении, как если бы оно было написано на китайском языке (при условии, что вы не китаец, а француз).
«Но почему, – спросит меня вдумчивый читатель, – так случилось, что утрата способности воспринимать написанное породила столько вопросов, ответы на которые окутаны тайной?»
Попробуем ему ответить. В результате повреждений мозга можно потерять способность к чтению, сохранив при этом все остальные функции мозга. Это является свидетельством того, что мозг обладает структурой, обеспечивающей функционирование именно этой способности, которая служит только этой цели, поскольку все остальные функции мозга остаются сохранными. Мистика же заключается в ответе на вопрос: откуда взялась эта «машина для чтения»? Если я вас спрошу, как появились наши глаза или руки, вы мне скажете, что это продукт эволюции и естественного отбора. Но не вызывает сомнения тот факт, что биологическая эволюция не могла снабдить нас «механизмом для чтения», поскольку чтение – это недавнее «изобретение» человечества, появившееся всего лишь пять тысячелетий тому назад. А наш мозг (каким мы получаем его при рождении) не меняется на протяжении миллионов лет. Короче говоря, мы все рождаемся с мозгом, унаследованным от предков, живших двадцать тысяч лет тому назад и не имевших никакого представления о том, что такое чтение.
Но если биологическая эволюция не имеет никакого отношения к этой «инновации», то откуда она взялась и кто ее изобрел?
С момента рождения наш мозг организован таким образом, что он может обеспечивать нам способность видеть и говорить. Мы рождаемся с визуальной системой, которая дает нам возможность распознавать окружающие нас объекты, а также с системой языка, обеспечивающей возможность общаться. Когда дети учатся читать, к этому процессу одновременно подключаются и вышеупомянутые структуры. Зрительную систему обучают различать мелкие предметы особой конфигурации, которые называют буквами. Систему речи учат делить слово на элементарные звуки (bateau (корабль) =[Ь] + [а] + [t] + [о]), ив конце концов учатся читать, то есть устанавливать связи между этими двумя системами: мы узнаем, что буква «О» соответствует звуку [о] и так далее. Короче говоря, наша «машина для чтения» является результатом изменений и модификаций, которые обучение чтению производит в структурах, продуцирующих в нашем мозгу речь и зрительное восприятие.
А как же можно проследить и объективно изучить, как влияет на наш мозг обучения чтению?
Теоретически это очень просто: стоит только сравнить мозг людей, умеющих читать, с мозгом людей, которые не умеют этого делать. Но в реальной жизни проведение подобного сравнения вызывает множество трудностей. Так, например, очень трудно отыскать людей приблизительно одинаковых по возрасту, происхождению, социальному статусу, одни из которых умеют читать, а другие неграмотны, и изучить при помощи последних научных методик функционирование мозга каждого из них. И в этой связи я сейчас расскажу об одном эксперименте, в котором мне посчастливилось принимать участие.
Зададимся вопросом: как ученым удалось отыскать испытуемых, соответствующих всем вышеперечисленным критериям?
Исследование проводилось частично в Бразилии, с местным населением, и частично во Франции, где в нем принимали участие уроженцы Португалии. Сравнивали не две, а три категории испытуемых: грамотные люди, посещавшие школу и научившиеся читать в детстве, неграмотные люди, никогда не учившиеся навыкам чтения, и бывшие неграмотные, то есть люди, научившиеся более или менее хорошо читать во взрослом возрасте на курсах ликвидации неграмотности. Почему наш выбор пал на Бразилию? Да потому, что в этой стране можно легко отобрать людей из всех трех категорий, причем все участники эксперимента соответствовали также и социально-экономическим критериям. Особо отмечу, что только при соблюдении всех этих условий можно связать наличие возможных различий в функционировании мозга с уровнем овладения чтением и письмом, а не, например, с пищевым рационом, которого придерживались в детстве.
А теперь выясним, какие методы использовались учеными при изучении деятельности мозга всех этих людей.
Эксперимент проводился с помощью магнитно-резонансного томографа, который регистрировал повышение активности различных зон мозга во время выполнения испытуемыми интеллектуальных заданий. Не вдаваясь в подробности, можно сказать следующее: ученые, с одной стороны, тестировали функционирование зрительной системы, демонстрируя перед испытуемыми написанные слова, лица людей, картинки домов и прочее, а с другой – исследовали функционирование речевых структур, давая испытуемым прослушать или увидеть слова и фразы, в то время как томограф осуществлял снимки мозга.
К какому выводу пришли ученые?
Результат исследования был вполне очевиден: чем лучше вы умеете читать, тем сильнее во время чтения активизировались не только зоны мозга, выполняющие функции зрительной системы, которая формирует узнавание букв, но и весь комплекс структур мозга, который осуществляет речевую деятельность и отвечает за понимание смысла слов и их произношение. Короче говоря, исследование продемонстрировало, что чем лучше человек умеет читать, тем сильнее активизировались участвующие в этом процессе зоны мозга, что, как вы понимаете, является вполне логичным заключением.
Это был вполне ожидаемый результат, но читатель может спросить меня: к каким же еще выводам, может быть не столь ожидаемым, пришли ученые?
А вот к каким. Умение читать меняет наш способ восприятия устной речи. Левая височная доля мозга выполняет функции анализа звуков, из которых состоит слово. И в то время как испытуемые слушали фразы, эта область активизировалась в два раза сильнее у грамотных, чем у неграмотных, людей. Объяснение этого различия – почему умение читать меняет способ восприятия информации на слух? – не столь очевидно. В действительности оказалось, что неграмотные слышат слова не так, как грамотные.
Сыграем в небольшую игру: я прошу вас удалить первый звук из слова «crapaud» («жаба», произносится «крапо»), вы ответите «гаро»; я вам скажу «chapeau» (шляпа, произносится «шапо»), вы скажете «аро», и так далее. Короче говоря, неграмотные люди не способны сыграть в эту игру, они не отдают себе отчета в существовании минимальных единиц звукового строя языка, называемых фонемами. Восприятие этих единиц, именуемое фонологическим осознанием, развивается в тесной взаимосвязи с обучением человека чтению. И подобные различия между грамотными и неграмотными людьми объясняются, по видимому, тем, что слуховая зона коры головного мозга функционирует у них по-разному.
К какому же окончательному выводу пришли ученые по завершении своей работы?
Меня особенно впечатлил последний результат, показавшийся мне весьма интересным. Оказалось, что изменения в функционировании мозга, связанные с обучением чтению, не зависят от того, в каком возрасте начинают этому учиться – в школе, будучи ребенком, или став взрослым и занимаясь на курсах по ликвидации неграмотности. Таким образом, мое заключение выглядит весьма оптимистично: мозг остается пластичным и способен усваивать знания даже в зрелом возрасте. Короче говоря, учиться никогда не поздно!
4. Мозги представителей левых и мозги представителей правых сил – это вопрос политический
Приближаются выборы, и я хотел бы задавать вам не совсем корректный вопрос: отличается ли мозг человека, голосующего за правые силы, от мозга ему подобного избирателя, который отдает свой голос в пользу левых?
В престижном научном журнале «Current Biology» недавно появилась статья, которая наделала много шума и у которой оказалась весьма интересная предыстория. Может быть, вы видели фильм «Король говорит», в котором речь идет о борьбе с заиканием Георга VI Английского. Интересно то, что Колин Фёрт, исполнитель роли короля, был одним из авторов этой научной статьи. А во время передачи на ВВС, на которую его пригласили, он предложил лондонским неврологам сравнить мозг депутата от консерваторов с мозгом либерального депутата. И что самое интересное, ученым удалось это проделать, потому что по неизвестной мне причине нашлась даже не пара, а несколько пар депутатов, которые решили пройти исследование на магнитно-резонансном томографе.
Читателям, наверное, будет интересно узнать, в чем заключалась суть эксперимента.
