— А ты что, куда-то собралась, дочка?
— Да нет, это я так, к слову. А скорее всего, они, как всегда, ошибаются.
— Кто? — спросила мать.
— Да синоптики. Если они говорят, что ураган будет пятнадцатого, то он, скорее всего, будет двадцать пятого. Или десятого. Или его вообще не будет.
— Обязательно будет, без него никак. Не помню ни одной зимы без урагана, — заметил отец.
— Ну и на здоровье, — сказала Саманта. — Уж чем-чем, а ураганом меня не напугаешь. Есть вещи и пострашнее.
— Что, например? — спросила мать.
Саманта пожала плечами.
— Например, скука.
— Тебе здесь скучно?
— Да нет, нормально.
— Я понимаю, после Флориды, после работы в газете, где всегда что-то происходит, для тебя здесь настоящее болото, — сказала мать. — И я все-таки не понимаю, почему ты не хочешь попробовать устроиться в наш гроссвильский еженедельник? Я уверена, они бы тебя взяли. Для начала хотя бы внештатным сотрудником…
Миссис Мелроуз в последнее время очень беспокоило состояние Саманты. Она стала какая-то вялая, безжизненная, бродила как привидение и даже перестала дурачиться с племянниками. Когда она приехала, то была совсем не такой. Конечно, мать тогда знала, что дочку постигли разочарования и время от времени ее мучают мрачные мысли, но все равно она была другой… живой, жизнерадостной, радовалась своему возвращению, наслаждалась природой Гроссвила и общением со старыми знакомыми.
А особенно веселой она стала, когда приехали те ее друзья из Флориды. Миссис Мелроуз с удовольствием наблюдала, как засияли глаза Саманты, как она весело смеялась и с увлечением выступала в роли гида и проводника по Гроссвилу. Может, дело в этом пареньке, Джереми? Когда он уехал, месяц назад, Саманта стала сама не своя. Хотя, скорее всего, дело в чем-то другом. Ведь Джереми явно оказывал ей знаки внимания, но она этого как будто не замечала. Наверное, Саманта все еще не может забыть того парня, из-за которого она убежала из Флориды. От него она убежала, а от себя-то не убежишь…
Саманта не очень-то с ней откровенна в том, что касается личных дел. Миссис Мелроуз понимала ее скрытный характер и никогда не лезла с бестактными вопросами. Но ее сердце больно сжималось от сознания того, что у дочки что-то не ладится…
— Мам, давай не будем об этом, — ответила тем временем Саманта, чем вывела мать из задумчивости. — Разве вам не нужна моя помощь в магазине?
— Нужна, конечно. Но, если ты найдешь что-то, что тебе больше по душе, мы справимся. Наймем кого-нибудь, если будет нужно.
— Я хочу сегодня поехать в охотничий домик, — заявила Саманта.
— И что ты там собираешься делать? — удивилась мать.
— Так, осмотрюсь, разведу огонь в камине, вытру пыль… Мы с Роджером и Моникой хотели как-нибудь съездить туда на уик-энд. Надо навести порядок.
— Не забудь открыть заслонку в камине, — сказал отец.
— Не забуду.
— И возьми что-нибудь с собой пожевать, — добавила мать. — Холодильник там выключен, а в шкафах только крупы, макароны и печенье.
— И вино, — добавил отец.
— Ну вот, тогда заодно и напьюсь там в одиночестве, — улыбнулась Саманта. — Мам, да я шучу! — добавила она, увидев вытянувшееся лицо матери.
Саманта погрузила в машину несколько пакетов с вещами. Вещей оказалось больше, чем она рассчитывала. Она взяла продукты, в том числе и коробку с пирожными-корзиночками, свой любимый пушистый плед, пару бутылок с моющими средствами и свечи. Прошлой зимой, когда они ездили в охотничий домик, из-за обильного снегопада оборвалась линия электропередачи и они сожгли все запасы свечей.
Цезарь все время крутился у ее ног, как будто понимал, куда она собирается. Он обожал ездить в охотничий домик, в окрестностях которого в изобилии водились птички, мышки, кузнечики и прочая живность, на которую он охотился.
— Ты что, не знаешь, что сейчас зима? — спросила Саманта у кота. — Все кузнечики спят. А птички улетели на юг. Не все, конечно, но вряд ли тебе понравится прыгать за оставшимися по глубоким сугробам.
Уже в машине, отъехав от дома на несколько миль, Саманта обнаружила, что забыла дома сотовый телефон.
— Видимо, я оставила его на кухонном столе, — проговорила она вслух. — Кажется, именно там я его в последний раз видела.
Ну, ничего страшного. Скорее всего, никто не будет искать ее до вечера, а к вечеру она вернется. Ехать до охотничьего домика не больше часа.
Саманта ехала мимо заснеженных равнин, мимо островков из сосен, мимо петляющей замерзшей речки, которая вела к самому озеру, на берегу которого стоял охотничий домик. Озеро замерзло, и на его берегах возвышались снежные сугробы. Дорога, пролегавшая через поселок при бывшей каменоломне, была расчищена, в отличие от занесенной снегом дорожки, по которой нужно было проехать до домика еще несколько сот метров. Автомобиль с некоторым трудом, но все же преодолел это расстояние, оставив за собой четкие следы шин.
Выходя из машины, Саманта посмотрела на небо и увидела низко нависшие, давящие темные тучи. Да, погодка сегодня не из приятных. Ну ничего. Сейчас она разведет огонь в камине, наведет порядок и уют, приготовит себе ароматный чай с засушенными травами, которые хранятся здесь с прошлого лета…
Джереми вышел из небольшого двухмоторного самолета, который всю дорогу взбалтывал его, как многоингредиентный коктейль, и вдохнул морозный воздух Гроссвила. На этот раз воздух не показался ему таким обжигающе холодным, хотя и теплым его назвать было бы затруднительно. Джереми застегнул до конца воротник своего пуховика, надвинул шапку пониже и натянул перчатки. Он направился к стоянке аэропорта, где стояла заказанная им напрокат по телефону машина. Тот же самый темно-синий пикап. Или почти такой же.
Над Гроссвилом низко висели темно-сиреневые тучи, на дороге клубились маленькие вихри из снежной пыли. «Температура воздуха в Гроссвиле минус двадцать два градуса, ветер северный, три-пять миль в секунду», — передали по местному радио, которое включил Джереми. Он даже присвистнул. Ничего себе! Минус двадцать два! Теоретически при выходе из самолета он должен был сразу же превратиться в ледяной столб. Но он не только до сих пор жив и здоров, но даже может двигаться, и, что самое удивительно, ему почти не холодно. Видимо, его организм еще с прошлого раза не отвык от северной погоды. А кроме того, он теперь правильно одет, включая теплые кальсоны, которые оказались совсем не лишними.
Джереми невольно улыбнулся, вспомнив, как Саманта в первый раз завела речь об этой детали гардероба северного мужчины и о том, как он тогда смутился. Саманта… Очень скоро он ее увидит. Возможно, она бросится ему на шею, как в прошлый раз. Наверное, она удивится и обрадуется, увидев его снова так быстро, ведь он уехал всего месяц назад. Но, после того как он скажет ей то, что собирается сказать, она, скорее всего, уже никогда не будет бросаться ему на шею. Так что он должен сполна насладиться этим последним разом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
