— Для кого утро, а для кого и вечер, — ответила Лори дежурной шуткой, сладко потягиваясь при этом. Она была пристегнута к центральному креслу и не рисковала улететь от подобного жеста куда-нибудь в сторону огромного вогнутого экрана, на котором немигающим узором застыли россыпи ярких звезд.
— Где Валентин? — осведомился Андрей, подплывая к ее рабочему месту. Уцепившись рукой за подлокотник, он взглянул на Джоану.
— Отпросился у меня поговорить с семьей, — ответила Лори. — В ближайшие часы ожидается повышение солнечной активности, — пояснила она, — возможны перебои со связью, а у него там какие-то проблемы с отцом. — Дождавшись ответного кивка Андрея, она протянула руку к расположенному перед ней терминалу и, коснувшись сенсора, произнесла: — Восемь часов одна минута локального бортового времени «Януса». Продолжается запись текущих суток. Второй пилот Джоана Лори вахту сдала.
Андрей, в свою очередь, активировал запись бортового журнала.
— Командир корабля Андрей Дибров вахту принял, замечаний нет.
— Всё, мальчики, я пошла спать. — Джоана отстегнулась от кресла, всплыв над ним.
Андрей кивнул ей и привычным движением перевернулся в пространстве. Ухватившись за подлокотник, он позволил чуткому ложементу отреагировать на касание. Тонко взвизгнули сервомоторы, подстраивая угол наклона спинки и подголовника, страховочные ремни скользнули по груди и бедрам, тихо клацнули замками. Андрей подтянул к себе плавающую в невесомости подле кресла дугу коммуникатора и надел ее.
Майкрофт обернулся.
— Привет, командир. Что-то ты сегодня рано проснулся.
— Привет, Хью. — Дибров, чтобы не пускать в голову досужие мысли, тут же включился в процесс работы, и его пальцы засновали по сенсорной клавиатуре командного терминала. — Захотелось принять душ и позавтракать в одиночестве, — наконец ответил он, ощущая при этом внутреннее напряжение. Ложь, даже такая незначительная, была ему неприятна. Он привык к простым и ясным взаимоотношениям.
— С тобой точно ничего не случилось, командир? — переспросил Хью.
— Дурной сон, — вторично попробовал уклониться от ответа Дибров.
Майкрофт скосил глаза, выглянув из-за спинки своего кресла.
— У тебя дрожат пальцы, — как бы невзначай обронил он.
Андрей вторично напрягся, не зная, что ответить. Грубить бессмысленно, говорить правду — глупо, а продолжать развивать данную тему — еще хуже...
Его замешательство рассеял сам Хьюго. Несколько секунд он сидел с нарочито серьезным видом, вытягивая шею, а потом все-таки не выдержал, прыснул.
— Ой, не могу. — Он весь прямо-таки светился от переполнявшего его веселья, при этом палец Хью указывал в сторону командирского кресла. — Ты так серьезно напрягаешься каждый раз, когда я пытаюсь неудачно шутить.
Дибров тоже не выдержал и слабо улыбнулся.
Майкрофта не поймешь. Шутит он или нет — невозможно предугадать. Андрей все же покосился на свои пальцы, застывшие над сенсорной клавиатурой, и понял, что их кончики действительно дрожат.
— Ладно, Хью, повеселились, и хватит, — с неожиданной резкостью в голосе произнес он, теряя обычное самообладание.
Сегодня им предстояло начать маневр переориентации «Януса». Рабочий день обещал быть напряженным, и...
— Послушай, командир, ты видел моего кота? — совершенно неожиданно спросил Майкрофт.
Дибров повернул голову. Рабочее кресло пилота, расположенное в метре от него, было ориентировано на боковые секторы обзорного экрана, так что он смог увидеть лишь высокую спинку, подголовник и руку Майкрофта, в которой тот держал маленький стереоснимок. Андрей и раньше замечал, как его напарник рассматривает какую-то карточку, но никогда не просил ее показать.
Из-за спинки кресла опять появилась голова Хью.
Он почему-то больше не улыбался — просто молча протянул Диброву карточку.
Вот как? Бровь Андрея чуть приподнялась. А я — то думал, на снимке его подруга. Он также вытянул руку, взял снимок и вдруг ощутил, что кончики пальцев Майкрофта тоже мелко дрожат.
Неужели и он?! Мысль была резкой, острой, неожиданной и неприятной. Андрей отогнал ее, сосредоточившись на изображении.
На тонкой пластинке действительно была запечатлена голографическая копия кирпично-рыжего кота с зелеными глазами, такими же веселыми и хитрыми, как у самого Хью.
— Ты в курсе, что они считают нас своими богами? — совершенно серьезно спросил Майкрофт, принимая карточку назад.
— У меня никогда не было своего кота, — пожав плечами, сознался Андрей.
— Ты много потерял. А что ты вообще думаешь о боге? Он есть... или его нет?
Вопрос оказался неожиданным.
Вообще-то на борту «Януса» в среде экипажа не возбранялись никакие темы, но вопрос религии еще ни разу не поднимался Майкрофтом за то время, что он летал вместе с Дибровым.
Удивительно, что Хью спросил об этом именно сегодня, подумалось Андрею.
Тема не казалась ему конструктивной, особенно сейчас...
— Мы же вместе отбывали с Земли, Хью, — ощущая сухость в горле, напомнил он.
— Ну и что?
— Ты смотрел в иллюминатор челнока?
Майкрофт кивнул, слабо усмехнувшись. Мысль Андреи стала ему понятна.
— Да, за облаками, по-моему, никого не оказалось — вздохнул он. — Ладно, командир, все, начинаем работать, — поспешно добавил Майкрофт, перехватив напряженный, неодобрительный взгляд Диброва. Через секунду голова и плечи Хью исчезли за высокой спинкой пилот-ложемента. — Просто мне в этот раз снились совершенно непонятные сны, — внезапно признался он, заставив Андрея вздрогнуть.
Глава 6
Земля, центральный офис корпорации «Фон Браун».Кабинет управляющего робототехническими производствами
Когда запищал зуммер вызова, Толмачев сидел, устало уронив голову на сцепленные в замок руки. В последние дни он почти не спал — продолжался процесс экстренного отключения оборудования в злополучном секторе колонии, и главный инженер корпорации был измотан до предела, причем основные душевные силы Анатолия отнимала не сама работа, а гложущие его неуверенность и страх.
Как грамотный инженер он понимал, что ему не представили и десятой доли правдивой информации о происходящем на Марсе. А если с ним не поделились истиной, то как он может эффективно работать, а главное — почему ему не доверяют?
За десять лет работы на корпорацию он успел достаточно узнать Майлера фон Брауна, чтобы отдавать себе отчет в серьезности исходящей от него угрозы. Босс платил огромные деньги своим доверенным сотрудникам, но и требовал с них, словно сатана, полностью откупивший душу того или иного человека.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
