всё-таки следить за таким количеством народа сложно. Я с грустью вспомнил прошлые времена, когда в рейд шли Охотники, то все прекрасно понимали, на что они идут, и каждый рассчитывал исключительно сам на себя. Такое молчаливое соглашение.
Да, если ты мог помочь другу в процессе боя, то, конечно же, помогал. Но главная установка Охотника — ты должен быть сам готов к любым неожиданностям. Поэтому Охотники «со скрипом» брали себе учеников. Каждый раз нашим Магистрам приходилось буквально шантажом нас заставлять. А сейчас, по факту, у меня было полтора десятка учеников, к которым я добровольно устроился нянькой.
Все пять Разломов, выбранные мной для этого рейда, были в градации от красного до жёлтого. И единственный жёлтый был заполнен чистыми физиками — минотаврами — крепкими скотинами, с которыми мы вполне могли справиться.
Я держал в голове всё — кто как действует, кто как воюет. Да, к чёрту! Я держал в голове даже бегство из Разлома, чтобы сохранить их жизни. После этого я, конечно, вернулся бы, и зачистил его с помощью своих тварей. Но сам факт — да, я был готов ко всему. Не был готов только продемонстрировать призыв моих существ.
А ещё с улыбкой вспоминал разговоры между моими преданными гвардейцами, во главе с Волком, которые шутили — «зачем Саше гвардия, если он в одиночку армию заменяет?» Так-то оно так, да не так. В этом мире ужасные Разломы, которыми неизвестный бог наказал человечество, для меня были подарком судьбы. В ограниченном пространстве находилось определенное количество тварей, ровно столько, чтобы я мог с ними справиться своими силами. Но мои весельчаки-гвардейцы понятия не имели — что такое стоять против многотысячной армии, зажатый в узком морозном ущелье. И с грустью понимая, что у тебя заканчиваются сила и энергия, а вдали ты слышишь рёв костяного дракона, на котором предводитель этой адской толпы спешит к своим миньонам на помощь. Вот это настоящий адреналин! А здесь…
Что-то мне подсказывало, что недолго тварям внутри Разломов скрываться. Не зря Эпицентры в последние годы стремительно расширяются. Рано или поздно, не мы, Истребители, будем выбирать — в какое время, и на какого врага охотиться, а если эти адские отродья скопом вывалятся и ломанутся на человечество, не разбирая, Истребитель ты или кухарка, отставной спецназовец или музыкант.
Весь мой опыт из прошлой жизни просто кричал, что не зря Кодекс отправил меня на эту планету. Да и дело сделано — Главная Руна на крепость поставлена. Я с улыбкой задрал голову к небу. Надеюсь, что вы сейчас ржёте, братцы мои, потешаясь над моим… «отдыхом»?
Но и местные друзья-приятели меня безусловно порадовали. Андросов уже не напоминал того маменькиного сыночка, которого я встретил в «Сибирском экспрессе». Он, в буквальном смысле слова, одной рукой лечил раненых, а второй заставлял корчиться от боли надвигающихся тварей.
Мария и Светлана гармонично встали в пару, и уже после второго Разлома я даже смотреть перестал в их сторону. Фланг, который держали эти две молодые Валькирии, был полностью безопасным.
Катерина и Хельга. Эти предпочитали действовать в одиночку, и правильно делали. Приятно было наблюдать за ними. Их стиль боя отличался, но результат был одинаковым. Вокруг них падали мертвые твари. Если за Хельгой оставались ледяные статуи и пышущие холодом своры пещеры, то за Катериной…
М-да… Не знай я её поближе, трижды присмотрелся бы на предмет того, что достойно ли это существо жизни среди человечества. То, как расправлялась с тварями Катя, было… жестко!
За ней я следил больше всего, пытаясь понять — не ошибся ли я со своим диагнозом. Уж слишком её Дар напоминал Дар Мёртвых. Но нет, все-таки это было не так. Она балансировала на грани, рискуя отправиться в ужасное путешествие в один конец. Но тут уже я не дам этому случиться.
Всё-таки это был Дар одной весёлой Тёмной Богини, с которой я пару раз пересекался в прошлой жизни. Уверен, что эту свою шутку она считает смешной. Одарить дочь мощнейшего Лекаря Империи противоположным по действию Даром? Обхохочешься! Вот только, если я прав, то рано или поздно я услышу где-то в стороне весёлый женский смех. И поверьте — я этому сильно не обрадуюсь!
В общем, можно считать, что разведка боем удалась. Я смогу с этими людьми воплотить свой план в жизнь, при этом никого не убив из них. Я пообещал ребятам банкет за мой счёт, а еще день отдыха завтра. Не то, чтобы этот день сильно нужен им, этот день мне нужен. Алексей доложил, что они выяснили место расположения цесаревны, и для нашей «случайной» встречи мне нужно еще, ой, как сильно подготовиться!
Глава 11
В дверь моего номера аккуратно постучали и я, не отрывая своего взгляда, крикнул.
— Заходите, не заперто!
Я был занят очень важным делом: выбирал какую арафатку мне надеть — «белого» или «очень белого» цвета. Чёртова жара! Как они тут, вообще, ходят? И как они, вообще, тут живут?
Я покосился на старшину, который умирал под кондиционером. Он как раз открыл один глаз, увидел, что я на него смотрю, и начал образцово-показательно пыхтеть, высунув язык ещё сильнее. В последнее время меня посещают странные мысли, что моё тотемное животное меня тупо троллит. Ну, не может ни зверь, ни человек быть таким тупым! Или может?
— Саша, привет! Не отвлекаю?
Я обернулся. В полуоткрытой двери, как будто всё ещё раздумывая, заходить или нет, стояла Хельга. Платиновые длинные волосы, слегка влажные после душа, мило рассыпались по плечам.
Девушка была в лёгком комбинезоне, а на плече у неё скалилась хищная пасть волка — герб животного Северного Королевства. Хельга раскрыла своё инкогнито в последнее время в Иркутске, но это лишь добавило ей уважения. Как хорошего Иста, её уже знали, а постоянно находящаяся рядом с ней элитная гвардия её отца — «Берсеркеры», отбивали любое желание у ухажёров приближаться к ней слишком близко, ну и распускать языки, естественно.
Хельга со своим фирменным ледяным выражением лица получила в местной среде прозвище «Сосулька». Начальнику её охраны это прозвище показалось недостаточно почтительным, и он сломал руку одному из особо рьяных шутников. С тех пор, если так и шутили, то в месте, где поблизости не наблюдались бородатые северные викинги.
— Заходи, конечно, и закрывай быстрее дверь. Эта жара невыносима.
Хельга вежливо улыбнулась.
— А, ну да, кому же я говорю. Тебе, наверное, нормально.
Хельга улыбнулась чуть шире, задумчиво подняла голову
