– Послушай, – сказал Хеллер, – восточные ворота не атакуются. Мы можем попасть в город через них.
– И чтобы от нас осталось одно мокрое место? – усомнился Снелц.
– Как генерал я приказываю тебе въехать в Дворцовый город. На тебе все еще униформа Аппарата. А я в генеральском мундире. Все будет хорошо. Поехали!
– У меня еще есть время написать свои мемуары? – спросил Снелц. – Я уже придумал название – "Короткая и счастливая жизнь полковника морской пехоты Флота Снелца" А тебе я могу поручить сочинить вступление: "Моему другу Снелцу от его друга Джеттеро Хеллера". Водитель, давай трогай, а я пока достану перо и бумагу. Думаю, это не займет много времени.
– Полковник, могу я утешить вас тем. – сказал ХелЛер, – что в том случае, если мы благополучно въедем в эти ворота, вы сможете поставить на своих мемуарах подпись: Бригадный генерал Снелц?
– Что ж, это будет неплохо смотреться на обложке, – ответил Снепц, – даже если потомки причислят это к области черного юмора Водитель, к восточным воротам.
Миновав длинный коридор из колючей проволоки и Нескольк° постов, они оказались в Дворцовом городе. Их поразила нереальная тишина, царившая на дороге.
– Какого дьявола со всеми ними произошло? – подивился Снелц. – Ни одного повстанца на этой стороне Признавайся, это ты все подстроил?
– Они немного поторопились, – сказал Хеллер.
– Да, мне тоже так кажется, – отозвался Снелц, смотря на ряды защитников баррикад.
У обломов былых ворот стояла сотня солдат и пушка.
Майор Аппарата немного странноватого вида, подбежав к машине, и молча уставился на сидевших внутри
Хеллер, надев на нос солнечные очки, протянул ему удостоверение личности:
– Пустынный патруль Аппарата номер 17 с чрезвычайно важным донесением относительно повстанческих группировок. Срочно в Совет генералов Аппарата!
Майор, вернув ему удостоверение личности, почтительно сделал шаг назад и отдал честь.
– Проезжайте, генерал!
Люди у ворот посторонились, и десять машин въехали в город
Теперь, в ярком свете обжигающего солнца, Дворцовый город выглядел совсем по-другому. В палящих лучах солнца ослепительным огнем горели золотые купола дворцов.
Снабжение электроэнергией в городе прекратилось, и сейчас парки были лишены обычной иллюминации, фонтаны не работали.
Трава в парках высохла и, утратив ярко-зеленый цвет, стала совсем коричневой. Кустарники и цветы пригнулись к земле под знойным дыханием пустынного ветра.
– Марихуана? – спросил Хеллер. вглядываясь в клумбы вокруг раскрашенных статуй.
Снелцу никогда раньше не доводилось бывать во Дворцовом городе. Балюстрады, украшенные драгоценными камнями и золотые рамы окон совсем ослепили его свои великолепием. Машины катились по широкому бульвару.
– Я не знаю, что такое марихуана, но должно быть, это стоит целые миллиарды кредиток. Не удивительно, что сюда никого не пускают: где ты еще видел сотни алмазных дворцов?
– Какие сотни, тысячи, – поправил его Хеллер – Видишь эту стену и рядом деревья. Я предлагаю посидеть немного в теньке.
Снелц обвел взглядом улицу. Повсюду мелькали черные униформы Батальона Смерти, шоковых войск Аппарата. Через каждые сто ярдов вдоль улицы были расставлены тяжелые орудия. Солдаты Аппарата имели довольно внушительный вид, но создавалось впечатление, что они сильно нервничают – должно быть, они были встревожены исчезновением защитного покрова города.
– Ты хочешь сказать, что нам нужно остановиться? – спросил Снелц. – В этом змеевнике убийц? Могу я спросить: я уже бригадный генерал?
– Все равно я старше тебя по званию: на мне генеральский наряд.
– Я подозревал, что ты меня обязательно обманешь, – разочарованно проговорил Снелц. – Водитель, притормози у той стены.
Десять машин пустынного патруля остановились у выбранной Хеллером стены. Теперь они находились в трех кварталах от Императорского дворца. Солдат из Батальона Смерти все прибывало. Пушки стояли на каждом углу
Хеллер, выбравшись из автомобиля, сквозь ветви деревьев посмотрел в небо по направлению к югу.
Оттуда доносились звуки стрельбы. В стратосфере лавировали военные космические корабли. Земля тряслась от грохота взрывов. Отряды повстанцев продолжали сражаться за южные ворота. Если мятежникам удастся прорвать оборону, то скоро бой переместится сюда. В небе происходило какое-то движение: неужели флот повстанцев был разбит? Хеллер повернулся к Снелцу,
– Могу я предложить-приказать твоим людям заткнуть уши и лечь на пол машин?
– Смешной приказ, – сказал Снепц. – Это что, необходимо?
– Сейчас сработает сложный диверсионный механизм, – объяснил Хеллер.
– Извини, что я поинтересовался.
Он свистнул трем лейтенантам из других машин и отдал им соответствующие приказы. В это время мимо проходил полковник из Батальона Смерти. У него был очень хмурый вид, не предвещающий ничего хорошего. Уставившись в упор на Снелца, он спросил:
– Что здесь происходит?
В это время солдаты в машинах начали затыкать уши и ложиться на пол.
– Пустынный патруль номер 17, – доложил Снелц. – Остановились, чтобы немного облегчиться,
– Вы находитесь в зоне нашего огня, – сообщил полковник.
Хеллер оглянулся на остальные машины, Три лейтенанта подали ему утвердительный знак и, зажав уши ладонями, улеглись на дно машин. Хеллер, посмотрев на Снелца, увидел, что он, тоже закрывая руками уши, пытается принять удобную позу на полу. Хеллер. зажав между колен коробку радиоуправления, которая не сработала в прошлый раз, повернулся к полковнику.
– А вы – в зоне нашего, – сообщил он полковнику и нажал коленом на стартовую кнопку.
Тысячи маленьких снарядов, выпущенные раньше Хеллером из трубы и разлетевшиеся по всему Дворцовому городу, тот час же начали взрываться по очереди, через небольшие промежутки времени.
Полковник в недоумении оглядывался по сторонам: ему и в голову не приходило связать тол, что происходило в городе, со странным поведением Хеллера. Должно быть, он, не найдя ответа, просто решил, что люди из пустынного патруля услышали взрывы раньше него
Глаза полковника расширились от ужаса, и полковник, с немного диковатым видом, закричал изо всех сил.
Отряды, подразделения, целые батальоны солдат, стоящих сначала с непонимающим видом, тоже вдруг завопили и, поддавшись внезапной панике, начали в беспорядке метаться по бульварам, опрокидывая орудия, бросая бластеры, в приступе безумия срывая с себя обмундирование.
В беспорядочном беге, солдаты постоянно сталкивались друг с другом, падали, ругались, страшно кричали. Потом группы людей и танки ринулись к городским воротам, и, казалось, ничто не способно было остановить этот безудержный поток,
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
