– Каждая кухарка должна (уметь) управлять государством.
– Пьяному море по колено (а лужа – по уши).
– Кто старое помянет – тому глаз вон (а кто забудет – тому оба).
– В здоровом теле – здоровый дух (редкость). Хе-хе.))
Когда Бог велел Ною построить большой ковчег и взять на него каждой твари по паре, у Ноя возникла одна лишь маленькая проблема – где взять две тещи…
В России только одна беда – дураки на дорогах. И чтобы отличить их от нормальных людей, им положено ездить с мигалками…
Глава 5. Папульная
Средневековые рыцари сдавали побежденных противников в металлолом.
Из школьного сочинения.
Катастрофа!
– Таркунга беги к папе и скажи, чтобы приходили сейчас, а то скоро все разойдутся и они никого здесь не застанут. Сможешь уговорить!? Тогда подарок с меня. А то вечером у нас концерт,а его нельзя никак отменять.
– А что такое кансет?
– Сестра тебе расскажет.
– Хорошо, – и убежала.
Весь клан был как на иголках после озвучивания мною новостей. Я приготовился и к самому худшему варианту развития событий, по ходу повыспросив про характер и привычки родителев, а также и про обычаи троллей, про писанные и не писаные правила и законы. То, что рассказала Гуля, меня весьма обнадежило. Потанцуем!!
– Идут! Много! – у мелкого гоблина мандража не наблюдалось, то ли от общей безбашенности, то ли от беззаветной веры в мудрого меня.
В двери ввалилось толпа во главе с седым представительным троллем, ростом метра под три и дамой таких же гвардейских статей ни мало ему не уступающей. Если у папеньки глаза светились красным, видимо от радости встречи со мной таким красивым, то у маменьки выражение лица было весьма задумчивым.
– Где?!! – проревел глава семейства, пытаясь нащупать глазами блудную дочь.
– Да вот он я тут, дорогой сват!! – жизнерадостный рев раздавшийся в ответ, сделал бы честь тираннозавру.
Охреневший папа не ожидавший так громко выраженной радости от мелкого человечешки, в недоумении уставился на меня.
– Прошу вас проходите! – я уцепил папу и маму под руки и поволок к столу. – Вот радость-то какая! Уж мы-то и заждались, все глазыньки то проглядели, вас ожидаючи…, – я тараторил не давая вставить ни слова в ответ, и все это ультра басом. – Дорогая сватья, а вы все такая же красавица как в молодости, как повезло вашему мужу… – я наконец-то дотащил их до стола и усадил. – Вот наливочки испейте с дороги, – я кивнул девочкам.
Те моментально притащили спец напитки – полулитровую кружку водочки для папы, такую же сладкой наливки для мамы и кружку компоту для меня. Остальные пока стояли у двери со зверскими рожами и потихоньку закатывали рукава… видимо стеснялись.
– Ну, за ваше здоровье!
Выпили….
Папа-тролль видимо был в расстроенных чувствах и поэтому махнул предложенную порцайку не глядя, по всей видимости возжаждав после неё разразится обличительной речью, перед мордобитием. И разразился… кашлем. Не ожидая такого изощренного коварства от комара, теперь он сидел с выпученными глазами, вращающимися почему-то по разным орбитам, и мучительно пытался собрать их в кучу.
– Понравился ли напиток, дорогая сватья.
– Кхм, да, – ответила мама.
– Его делала ваша дочь, специально для вас!
– А…, – наконец-то попытался подать голос папа, сфокусировав зрение.
– Да! И этот эликсир приготовила она. Исключительно для своего отца! Прикажите младшим, пусть присядут, а то они такие стеснительные, что даже и не пройдут без разрешения к столу. Это видимо ваше воспитание дорогой сват?
– Хм, да.
– Это сразу чувствуется, у такого отца как вы ведь не забалуешь? Не правда ли?
– Кхм, да.
– А дочки-то какие красавицы, все в маму. Вы согласны, сватья?
– Да.
– Ну что же они не присаживаются-то или пытаются перечить вашей воле уважаемый сват?
– А ну садись! – нежно и ласково позвал их папенька, но отчего-то это хрипло проревев.
Как хорошо, что Сим успел на две трети убавить звук, иначе я рисковал оглохнуть.
– Несите угощение для дорогих гостей!…
– …ну и где моя дочь? – бодро махнув еще пол-литра, поинтересовался папа.
– Видите ли в чем дело, только обещайте не бросаться на меня сразу. Обещаете?
– Обещаю, – милостиво кивнул он.
– Дело в том, что у вас больше нет старшей дочери.
– Что?!!
– Дослушайте до конца!
И я поведал душещипательную историю в духе 'лучших' мексиканских сериалов. Даже Гуля незаметно появившаяся после моего кивка, была потрясена своими страданиями, о которых даже и не подозревала и со слезами на глазах у всей женской половины гостиницы, слушала о роковой страсти вспыхнувшей внезапно между нею и благородным, но бедным троллем, который впоследствии оказался весьма не бедным… и к тому же членом могущественного клана возглавляемым таким замечательным, присутствующем здесь, мной. И как сжалившись над истомленной страстотерпицей и внемля слезам юной девы, я по широте своей благородной души принял ее в клан и дал разрешение на брак с осчастливленным этим фактом юношей и теперь, несмотря на высшее образование Гмырта они все равно будут счастливы… и богатство её и его, им в этом нисколько не сможет помешать.
Мне никто бы не поверил у нас, но у неизбалованных детей средневековья счастливо избегнувших 'Рабынь' и 'Кармелит' слегка снесло крышу.
– Богатство? – спросил папа, чутко уловил весьма заинтересовавшее его слово, решив тут же изрядно отхлебнуть из большой глиняной кружки, чтобы полирнуть свой бестактный вопрос.
Но сразу же ласково схлопотал по темени пудовым кулачищем от прослезившейся супруги и громко лязгнув зубами откусил значительный кусок от края кружки, видимо заодно пытаясь и закусить.
– Любимая дочь так страдала, её чуть не убили, а ты весенний суслик про богатство? И тут же переспросила у меня: – А что, он действительно богат?
Да уж в последовательности маме не откажешь.
– Также как теперь и ваша дочь.
Громко сплюнув кусок обожженной глины папа-тролль допил содержимое с другого не обкусанного края и передернувшись спросил: – А калым?
Все заинтересованно уставились на меня.
– Об этом не может быть и речи! Она член моего клана и следовательно весь калым принадлежит мне, – я сделал театральную паузу искоса поглядывая на трех здоровенных братьёв засучивающих рукава и папеньку медленно наливающегося дурной кровью. – Но!!! – все на секунду остановились. – Ваша красавица-дочь, воспитанная такой замечательной матерью и мужественным отцом, – папа незаметно приосанился. – Не может отринуть узы родства, также как Гмырт и я. Поэтому мы для своих родственников приготовили скромные подарки. И кивнул Гоше: – Несите!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
