стянула одежду и сапоги, прежде чем нырять. Потом с головой нырнула в ледяную воду, не давая себе времени на сомнения. И, цепляясь за камни, спустилась к подножию скалы. Здесь прибрежные волны подняли ил, так что искать приходилось на ощупь. Но вскоре я ощутила под пальцами плотный шнурок и, потянув за него, добралась до амулета.
Воздух в легких закончился, пришлось вынырнуть и погрузиться снова. Несколько раз дернув амулет, я порезалась об острые камни, но все-таки смогла его достать. Металл приятно согрел руку, по телу прокатилась волна жара, наполняя странной, но приятной энергией, и выбралась на поверхность, совершенно не чувствуя холода.
Быстро спрятала амулет во внутренний карман куртки, пока контрабандистка не успела его разглядеть. Она и не смотрела — демонстративно отвернулась и скрестила руки на груди.
Я привычно прогнала по телу волну силы, чтобы высушить кожу и волосы, быстро оделась и направилась к выходу, полагая, что чем быстрее уйду, тем спокойнее будет Рэне. Но бандитка схватила меня за локоть.
— Ты в самом деле думаешь, что справишься? Ходят слухи, что ты пробудила огненного бога, — прошептала она, внимательно вглядываясь в мое лицо.
Я уверенно кивнула. Сомневаться нельзя, иначе точно ничего не получится. под испытующим взглядом Рэны не отвела глаза, и контрабандистка, удовлетворенно улыбнувшись, отпустила меня.
— Что у вас спрашивали инквизиторы? — решив воспользоваться внезапной переменой настроения бандитки, уточнила я.
— Спрашивали, откуда взялся столб пламени, и пытались вызнать, не скрывается ли среди нас кто-то, кто поклоняется древнему богу, — легко ответила Рэна. — Не похоже, что им известно о том, кто ты такая, но они могли и умолчать, не дураки же.
Как жаль. Я со вздохом отвернулась и на этот раз точно собиралась уйти, но контрабандистка снова окликнула меня.
— Рэви, — она приблизилась и положила узкую ладонь мне на плечо. — Есть ситуации, от которых стоит просто сбежать.
Я уже думала о том, чтобы попросить кого-нибудь из знакомых просто отвезти меня куда-нибудь подальше отсюда. К глухим южным границам или западным форпостам. Но эта мысль казалась здравой лишь до тех пор, пока не выяснилось, что смерть моих родителей напрямую связана с Айзеком и инквизицией. Теперь я не могу уйти, пока со всем не разберусь. Так что я лишь покачала головой.
— Если все-таки надумаешь затаиться на время, дай знать, — Рэна ободряюще улыбнулась и сама подтолкнула меня к выходу.
Я уже выбралась на людную улицу, а с лица все не сходила глупая улыбка. И даже нависшие топором над шеей проблемы не казались теперь столь ужасными. Приятно было осознавать, что у меня все же есть семья, хоть и… своеобразная.
Глава 30
Едва оказавшись в комнате, я упала на кровать прямо в пыльной одежде и вытащила из-за пазухи амулет. Обычная круглая подвеска из меди, с тонким узором по краю. Символы как будто складываются в слова, но увы, перевести я их не могла — никогда не блистала познаниями в древних языках. Показать бы их Эйле — она-то говорит на пяти современных наречиях, а со словарем читает на трех древних. Но нельзя подвергать подругу такой опасности.
Вместо того, чтобы разглядывать, сжала амулет в ладони. Он фонил приятным теплом, которое с каждым новым ударом сердца прокатывалось по телу. Успокаивало, придавало сил и энергии. Хорошо бы проверить эту штучку, но где и когда? С тренировками Айзека у меня нет на это времени. Неужели придется пускать его в дело сразу, без подготовки? Ведь если я использую силу артефакта где-то поблизости от столицы, то инквизиторы наверняка ее почувствуют. И как потом с ними объясняться?
Да и стоит ли все же на него нападать?
Я вспомнила, как нежно он прикасался ко мне во время урока танцев, как терпеливо раз за разом объяснял способы контроля над силой. Стоп, хватит. Так можно и до влюбленности додуматься, а это мне сейчас нужно меньше всего.
Я спрятала амулет под подушку и решила, почувствовала, как опускаются веки. Все-таки сутки без сна, да еще при такой активной жизни, дали о себе знать. Я решила, что сначала вздремну, а потом решу, что делать дальше. Но стоило только сомкнуть глаза, как я ощутила короткое возмущение магического поля. Такое возникало при телепортации мелких предметов.
Открыла глаза и огляделась. Перед самым носом висел свиток с печатью отдела расследований инквизиции. Легки на помине, засранцы.
Немного помедлила в тщетной надежде, что свиток исчезнет, но он продолжал парить перед лицом и раздражать. Пришлось взять его и развернуть. Сердце замерло, когда я взглядом пробежала по строкам, а потом забилось от волнения. Меня вызывали на допрос. Сегодня, как можно скорее.
Я сглотнула и сложила плотную бумагу в несколько раз. Потом развернула и прочитала снова. Конечно, текст гласил, что братья Квинрелы желают лишь «побеседовать» со мной, но в их истинных намерениях я даже не сомневалась.
Солнце уже высоко забралось над городскими крышами, так что времени на отдых не оставалось. Пришлось подняться и привести себя в относительный порядок. Умывшись и сменив одежду, я — как всегда с волнением — взглянула в зеркало. Из него на меня смотрела как всегда бледная, уставшая девица, под глазами которой явственно проступили синяки. Белая рубашка с воротом под горло, простая изящная юбка — одежда безупречна, но вид все равно помятый. Тем лучше. Пусть инквизиторы думают, что я день и ночь не сплю — волнуюсь. Тем более, что это почти правда.
Я прихватила из шкафа плотный пиджак и шарф. Еще совсем недавно пренебрегала теплой одеждой, полагаясь исключительно на способность магии меня согреть, но теперь старалась не пользоваться чарами без особой необходимости. Так что по дороге до мрачного здания на задворках центрального храма, где работало большинство инквизиторов, бежала, поежившись и кутаясь в теплый шарф.
Едва оказавшись в светлом просторном холле, предъявила секретарю приглашение. Сухой и низкорослый молодой человек, подметая камни под ногами полами черной адептской мантии, приблизился и даже наклонился, чтобы повнимательнее рассмотреть листок. Потом кивнул и указал на одну из темных дверей, которые совершенно
