— О, ты почувствовала запах пирога, не так ли? — мама обняла Пэтси и поцеловала ее в щеку.
Затем Пэтси обошла стол и обняла нас всех, а особенно крепко — Рубена, который был ее любимцем из всех нас. Рубен одарил ее лучезарной улыбкой, и что-то похожее на ревность шевельнулось у меня в животе. Он был моим младшим братом, но никогда не смотрел на меня так, хотя в детстве мы всегда были близки. Я повсюду брала его с собой, пока мне не исполнилось пятнадцать или шестнадцать, а потом мальчики и посиделки с друзьями у реки стали для меня важнее. Наблюдая, как он гладил Найджела по голове, я подумала, не была ли его враждебность по отношению ко мне моей виной, и не чувствовал ли он, что я каким-то образом бросила его.
— Привет, Уиллоу, — сказала Пэтси, придвигая стул рядом со мной. — Я слышала, на горизонте появился новый парень.
Я пристально посмотрела на Дэнни, а затем повернулась к его великолепной подружке с густыми, до талии, волосами алого цвета и закатила глаза.
— Он важен для меня, да, это так. Его зовут Чарли Монро, и мы только недавно познакомились.
— Мне знакомо это имя, — сказала Пэтси, поджав губы, которые были того же цвета, что и ее волосы. — У него есть брат в инвалидном кресле?
Я кивнула.
— Да, откуда ты его знаешь? — мой вопрос был полон страха, потому что я не была уверена, что бы сделала, если бы она сказала, что он известный придурок, или что она сама с ним встречалась — только представьте, это было бы равносильно сексу с моим братом по доверенности.
— У меня есть подруга, которая работает с ним, я имею в виду его брата, они оба бухгалтеры-менеджеры в «Oxygas». Она всегда говорит о том, как Джонни и Чарли Монро подходят друг другу, и что им следует сняться в календаре.
Я усмехнулась, чувствуя немалую гордость от того, что заполучила потенциальную модель — во всяком случае, в глазах подруги Пэтси.
— Знаешь, она всего лишь встречается с ним, — вмешалась мама. — Я не понимаю, почему вы не можете быть просто парнем и девушкой. Все дети в школе одинаковые. Все эти свидания из-за таких передач, как «Этот чертов остров любви», которые вы смотрите, — сказала она, погрозив пальцем папе и Тоби. — Они встречаются только там.
— Встречаться, по сути, означает трахаться, мам, — сказал Дэнни, наложив себе яблочную крошку.
— Или нет, в зависимости от обстоятельств. — Папа сочувственно улыбнулся, взял меня за руку и похлопал по ней. — Это из-за инцидента с молнией, милая, или из-за чего-то другого?
— Что за инцидент с молнией? — спросил Тоби.
— О, он…
— Мам! Нет! Я вытащу тебя из дома.
Она усмехнулась и иронично изобразила, как поджимает губы.
— Знаешь, если тебе действительно нужна моя помощь, я была бы более чем готова.
Мои глаза округлились, как тарелочки для фрисби, и я резко вздохнула.
— Нет, не нужно, большое тебе спасибо. Я не нуждаюсь в этом и не хочу этого.
— Я просто хочу сказать, что в тебе нет того сияния, которое присуще молодой женщине, наслаждающейся хорошим сексом со своим новым крутым кавалером.
— Ну, может быть, они не торопятся, — предположила Пэтси и толкнула меня плечом.
— Или, может быть, он не находит ее привлекательной, — пробормотал Рубен.
— Или, может быть, я не хочу, чтобы вы все знали о моих делах.
— Да, но мы — твоя семья, — сказал Дэнни, продолжив уплетать мой пудинг. — В любом случае, я здесь, чтобы пригласить вас всех на вечеринку к нам в следующую субботу. Я не хочу, но ты — моя семья, так что…
— О, как мило…
— Нет, не ты, а папа и мама.
— Дэнни!
— Что? Они не приглашены, Пэтс. Ты же знаешь, мы уже говорили об этом.
— Ты мог бы быть повежливее. — Пэтси бросила на него взгляд, говоривший о том, что она ему устроит взбучку дома.
— Все в порядке, — ответил папа.
— Только потому, что он твой любимчик, — выдавила я из себя, забрав у брата свой пудинг и залив его диетической колой.
— Боже, ты такой инфантильный, — сказал Дэнни и потянулся за нетронутым пирогом для Рубена, так как тот снова отвлекся на сообщение.
— В любом случае, вернемся к тебе и Чарли, дорогая, — весело сказала мама. — Почему он не твой парень?
— Потому что, судя по всему, он ее «непутевый приятель».
— Тоби, у тебя ужасный язык. Иван, скажи ему.
— Тоби, у тебя ужасный язык. Тебе нужен мой совет или помощь?
— Нет, папа, — закричала я, встав из-за стола. — Оставьте меня в покое.
Я вылетела из столовой под хоровое «о-о-о», захлопнула за собой дверь и потопала к лестнице.
— Уиллоу. — Голос папы за моей спиной был мягким и уговаривающим. — Что случилось, любимая? У тебя проблемы с сексом, я могу помочь?
— Боже мой, — процедила я сквозь стиснутые зубы. — Просто оставь меня в покое.
— Но…
Я развернулась к нему лицом.
— Боже, если ты хочешь вмешиваться в чьи-то дела, вмешайся в дела Рубена. Это он принимает чертовы наркотики, а не я.
Как только эти слова слетели с моих губ, я поняла, что поступила неправильно. Папа выглядел потрясенным, когда уставился на меня и схватился за перила.
— Ч-что?
— Забудь, что я что-то сказала.
Это была жалкая попытка взять свои слова обратно, но я не знала, что еще сделать или сказать. Папа выглядел опустошенным, такого я у него никогда раньше не видела.
— Нет, Уиллоу, ты сказала, что твой брат принимает наркотики. Это правда, или ты так говоришь, потому что я тебя разозлил?
— Папа…
— Уиллоу, пожалуйста, скажи мне. Мне нужно знать, нужна ли помощь моему сыну.
Его плечи опустились, и он закрыл глаза от боли, которую, очевидно, испытывал.
— Я не знаю наверняка, — вздохнула я. — Я поймала его, когда он околачивался с каким-то подозрительного вида парнем возле туалета в баре, и, когда он заметил меня, у него был странный вид.
— Так почему ты думаешь, что это наркотики? — папа недоверчиво покачал головой.
Теперь, когда я произнесла это вслух, я задумалась, верила ли в это сама. Когда я рассказала Чарли, то была уверена, но теперь, глядя на папу и беспокойство, отразившееся на его лице, я поняла, что мне следовало получить больше доказательств, прежде чем открывать рот.
— Это и его постоянное дурацкое настроение, — продолжила я. — Мне показалось, что в этом есть смысл, но у меня нет других доказательств. Я могу попробовать и…
— Нет, Уиллоу, — тихо сказал папа, положив руку поверх моей. — Это не твоя проблема. Спасибо, что присматриваешь за ним, но дальше я сам разберусь.
— Что ты собираешься делать, папа?
Он пожал плечами.
— Я поговорю с твоей мамой, и мы решим, как к этому подступиться.
— Возможно, я все неправильно поняла.
Он слегка улыбнулся мне.
— Будем надеяться на это, любимая. Будем надеяться.
С этими словами он повернулся и пошел обратно в столовую, откуда доносился смех, и я в очередной раз пожалела, что у меня нет машины времени.
Глава 22
Находясь в позиции 69, не сбавляйте темп, включив какую-нибудь музыку с сильным, устойчивым ритмом — рекомендую Agadoo от Black Lace, она всегда делает свое дело.
Чарли
— Доброе утро, Чарли, — обратился ко мне Дик Джонсон, продюсер, которому я помогал. — Мы готовы?
— Привет, Дик. Да, мне просто нужно закончить настройку барабанов Джимми в кабинке, но в остальном все готово.
Популярная инди-группа «Devil's Doorbell» записывала свой последний альбом, и Дик Джонсон был их известным продюсером. Он продюссировал некоторые из лучших альбомов «Dirty Riches», и его участие в записи, как правило, гарантировало успех, поэтому тот факт, что я работал с ним, был удивительным.
Джейк и Скин из «Dirty Riches» посетили студию накануне, и оба посоветовали мне максимально использовать эту возможность и узнать как можно больше, потому что, если я хочу заниматься продюсированием, они будут помогать мне на каждом шагу — и люди спрашивали, почему я работал здесь с шестнадцати лет.
— Ты хорошо провел выходные? — спросил Дик, сняв свою потрепанную кожаную куртку.
