Читаем без скачивания Невыполнимая миссия в Сомали - Жерар Вилье

– Абшир был не из Бравы. Местные боятся кочевников. А правительство захочет их успокоить, чтобы они не ушли. Никто ничего не скажет.

Али Хадж поднял голову и сказал ровным голосом:

– Это правда, он прав.

Кажется, смерть Абшира не сделала его безутешным. Малко предпочитал не знать, как «горлодер» заговорил... Он в общих чертах представлял себе это. Это война. С чередой ужасов. Не он ее объявил. Перед ним снова встало изуродованное лицо жены посла, убитой в Могадишо, и он забыл об Абшире.

– Вы знаете, где заложники?

Абди улыбнулся всеми кривыми зубами.

– Я знаю все! – победоносно заявил он. Старый сомалиец начинал входить во вкус.

Почти слово в слово он повторил все признания Абшира. Малко не пропускал ни одной запятой. Но очень быстро его возбуждение улеглось. Он действительно нашел заложников, но они недосягаемы. Словно они на луне. Чтобы вытащить их без особого риска, ему необходимо располагать группами захвата, отборными стрелками, целой организацией. А у него нет никого, кроме старого шофера, преданного, свирепого и немного сумасшедшего.

Он был в бешенстве. Заехать так далеко, сделать так много, и все впустую. Единственный выход, кажется, вернуться в Могадишо и поднять еще раз дипломатический корпус... Но тогда сомалийцы снова ловко спрячут заложников.

Бег по замкнутой кривой... Он повернулся к Али Хаджу:

– Все, что сказал Абшир, – правда?

Руководитель района подтвердил:

– Думаю, да. Я знал, что Абшир носил им еду...

Абди поскреб шею. Он еще не все сказал и боялся что-нибудь забыть.

– Он говорил мне и о русских, – скромно сообщил он.

И продолжил монотонным, невыразительным голосом. Малко ловил каждое его слово. Теперь ребус разгадан. Похищение – действительно операция КГБ. Этим и объяснялась осторожность Али «Святого», который кроме того и «Мудрый».

– Он сказал вам, почему русские это сделали?

Абди кивнул.

– Да-да.

Услышав упоминание об островах Барджуни и кубинцах, Малко с трудом сдержался, чтобы не вскрикнуть. Это последнее недостающее звено.

Информатор ЦРУ, убитый месяц назад, был с островов Барджуни. Теперь он знает все... Похищение – всего лишь эпизод холодной войны, битвы за Африку между русскими и американцами. После Анголы, Заира, Мавритании и Эфиопии кубинцы появились в Сомали. Советское присутствие в Сомали – не тайна, но вторжение кубинских наемников, прибывших, чтобы помочь «освободить» Джибути, это совсем другое дело.

Секрет взрывоопасный, который, несомненно, стоит нескольких трупов. Но несмотря на то, что он этим секретом владеет, он в тупике. Он не сможет долго продержать руководителя района в изоляции. Тем более, не может доверять ему. Даже если учесть, что он оказал Али услугу, избавив от Абшира. Все разъяснилось, но для единственной настоящей задачи -освобождения заложников – решения нет.

Старик искоса наблюдал за ним, продолжая перебирать янтарное ожерелье. Малко задался вопросом, чего тот хочет на самом деле. В его пользу было только одно: он пока не выдал Малко. Но ничто не говорит о том, что добрые намерения у него сохранились... Малко перехватил взгляд Али, направленный на Фускию, и у него возникла идея. Но сначала он хотел проверить достоверность сведений, добытых Абди.

Он поднялся, взял карабин.

– Я иду на завод, – объявил он Абди. – Если я не вернусь через час, берите Фускию и уезжайте.

Али «Святой» безмятежно наблюдал, как он уходит. Как будто время для него ничего не значит. Раз уж он вместе с Фускией.

Малко спустился в темный немощеный переулок без тротуара. Брава была совершенно пуста, и он чувствовал себя призраком в мертвом темном городе. В тишине было слышно, как волны Индийского океана с шумом разбиваются об остатки старого форта на краю пирса.

Глава 17

Остов строящейся школы на каменном пустыре четко выделялся в лунном свете, как античные руины. Малко осторожно обогнул кучи строительных блоков, стараясь не слишком скользить по неровной почве. Если не считать шума океана, тишина была абсолютная. Корпуса консервного завода виднелись в ста метрах впереди. С длинным низким зданием без окон и дверей, в котором располагались холодильные камеры, на переднем плане. Объяснения Абди были безупречны.

С карабином наизготовку он продолжал продвигаться вперед, пока не уткнулся в цементную стену. До него донеслось жужжание холодильной системы. Он пошел вдоль стены и, пройдя метров двадцать, наткнулся на упомянутую Абди лестницу.

Малко прислонил лестницу к стене. К счастью, он находился в тени, сюда лунный свет не проникал. Он начал осторожно подниматься по ступенькам, не выпуская из рук оружия. Ветер задувал под рубашку, и материя хлопала на ветру. Так он добрался до края плоской крыши, перевалил на нее и тут же заметил желтый свет на другом краю крыши. Слуховое окно. Он опустился на четвереньки и пополз к нему, чтобы не увязнуть в мягком, не остывшем от дневной жары асфальте. За три метра до прямоугольного проема он лег на живот и продолжал ползти по горячему цементу между вентиляционными люками, выдыхавшими теплый воздух. Сантиметр за сантиметром он продвинул к отверстию голову. Сначала он увидел лишь нечеткую массу внизу, в нескольких метрах от окна. Понадобилось около минуты, чтобы различить четыре головы, торчащие из кучи одеял. Две белокурые, лысая мужская и черная мальчишеская. Вероятно, посол Соединенных Штатов, его сын и две двойняшки, похищенные вместе с ними. Малко еще вытянул голову и заметил в противоположном углу помещения двух молодых негров, одетых в тенниски и джинсы, которые сидели, прислонившись к цементной стене. Держа «Калашниковы» на коленях, они читали арабские газеты, перед ними стоял чайник и две чашки. Абсолютно бодрые, несмотря на поздний час. Малко быстро оглядел комнату. Кроме одеял и барахла террористов, она была совершенно пуста. С единственным проемом: тяжелой дверью, запертой двумя большими щеколдами. Никаких шансов на внезапность.. Через окошко нельзя даже бросить гранату, там была частая решетка. Малко быстро отполз, чувствуя тревогу и растерянность.

Где же пятая заложница, дочь посла? Может, девушку убили, как и ее мать? Он осмотрел крышу вокруг себя и заметил второе окошко, скрытое от него вентиляционным люком. Оно вело в еще одну комнату по соседству с камерой заложников.

Он направился на четвереньках к проему и снова наклонился. Комната была гораздо меньше первой. Сначала в поле зрения попали только две пары ног в джинсах, почти лежащие одна на другой. Потом, продвинувшись, он увидел остальное. Два тела, одно на другом. Верхнее принадлежало одетому мужчине. Можно было различить даже полоску черной кожи между брюками и тенниской, задравшейся на спине. Второго было почти не видно, кроме двух проблесков светлой кожи там, где джинсы были спущены, от бедер до середины ляжек, да длинных белокурых прядей волос, разметавшихся по полу.

Мужчина медленно двигался на девушке, впавшей в прострацию, в неподражаемом ритме полового акта.

Второй негр, сидя на корточках, держал руки девушки со светлыми волосами; кисти ее были чем-то связаны, как показалось Малко, проволокой. В углу помещения спали еще два негра, завернувшись в одеяла. Около стены лежала гора оружия. Автоматы, карабины, ящик гранат.

Насильник продолжал наваливаться на оголенный зад девушки в медленном и равномерном ритме, опираясь руками об пол. В абсолютной тишине, которая окружала Малко, сцена казалась нереальной. Девушка никак не реагировала. До такой степени, что Малко на минуту засомневался, не мертва ли она. Вдруг тот, что лежал на ней, приподнялся, притянул ее к себе за бедра и продолжал насиловать уже в таком положении: удерживая ее на коленях, с поднятой поясницей. Малко «сфотографировал» его: густые черные усы, тонкие черты лица, черные вьющиеся волосы. Не больше двадцати пяти лет. Со своего места Малко видел его член, мелькавший между ягодицами жертвы. Негр ускорил темп и очень быстро расслабился у девушки на спине. Затем оторвался от нее, отвалился в сторону, заправил еще не потерявший эрекции член в джинсы. Тотчас же тот, который держал жертву, потушил сигарету о цементный пол, расстегнул пояс, быстро возбудил сам себя и занял место товарища, войдя в девушку сильным грубым рывком. Ритм его движений был гораздо быстрее.

Это было чудовищно. И никак нельзя вмешаться. Второе изнасилование произошло гораздо быстрее. Несколько ударов – и он излился.

Как только девушка освободилась, она встряхнулась, как животное, вышедшее из воды, и застыла, даже не поправив одежду, словно была напичкана наркотиками. Последний ее палач подошел и связал девушке щиколотки. Между делом он смеясь воткнул ей указательный палец между ягодицами. Она даже не вздрогнула.

Малко отодвинулся от окна с отвращением и задумался. Абшир не врал. В комнату нельзя было проникнуть иначе, чем через массивную дверь.