– Думаю, если этот дом понравится тебе, то и ей он придется по вкусу, – усмехнулся Ларри.
Что-то в его голосе показалось Вэл странным. Подозрения усилились, когда она поймала на себе его веселый взгляд. Неужели Мейсон и ему высказала свои мысли? Поддавшись минутному порыву, она спросила:
– Этот дом не для тебя? Ты не планируешь, что мы туда переедем?
Глава 20
Ларри ответил не сразу. – С чего ты взяла? – рассмеялся он. – Какой смысл нам с тобой жить отдельно?
– Да, конечно, – смутилась девушка. – Я просто подумала… видишь ли… Мейсон сказала…
– Мейсон! – перебил ее Ларри. – Вот оно как! Она и с тобой воспитательную беседу провела. И меня наставляла по-отечески… то есть скорее по-матерински. Мейсон считает себя членом семьи. Хотя в ее словах было рациональное зерно – точнее, было бы, если бы мы поженились как все нормальные люди, то есть по большой любви. Было бы странно увезти тебя отсюда. Тем более что я, скорее всего, не буду жить здесь постоянно.
– Значит, не будешь? Знаю, ты это уже говорил, но я думала…
– Ты думала, раз я взял собственность в свои руки, мои планы изменились? Необязательно. Все зависит от обстоятельств. Пока я здесь, буду делать все, что в моих силах. Но стоит мне уехать, уверен, Алек с удовольствием заберет бразды правления обратно. Пока я никуда не собираюсь. Что ж, я развеял твои опасения. Теперь ты присоединишься ко мне?
– Да, конечно. Давай поедем через полчаса.
– Хорошо. Мне еще нужно кое-что сделать. Нет, Мейджор, дружище, прости. Гулять сейчас не пойдем. После, после.
Ларри вышел, а Вэл и Мейджор печально смотрели ему вслед. Собака – потому что ее отказались вывести на улицу. А девушка – вообще без какой-либо ясной причины. Почему-то – она сама не знала, почему именно – его заверения в том, что отдельный дом ему не нужен, не успокоили ее, а, наоборот, расстроили.
Дом оказался в том районе, в котором Вэл прежде почти не бывала, в противоположном направлении от «Уайт Лейдиз». Как и «Кам», он стоял на краю скалы. За ним начиналась гряда крутых холмов, словно заботливо укрывавших его от внешнего мира.
Вэл влюбилась в него с первого взгляда. Он был невелик. Его перестроили из фермерского дома для художника, у которого было собственное представление об уюте. Вместо обычного двора здесь был сад с лужайками, клумбами и мощеными дорожками, ведущими к крыльцу. Позади стояли хозяйственные постройки, превращенные в мастерскую и гараж.
– Давай войдем и посмотрим, что там внутри, – предложил Ларри. – Сюда, Вэл. Через эту калитку во двор. Привяжем лошадей. Сейчас я достану ключ.
Девушка разглядывала старинный особняк и понимала, что очарована им. Здесь царили покой и уют. Словно все прежние жильцы оставили в нем частичку своего счастья. Внутри дом оказался не менее прекрасным. Его нельзя было назвать просторным, но все было на удивление разумно устроено. Кухня и буфетная позади, широкий коридор посередине и две гостиные по сторонам. В интерьере преобладал кремовый цвет, деревянные балки были выкрашены в белый. Вэл подошла к окну в самой большой гостиной и оперлась о подоконник, чтобы выглянуть на улицу.
– Какой чудесный вид на море! – воскликнула она. – Ларри, эта комната великолепна. Уверена, всякий мало-мальски соображающий человек останется доволен ею. Похоже на кукольный домик, правда? А после ремонта будет еще лучше.
– Антикварная мебель, ситец и все такое? Да, пожалуй. Стало быть, ты одобряешь мой выбор?
– Полностью!
– Хорошо, тогда скажу приятелю, что может приехать и купить его. И что нам дом понравился. Не слишком просторный, правда, но им вдвоем больше и не надо.
– Да здесь и деткам места хватило бы, – заметила Вэл и покраснела под пристальным взглядом Ларри.
– Детей любишь, Вэл?
Она кивнула:
– Да, наверное. Не знаю. Мне не доводилось с ними общаться. Может… может, еще что-нибудь посмотрим? Скоро уже обед. Или мы его пропустим?
Вэл вышла в сад через заднюю дверь. До нее донесся насмешливый голос Ларри:
– Вот ведь прожорливая какая! Предлагаю поехать по дороге Сэндаун. Если не ошибаюсь, там недалеко есть вполне приличное кафе, где можно перекусить. Сейчас, только отдам ключи миссис Уокер.
Не дожидаясь его, Вэл отвязала Принца и села в седло. Проезжая по двору, она поняла, что больше никогда сюда не вернется. И если Ларри предложит посетить его друга, который, без сомнения, купит такой чудесный особняк, она постарается найти достойный предлог, чтобы отказаться. Вэл понимала, что это нелепо и глупо, но ей не хотелось видеть здесь чужих людей. Ей нравились и «Уайт Лейдиз», и «Кам», но этот уютный дом пленил ее сразу и навсегда.
Они выпили кофе а том самом кафе, о котором говорил Ларри. Точнее, это была гостиница, переделанная из жилого дома. Ларри в основном молчал, а если говорил, то кратко и отрывисто. Его приподнятое настроение исчезло. Вэл недоумевала, что могло так на него повлиять.
– Что-то не так? – наконец не вытерпела она. – Когда мы выехали из дому, ты был такой бодрый, а теперь чернее тучи.
Ларри остановил на ней долгий, изучающий взгляд, от которого ей стало не по себе.
– Все в порядке. Просто задумался. Что-то Алек редко у нас появляется. Ты с ним не виделась?
Вэл подняла голову и посмотрела ему в глаза. Его тон показался ей оскорбительным.
– Теперь у меня нет поводов видеться с ним, не так ли?
– Думаю, нет. – Вдруг Ларри резко наклонился вперед и схватил ее за запястье. В зале, кроме них, больше никого не было. – Скажи, ты скучаешь по нему? Ты все еще… неравнодушна к нему?
– У тебя нет права задавать мне подобные вопросы! – в сердцах воскликнула девушка. – Я дала тебе честное слово, что буду предельно осторожна. И я держу свое слово.
Ларри отпустил ее руку, Вэл спрятала ее под стол и взглянула на запястье, боясь, что появится синяк, но никаких следов не осталось.
– Не отрицаешь, – медленно заключил Ларри, прищурившись. – Стало быть, по-прежнему его любишь.
– Ты невыносим! – раздраженно выкрикнула Вэл и вскочила. – Если тебе хочется услышать мой ответ, вот он. Я отношусь к Алеку так же, как и раньше. Последние события не изменили моих чувств – с какой стати им меняться? Я дала тебе слово и сдержу его, чтобы не расстраивать матушку. Но тебе я не принадлежу ни телом, ни душой.
– Ясно! – хмуро отозвался Ларри. – Так, значит? Теперь хоть понятно, как обстоят дела. Полагаю, бессмысленно говорить, что у меня гадкий характер, а ты самая несносная девица из всех, кого я знаю? Впрочем, вот я и сказал. Что ж, начнем действовать.
Не говоря ни слова, они сели на лошадей и поехали назад в «Кам». Вэл так злилась на Ларри, что предпочитала помалкивать, чтобы не сказать лишнего. Ларри пребывал в состоянии крайнего недовольства, о чем говорили сдвинутые брови и сжатые губы. У поворота Принц вдруг споткнулся, остановился и пошел дальше, прихрамывая так сильно, что Вэл натянула поводья.
