Читаем без скачивания Арбитр (СИ) - Астахов Евгений Евгеньевич

— И всё же вы пощадили майора и охрану, — пытливый взгляд собеседника пробежал по моему лицу. — Да и я до сих пор жив здоров. Значит, что-то вас ещё держит здесь. Скажите, вы владеете какой-то формой ментального воздействия? Внушили Распопову, что он преступник?

— Сами-то в это верите Никифор Петрович?

Полковник задумался. Покачал головой.

— В его невинность — нет. К майору имелись определённые вопросы и до этого дня. А теперь мы получили на них ответы. И всё же, где граница ваших возможностей? К примеру, можете ли вы внушить человеку, что ему нужно что-либо сделать? Навредить себе или другим?

Я тщательно обдумал поставленный вопрос. Отвечать на него честно, а иначе я не мог физически, значит раскрыть пределы собственных возможностей. Уйти же от ответа — пойти на конфронтацию. Которая сама по себе не пугала меня, но пока причины для неё не имелось. Мой визави вёл себя вполне корректно. Однако и бездумно выдавать всё о себе тоже было неправильно.

— Расскажите мне про ваш доспех и меч, — не дождавшись ответа, внезапно он сменил тему.

— Нет, — глухо ответил я.

— Ну нет, так нет, — пожал плечами Никифор. — А где вы пропадали последние десять лет?

— Спасал мир.

— Вот как? — улыбнулся полковник. — Успешно?

— Да, — вполне серьёзно ответил я, и его улыбка погасла.

— Тогда вероятно вы сможете помочь нам с одной серьёзной проблемой.

Очень интересно. Вначале посадкой грозят, а теперь, что, работу предлагают?

— С чем именно помочь? Спасти планету от пришельцев? Или Годзилла вылезла из океана?

— Рад, что вы сохраняете чувство юмора даже в сложной ситуации, — скупо улыбнулся Никифор. — Позвольте показать вам одно занимательное видео.

Щёлкнул замок чемодана, из его недр показался самый обычный планшет. Полковник ловко набрал пароль и развернул ко мне дисплей.

Запись велась с камеры наблюдения, подвешенной в углу помещения. В её объектив попала какая-то лаборатория, где люди в респираторах и защитных костюмах работали с ампулами, микроскопами и неведомыми биологическими образцами. Больше десятка женщин и мужчин подходили к огромным холодильниками, доставали и убирали в них герметичные ёмкости.

Между собой они говорили о цепочках ДНК, химеризации молекул, инкубационном периоде, бессимптомности, синтезе и мутациях, а также ещё куче вещей, которые были понятны мне на том же уровне, что и китайский. И вместе с тем, заумные беседы перемежались обсуждением последней серии какого-то сериала про драконов, грядущего дня рождения Людмилы и будут ли в этот день в столовой котлеты или опять чёртова печёнка.

Тихую атмосферу нарушили самым варварским способом.

Потолок комнаты взорвался, засыпав сразу нескольких учёных обломками бетона. В отверстие приземлилась высокая фигура. Широкая в плечах. Рассмотреть её толком не получалось, потому что двигалась она чересчур стремительно и никогда не стояла на месте. В реальности мне бы это удалось, но на записи приходилось довольствоваться несовершенными возможностями техники.

Всё, что я пока приметил — это высокотехнологичный защитный комплект и напрочь глухой шлем. Не слышал, чтобы подобное использовала хоть какая-то армия.

Вторгшийся лёгкими скользящими движениями перемещался по комнате. А оружие в его руках, не то автомат, не то пистолет-пулемёт, делало своё чёрное дело. Вначале были уничтожены почти все камеры. Одну он всё же пропустил. Дальше последовали хладнокровные одиночные выстрели по безоружным целям. Ошеломлённые испуганные учёные падали, всплеснув руками. Ни одна пуля не ушла мимо цели. Каждая настигла свою жертву.

Этот ублюдок убивал невиновных без малейшей паузы или неуверенности. Тех, кто не представлял для него никакой угрозы. Равнодушно, будто муравьёв давил.

Я ощутил поднимающуюся волну злости и усилием заморозил её. Вместо этого сфокусировался, подмечая малейшие детали.

Добив выживших, он так же молниеносно вытряхнул из холодильника запечатанный блок ампул. Куда именно он убрал их, с этого ракурса было не видно. Стоя к камере спиной, противник за несколько секунд опустошил ёмкость.

Причём, в отличие от соседних шкафов, этот имел на себе сложную систему доступа, предполагающую синхронную активацию от двух людей. Убийца же просто напрягся и оторвал дверцу одной рукой. А то, с каким грохотом и ущербом, она пронеслась по комнате чётко говорило мне, что этот кусок металла весил солидно.

К этому моменту среагировали охранники учреждения. Армейцы в камуфляже и противогазах ворвались в комнату по всем правилам. Вначале в неё залетело несколько светошумовых гранат. Следом, прикрывая друг друга, и сами бойцы.

Вот только они, закрывшись от вспышек, не видели того, что видел я. Фигура в броне мгновенно среагировала на стук брошенных гранат, за долю секунды оценила уровень угрозы и сочла его нулевым. Потому что его шлем зашелестел сдвигаемыми пластинами, а сам он пошёл в атаку.

Первая же двойка охранников опрокинулась на спину с отверстиями во лбах. Следующий за ними успел несколько раз выстрелить, но злоумышленник легко уклонился, на секунду закрывшись рабочим столом, и достал армейца единственной пулей.

Десяток защитников перемололи в считанные секунды. Я до рези в глазах вглядывался в фигуру непрошенного гостя. Он не отсиживался за мебелью, которая могла бы оградить его от выстрелов. Всё время двигался с дикой скоростью и всё время атаковал. Я бы сказал, шёл напролом.

Его отличала поразительная выучка и невероятные физические возможности. А ещё арсенал, который заставил меня нахмуриться. Потому что последних двух армейцев он распотрошил так, что позавидовал бы мясник. Откуда-то из его левой руки ударила светящаяся нить, что рассекла людей на четыре части за секунду. Наземь они упали неаккуратными кусками плоти.

Швырнув себе за спину какое-то массивное устройство, злоумышленник покинул лабораторию. На этом запись оборвалась.

Я перевёл вопросительный взгляд на Никифора, тот, внимательно следивший за моей реакцией, заговорил:

— Через две секунды взрыв уничтожил это помещение, а вместе с ним и все улики. Одновременно с этим вирус, попавший в локальную сеть этого закрытого объекта, стёр большую часть записей, включая камеры наблюдения. Эта единственная, которую удалось сохранить. Неизвестный перебил ещё дюжину солдат и покинул объект через технический тоннель.

Полковник потянулся механическим жестом куда-то в глубины пиджака. Мне показалось, что за сигаретой, но сдержался и вернул руку на стол.

— Поднятые по тревоге силы с ближайшей военной базы прочесали прилегающие территории, но обнаружить, а тем более задержать противника не смогли. Всё, что они нашли — брошенный и сожжённый автомобиль. Эвакуацию, скорее всего, произвели с помощью самолёта вертикального взлёта и посадки. Поскольку радары его не засекли, можно говорить об оснащённости аппарата стелс-технологиями. Вдобавок шёл он скорее всего на предельно низкой высоте.

— Что именно забрал этот скороход?

— Строго говоря, у вас даже близко нет необходимого допуска, но я давеча доказывал начальству, что единственный шанс привлечь вас к решению этой задачи, это играть с вами в открытую, — искренне произнёс Никифор. — Скажем так, сибирская язва, по сравнению с тем, что хранилось в этом холодильнике, всё равно что герпес по сравнению с проказой. Если вам понятно моё сравнение.

— Предельно. Я так понимаю, нападению подвергся какой-то строго охраняемый объект? Тогда каким образом он проник туда?

— Всё верно. Закрытый город Новосибирск-11, где находился Научный центр вирусологии и микробиологии. Детали до сих пор выясняются, но одно могу сказать точно, до момента такого шумного и открытого появления нашего героя в той самой комнате, его не засекла ни одна камера. Ни один датчик не пискнул. Ни один патруль не заметил. Он просто прошёл сквозь все меры защиты в самую охраняемую точку, перебил, — Никифор скрипнул зубами, — десяток безоружных гражданских и две дюжины военных, после чего покинул объект.