пола обривается на сорок четвертый день от рождения, родители совершают жертвоприношение, «выкупают» младенца. В Алжире и Тунисе на сороковой день рождения малыша мать печет печенье из манной крупы и воды, настоянной на апельсиновом цвете. В ряде районов эти сласти до сих пор оставляют в виде подношения добрым джиннам, которые помогли сохранить жизни матери и малыша. Начиная с этого дня мать может возвращаться к обычному образу жизни и снова брать на себя обязанности по дому и по хозяйству. Подобный обычай сохранился и в северном Средиземноморье – так, в южной Италии на сороковой день рождения малыша едят печенье черчелла, а на юге Франции подобное печенье называется гимблетт.
Глиняный кувшин (о́лля) и металлический чайник (ибри́к) для празднования седьмого дня рождения.
(слева) Markku Haverinen, Vantaa / Finnish Heritage Agency, (справа) SRStudio / Shutterstock
С этого дня младенцам начинают вешать защитные амулеты, чтобы уберечь их от джиннов: бусины, серебряные монетки, амулетики с текстом из Корана и т. д. При этом для девочек делают более простые, однорядные ожерелья, а для мальчиков – более сложные. В Айт Хаббуше матери изготавливают для своих сыновей длинные ожерелья из бусин и ракушек. Настолько длинные, что дети носят их через плечо. Но самое главное – ожерелье украшает маленький декоративный ножик с кривым лезвием. У ножа двойная функция: с одной стороны, это символ мужественности, а с другой – защита от злых джиннов. В ожерелье также включают хвост животного, которого принесли в жертву на сбуʿа (чаще всего козы), большую черную бусину, которая принимает на себя дурное, и кусочки газельего рога (приносят богатство). Популярным талисманом являются вариации на тему руки (ха́мса или афу́с на тамазигте). Иногда рука изготавливается из пяти ракушек.
У кабилов на праздник жертвоприношения существует специальный ритуал тушерка (воссоединение), призванный укрепить здоровье маленьких детей, особенно тех, кто страдает различными детскими болезнями, через прохождение символического очищения. С этой целью повитуха, помогавшая родиться малышам и, как считают кабилы, взявшая на себя роль их покровительницы, собирает детей на молотильной площадке и наносит на веки каждого в форме креста специально изготовленную пасту. Паста состоит из хны, меда, масла, сахара, молотых семян кориандра и гвоздики и воды, набранной из источника, бьющего рядом с завией Сиди эн-Тенсаута, местного святого – покровителя региона. Потом каждому ребенку отрезают прядь волос и кормят его яйцом. После произнесения специальной молитвы яичная скорлупа и срезанные волосы захораниваются в земле на территории молотильной площадки. Считается, что в результате этого ритуала душа маленького ребенка и его тело укрепляют связь друг с другом и одновременно разрывают связь со злыми джиннами. У магрибинцев молотьба происходит на открытой площадке (у кабилов она называется аннар). Как правило, это территория диаметром от шести до двадцати метров, обложенная камнями. Молотильная площадка является собственностью деревни и считается сакральным местом. На этой площадке проводятся различные обряды, связанные с ростом, плодородием и здоровьем. Так же как и в мечеть, на территорию площадки категорически запрещено заходить в обуви. Более того, на площадке строго запрещается не только сквернословить и курить, но и вообще находиться там с нечистыми помыслами. Площадку охраняют особые джинны – джинны молотильной площадки.
Вариации талисманов из Ливии и Марокко в виде руки (ха́мса), XX в.
(справа) Collectie Wereldmuseum Rotterdam (по лицензии CC BY-SA 4.0), (слева) Minneapolis Institute of Art
Когда мальчику исполняется год, во многих берберских районах голова его обривается, но посередине остаются небритые волосы, которые превращаются потом в косичку. Эту косичку мальчик будет носить до семи лет. В бербероязычных областях косички называют ага́з, а в северном Марокко – гарн. Начиная с этого возраста мальчик будет носить короткую стрижку, как это подобает мужчине, однако еще сто лет назад у рифских берберов, а также у берберов Туниса существовала традиция не состригать полностью растущую на макушке косичку, так как в Судный день ангел Джибриль именно по этой косичке сможет распознать истинных мусульман.
На египетских памятниках, особенно во второй половине II тысячелетия до н. э., ливийцы могут быть идентифицированы по особенной прическе – длинный локон волос или, возможно, коса, падающая на плечо. В Египте также существовала традиция отращивания пряди волос у маленьких мальчиков, правда, знатного происхождения. В этом некоторые исследователи, например Стефан Гзель[99], увидели доказательство существования прямой связи между древними египтянами, их соседями либу и современными берберами.
Одним из обязательных мусульманских ритуалов, связанных с ранним детством, является обрезание (хита́н). Нет регламента, который предписывал бы точный возраст проведения обрезания, однако считается, что оно должно быть проведено в возрастном промежутке от десяти дней до семи лет. Так как обрезание считается одним из ключевых ритуалов в жизни мусульманина, его проведение связано с разнообразными обрядами, целью которых является защита ребенка от злых джиннов.
Обережные татуировки. Иллюстрация из книги Э. У. Лейна «Описание нравов и обычаев современных египтян», 1860 г.
Lane, Edward William. An Account Of The Manners And Customs Of The Modern Egyptians, 1860 / HathiTrust
Татуировка. До недавнего времени в детском возрасте также наносили первые татуировки (на данный момент такая практика сохраняется только в некоторых удаленных районах сельской местности). Хотя ислам отрицательно относится к подобным процедурам, татуирование тела до сих пор является важным ритуалом в Северной Африке, так как татуировка, по выражению французского антрополога начала XX века Эдмона Дутте, – это не что иное, как вечный оберег (amulette permanente), который человек будет иметь в своем распоряжении до конца жизни. Итак, по всей Северной Африке татуировки наносились детям обоего пола в качестве лекарства от первого серьезного заболевания. Кроме того, особые татуировки наносили девочкам. В берберских регионах татуировки, наносимые девочкам и потом женщинам, не только служили оберегом, но и сообщали важную информацию об их хозяйке: племенная принадлежность, социальный статус и прочее. Интересно, что в берберской культуре слово «татуировка» происходит от глагола «акра́д» («укалывать, прививать»). Действительно, татуировки традиционно делались не только с превентивными целями, но и для лечения существующего заболевания – например, артрита или перелома кости, бесплодия. Татуировка, таким образом, использовалась для «откачивания» болезней из тела человека.
Чаще всего татуируют лицо, кисти рук, ступни и лодыжки, реже – плечи и бедра. Мастером по нанесению татуировки всегда является женщина, даже если татуировка делается мужчине. Канонический ислам отрицательно относится к татуированию, но еще в начале XX века это умение, хотя и передавалось по наследству, считалось сакральным, для его получения необходимо было отправиться
