Читаем без скачивания Гонка - Клайв Касслер

Когда он пролетал под его машиной, Белл увидел, как от левого крыла отломился кусок.

Ветер подхватил обломок и понес вслед за аэропланом. Белл узнал alettone, один из приборов управления на крыльях. Но вот трос, соединявший alettone с самолетом, порвался, и кусок унесло, как лист на ветру. Если бы Белл только что сам не боролся с ударами ветра, он решил бы, что это Гарри Фрост отстрелил один из придатков крыла. Но на машину Джозефины напал не преступник, а Мать-Природа в ее худших проявлениях, не злобная, но не менее опасная.

Джозефина не колебалась. Скорость!

Белл видел, как она прянула вперед, всей тяжестью тела налегая на руль направления. Она пыталась опустить нос, чтобы самолет падал вперед, а не вбок. В то же время она наклоняла оставшиеся alettone, чтобы прекратить вращение.

Белл весь напружинился, словно мог усилием воли помочь ее машине уцелеть. Но казалось несомненным, что, несмотря на хладнокровие и храбрость Джозефины, ее мгновенные рефлексы и огромный опыт, сильный ветер и отсутствие управления разнесут ее машину.

Белл видел многоцветье вокруг статуи Свободы. Зрители на кораблях смотрели на падающий самолет, и тысячи лиц исказил ужас.

Белл отключил мотор, и моноплан стал под острым углом круто планировать вслед за Джозефиной — отчаянный порыв помочь ей, стремительный и столь же тщетный. Вой ветра в проволочных оттяжках стал пронзительнее; словно «Орел», увеличивая скорость, кричал.

В ста футах над водой аэроплан Джозефины резко повернул; ее новый курс был курсом на столкновение с пьедесталом статуи Свободы. Выровнявшись, аэроплан пошел по ветру, который дул с юга. Снижаясь, самолет обошел статую слева. С внезапно вспыхнувшей надеждой Белл понял, что Джозефина пытается посадить самолет. Она как будто нацелилась на крошечный газон между стенами, образующими звезду, и морем.

Это пространство казалось не больше сельского огорода — шестьдесят ярдов в длину, два размаха крыльев в ширину. Но, когда Белл выровнял свою машину и снова включил «Гном», он понял, что здесь именно столько места, сколько нужно летчице. Колеса ее машины коснулись зеленой травы, моноплан подскочил, покатился и остановился у самой границы острова, в футе от воды.

Джозефина выбралась из кабины. Она стояла подбоченясь и разглядывала то место на крыле, где сломался alettone.

Потом, повторяя позу гигантской статуи, подняла правую руку, как Свобода — факел, и помахала толпам зрителей на лодках. Зрители тысячами носовых платков приветствовали ее маневр и удачу.

Как только Белл увидел, что катер со знаком «V» «Агентства Ван Дорна» подошел к острову Бедлоу, он облетел строгий галльский нос статуи Свободы и со скоростью шестьдесят миль в час полетел вверх по реке Гудзон. Природа своими смертоносными ветрами помогала ему, и он не собирался профукать такой подарок. Джозефина в безопасности на земле, скоро ее будет охранять множество вооруженных детективов; если Гарри Фрост затаился впереди на маршруте, желтая приманка Белла — единственная машина, которую увидит убийца и по которой начнет стрелять.

Рослый детектив решил больше не ждать.

Четыре минуты спустя, в четырех милях выше по реке, когда справа от него находился средний Манхэттен, а слева выступал в воду причал Уихокена, мимо его головы просвистела пуля.

Глава 19

За ней другая. Третья пуля пробила фюзеляж «Орла» сразу за Исааком Беллом, и спинка его сиденья задрожала от удара. Четвертая со звоном ударилась о вершину треугольного стального крепления над крылом. Пули были тяжелые — для «Марлина» калибра .45–70, любимого оружия Фроста, догадался Белл. Пятая пуля с такой силой ударила в руль направления, что он задребезжал. Теперь стреляли сзади. Белл пролетел над Фростом и уходил за пределы дальности стрельбы.

Белл резко развернул «Американского орла» и полетел обратно, осматривая заполненную судами реку в поисках того, откуда стреляли. Когда началась стрельба, он летел над серединой Гудзона, который был здесь в милю шириной, на равном расстоянии от берегов Манхэттена и Нью-Джерси. Расстояние в полмили было слишком велико, что Фрост мог так точно стрелять в цель. Он был где-то непосредственно под Беллом, где-то в облаке дыма и смога, затерявшийся среди движущихся буксиров, баржей, лихтеров, паромов, яхт и других кораблей.

Между железнодорожным паромом с тремя рядами рельсов, уставленных товарными вагонами, и трехмачтовой шхуной под белым облаком парусов, Белл заметил короткое, широкое и плоское серое судно. Он снизился, чтобы выяснить побольше. Устричная шлюпка, но движется с необычной скоростью, а за ней тянется большая волна и облако выхлопных газов из напряженно работающего двигателя. Рулевой на корме склонился над рулем. Мачта снята и лежит на палубе. Рядом с мачтой навзничь лежит пассажир. Крупный мужчина, с Гарри Фроста. Кажется, что он просто упал. Но, когда аэроплан пролетал над шлюпкой, Белл увидел блеск длинного ружья.

Он левой рукой схватил руль, правой достал пистолет и сместил руль вперед. Если Гарри Фрост озадачен тем, почему желтый моноплан его жены вдруг вернулся, он еще больше удивится, узнав, что спутал очень похожие самолеты.

«Орел» нырнул к устричной шлюпке. Белл упер автоматический пистолет в борт аэроплана, нашел в прицеле лежащую фигуру и трижды нажал на курок. Он видел, как от его пуль по палубе разлетелись щепки; одна пуля проделала борозду в мачте. Аэроплан дернулся в воздушном потоке, и третья пуля пролетела мимо.

«Орел» так близко пролетел над шлюпкой, что Белл услышал грохот трех ответных выстрелов Фроста; они были сделаны так быстро, что в ткани крыла в ярде от плеча Белла появились три пробоины; крыло словно пробило пушечным ядром. Внезапность появления двух одинаковых желтых аэропланов больше не действует.

— А стрелять ты умеешь, — пробормотал Белл. — Надо отдать тебе должное.

Он очень быстро пролетел над шлюпкой и был уже далеко от нее. А когда развернул «Орла» и полетел обратно, увидел, что шлюпка полным ходом идет к Уихокену. Видные сверху, от дюжин причалов отходили десятки железнодорожных путей к железнодорожным станциям и в обширный тридцатиакровый загон со множеством мычащих коров; этих коров тысячами привозили в поездах с запада и доставляли паромами на манхэттенские бойни.

Белл опять спустился и подлетел к шлюпке сзади, стреляя снова и снова. Но на такой малой высоте аэроплан подпрыгивал и скользил по дымному ветру, делая невозможным точный огонь, тогда как Гарри Фрост, стреляя из более устойчивого положения, смог снова направить прямо в него удивительно точный залп. Белл увидел еще одну дыру в крыле. Пуля едва не задела его щеку.

Потом удачный выстрел перебил кронштейн крыла.

Трос под многотонной нагрузкой со звонким щелчком лопнул. Белл затаил дыхание, ожидая, что, лишившись опоры, крыло отвалится. Крутые повороты увеличивали нагрузку. Но ему обязательно нужно было повернуть и опять пролететь над шлюпкой, прежде чем она окажется у причала. Если Гарри Фрост доберется до берега, ему очень легко будет скрыться. Белл полетел за шлюпкой, стреляя из почти бесполезного пистолета и клятвенно обещая себе, что если уцелеет и в этот раз, то заставит механиков установить на «Американском орле» турель для автоматического оружия.

Рулевой Фроста провел шлюпку к причалу через просвет между шхуной, снабженной гафелем, и четырехсотфутовым стальным корпусом клипера, с которого сгружали гуано. Парусные корабли загораживали причал целым лесом мачт. Белл больше не мог стрелять по Фросту, тем более приземлиться на причал.

Шлюпка остановилась у лестницы. Фрост проворно, словно гризли, поднялся на причал. Появившись на причале, он несколько мгновений стоял неподвижно, глядя на кружащего наверху Белла. Потом торжествующе взмахнул рукой и побежал к берегу.

Два рослых человека в шляпах с опущенными полями — детективы железнодорожной компании — преградили ему путь. Фрост, не останавливаясь, уложил обоих.

Белл напряженно разглядывал сортировочную. Конечно, он не видел ни единого клочка зеленого поля. Железнодорожная станция была уставлена составами, а в загоне теснилось множество скота. Он сделал единственный возможный выбор. Борясь с противным ветром и надеясь найти восемьдесят ярдов открытого пространства, он попытался сесть на причал, параллельный тому, куда высадился Фрост. Маневровый паровоз деловито уводил с него цепочку вагонов. Но по всему причалу рассыпались грузчики с тачками, а еще туда въезжал тяжелый фургон, запряженный упряжкой лошадей.

«Гном» громко гудел, и этот приближающийся звук напугал лошадей. Они остановились посреди причала. Увидев спускающийся с небо ярко-желтый моноплан, они попятились и встали на дыбы. Грузчики бросились в укрытия, оставив тачки.