– Тирион, есть свободные частицы на постройку общей капсулы? -- вопрос задаю для того, чтобы вообще не молчать.
– Нет. Я буквально с содранной спиной Йен.
Сверхновой в памяти вспыхивают последние минуты на круизере: мой рывок, плазменный луч, Шакс рванувший следом, закрывающий собой с одной стороны, и Рин бросающийся навстречу с другой. Если бы не истинность, я продолжила стоять на месте, и мы бы с Тирионом погибли… А ещё, если всё так, как помню, у Шакса большие проблемы, он был слишком близко к месту удара.
– … твою звезду!
Похоже, в себя пришёл Ирвин. Облегчение и вселенское счастье, затапливающее меня при звуке его голоса, оглушает. Не сдерживаясь, облегчённо выдыхаю. Жив! ЖИВ!
– Рин! Вхождение в атмосферу через пять минут, – рапортую я, совершенно не соображая, что зову его не просто по имени, а сокращённо. – Предлагаю перенастроить костюмы на капсульный мод, общий. У Шакса обширные повреждения, мы не сможем...
– Я вижу, буквально.
Да, спасая нас, Шакс зафиксировал меня спереди, а спина досталась Ирвину.
– Согласен на общую капсулу, его наночастицы едва держат целостность, рассчитывать на перенастройку нет возможности. Используем наши ресурсы. Проводимость и смешение частиц по лучу хвоста проведём. Надо же, – бурчит под нос, – оказался крайне полезным. Фиксируй по радиусу.
Мне всё равно что он бурчит, главное он это делает! Я послушно обнимаю хвостом, насколько хватает длины, наш своеобразный бутерброд.
– Готово. Закольцевать не вышло, конечно.
– Этого достаточно.
– Ребята, – фыркает Шакс, пытаясь храбрится, – давайте вы сами, а? Без моей туши ваши шансы на удачную посадку будут равны почти девяносто восьми процентам.
– Чёрную дыру тебе в голову! – злюсь отчего-то, – мы сделаем это вместе! Берг?
– Распределяем частицы, Йен. Капсула будет тонкой, но пройти должны. А ты заткнись, Шакс. Сделал свою работу уже, спасибо. Теперь наш черёд.
– Есть, – рапортую я, одновременно отдавая ментальную команду, раскатывая бронь FBOT вокруг нас. Это очень странное чувство, как будто оголяешься, и становишься совершенно беззащитным перед теми, кто вместе с тобой в капсуле. Внешне мы похожи на гигантское металлическое яйцо с тремя птенцами внутри. Довольно интимный процесс, обмен и смешение наночастиц, по сути, вмешательство в целостность не только костюма в физическом плане, но и ментальное соединение, полное, без уловок. И вновь это Ирвин. А возможно, именно потому что это он всё происходит легко, гладко, как по чётко отыгранным нотам. Команды о смешении частиц отдаются быстрее, чем я успеваю обдумать структуру следующего слоя. Раскатываю и накладываю слои скорлупы, не забывая фиксировать всё на центральной оси хвоста. Мне действительно понадобилось всего две минуты, чтобы воссоздать задуманное. Получилось просто замечательно. Уже общая связь оповестила о десятисекундной готовности, когда был закончен последний, внешний слой защиты. Нам осталось только ждать. Напряжённая тишина длилась несколько мгновений и прерывалась лишь электронным голосом, отчитывающим секунды до начала вхождения. Первая вибрация прошила “яйцо” мягко, затем всё сильнее и сильнее, жар лизнул раскалённым языком защиту, взревели красным датчики контроля и голову прострелило адской болью. Костюм и гуманоид связаны, да. Внешняя защита поглощает основной урон, но остальное… плазменный луч и тот показался бы детской игрушкой.
Не знаю, насколько надолго отключилась. Кажется, что мозг уже сварился и просто плавает в киселе бесформенной массой. Пытаюсь фокусироваться на парнях и понимаю, что им ещё хуже. Что-то идёт не так: Шакс без сознания, из его ушей, носа, глаз и уголков рта тонкими струйками стекает кровь. Рин, которого я не вижу за Тирионом, кричит и стонет.
– Отчёт, – еле ворочаю языком я.
– Дополнительный защитный барьер в атмосферном поле. Структура и химический состав нераспознан. Элементы – неизвестны. Угроза для Эйелен Ашхен – нулевая, в связи с природным иммунитетом кэттариан.
– А человек?
– Выживаемость крайне сомнительна.
– Данные!
Под утихающую тряску я с ужасом жду подсчёт системы. Рин больше не кричит, очевидно тоже в отключке.
– Выживаемость лейтенанта Шакса – тридцать процентов. Выживаемость лейтенанта Берга… – восемьдесят пять процентов.
Я молчу, переваривая слова системы. Человек не может выжить при прохождении барьера, что и подтвердил FBOT. Но тогда, как понимать то, что Ирвин Берг, представительно высшей расы, сын Маршала Берга прошёл этот квазаров барьер?
– Кто ты, Ирвинг Берг? – шепчу в тишину.
Глава 20
Йен
Открыв глаза, уставилась на странное, розово-фиолетовое небо. Звёзды на нём бликовали алмазным крошевом, приковывая взгляд к нетипичным переливам. Звенящая пустота в голове постепенно заполнялась воспоминаниями, окрашивая в чудовищные краски всё то, что мы пережили… когда?
– Система, – еле ворочая губами, не рискую нагружать организм ментальным приказом, вдруг нейросвязь повреждена или оборвана. – Полный отчёт с момента вхождения в атмосферу.
Проходит несколько долгих, тихих минут, прежде чем на экран шлема FBOT начинают поступать данные, а в голове раздаётся монотонный голос ИИ.
– Время аварийной посадки капсулы двадцать минут назад, сбой в цепочке соединения, разрыв капсулы и прерывание удержания щита… десять минут назад. Аварийное поддержание процессов жизнедеятельности… два члена команды.
Последние слова прошивают тело холодным, липким страхом. Я не рискую спрашивать или перебивать отчёт, хотя глаза то и дело норовят прокрутить его на визоре, чтобы узнать, насколько сильны повреждения и каков результат выживания.
– Целостность костюма, – тем временем отчитывается о нас ИИ, – девяносто пять процентов. Процесс реставрации запущен сразу по приземлению, есть запрос на поглощение костюма Тириона Шакса, процент выживания…
– Запрос отклонён! – кряхтя поднимаюсь, принимая сидячее положение. – Данные разведки локации? Провести поиск укрытия. Выполнять.
Затылок простреливает болью, с силой жмурюсь, тяжело дыша. Все же повреждения моего FBOT пусть и незначительные, но повлияли на соединение и выполнение ментальных запросов.
– Юго-запад, в тридцати минутах ходьбы, протяженный горный кряж, размещается кольцевым вулканическим хребтом, состоит из геотермальных зон, действующих и дремлющих вулканов, гейзеров и вулканических полей. Склоны покрыты густым пологом тропической растительности, кальдеры наполнены водой формируя озёра… оценить безопасность купания и возможность питаться не представляется возможным в связи с удалённостью локации.
– Пещеры, места для укрытия?
– Есть подходящие пустоты в породе.
Что ж… осталось задать и получить ответы на самые сложные вопросы.
– Видимая угроза?
– Отсутствует.
– Время достижения цели?
– При быстром…
– Уточнение запроса, – ворчу, рассматривая лежащих без сознания парней. Ирвин выглядит просто спящим, на первый взгляд костюм цел. А вот Тирион… Листва под ним окрашена кровью, и я боюсь даже представить, что у него со спиной. Но он жив, а значит я его точно не брошу. Кто бы мог подумать, два остолопа, что с первого дня меня дразнили за принадлежность с кэттарианам, сейчас же и выживут благодаря особенностям моей расы. Наши кости прочнее, чем человеческие и могут переносить более сильные нагрузки и этим, с помощью дополнительного усиления костюма я намерена воспользоваться. – уточнение запроса, – отдаю команду ИИ. – Рассчитать оптимальный путь передвижения с распределением нагрузки от FBOT Ирвина Берга и Тириона Шакса. Тип буксировки - жёсткая сцепка, максимальное перемещение частиц и на усиление каркаса.
Когда костюмы парней буквально приклеились ко мне, я сделала первые тяжёлые шаги. Это будет очень медленно, очень. Пока иду неповоротливой и медленной чеперахой с планеты Акиян, во мне бушует шторм вопросов, подкреплённый странными противоречивыми чувствами, которые все больше пугают и раздражают одновременно, а сопротивляться и не думать не могу: если барьер Антареса могут пройти только представители некоторых видов рас, но не могут это сделать высшие расы, то… озвучивать, даже мысленно то, что напрашивается в качестве вывода страшно. Потому что, это вмешательство в геном, запрещённые эксперименты над гуманоидами, за которые в Содружестве карают смертной казнью…
