Читаем без скачивания Повелитель бурь - Е. Юань

— он тоже здешний. После демобилизации осел в Белдане и открыл частную практику. Ему… ему вполне по зубам залатать подобные фатальные увечья.

Тот самый эскулап Вебер тоже числился в рядах Потусторонних. Пройдя сквозь горнило Южной кампании, он шаг за шагом вскарабкался по лестнице Последовательностей, сколотив поистине антинаучный, паранормальный медицинский арсенал. Птички напели, что ему раз плюнуть пришить отрубленные конечности так, что они будут слушаться хозяина ничуть не хуже прежних.

— Заметано, — без малейших колебаний, железобетонно отозвался Байерс.

Хищным рывком преодолев пару метров, он сноровисто выудил деревянную шкатулку, подхватил отсеченную кисть Фила и бережно упрятал её внутрь.

В эту же самую секунду Паша, пустив в ход загодя припасенную диковинную мазь, виртуозно купировала фонтанирующее кровотечение и наложила на обрубок тугую повязку.

Не теряя ни доли мгновения, четверка пулей вылетела за порог проклятого бара.

Изрядно поплутав и вытряся душу из редких прохожих, они с горем пополам вышли к клинике Вебера.

Заведение всё еще не повесило замок на дверь. Из окон на мостовую щедро лился тусклый, мутно-желтый свет газовых рожков.

Рой сдержанно, не теряя самообладания, дернул шнурок звонка. Под сводами раздалась гулкая, переливистая трель.

Увы, минуло несколько долгих, томительных минут, а на пороге так ни одна живая душа и не нарисовалась.

— Неужто набрался до беспамятства? — бросив затравленный взгляд на корчащегося от боли Фила, с глухим недоумением предположила Паша.

Рой отрицательно покачал головой:

— В моей памяти Вебер отродясь не числился среди забулдыг. Положа руку на сердце, за вычетом откровенной страсти к юбкам, за ним не водилось гнилых привычек. Быть может, он как раз занят…

Бросив эту фразу, мужчина среднего роста, чье лицо пестрело глубокими следами выматывающих скитаний, осторожно толкнул дверную створку. Та, к его удивлению, оказалась напрочь лишена засова, податливо приоткрывшись со скрипом.

Едва врата распахнулись настежь, как взорам Роя, Байерса и остальных предстали два силуэта.

Они безвольно болтались прямо посреди приемной, и ворвавшийся с улицы сквозняк заставил их жутко, мерно покачиваться.

Одним из мертвецов оказался мужчина лет тридцати, облаченный в белоснежный медицинский халат, а второй — юная дева в униформе сиделки. Оба зияли нагими бедрами, их глаза пугающе выкатились из орбит, челюсти отвисли, а языки гротескно вывалились наружу. Бедолаги были вздернуты под самый потолок на абсолютно незримых петлях, а на их синюшных лицах намертво застыл дикий, тошнотворный коктейль из животного ужаса, безысходности и полнейшей растерянности.

— Вебер… — судорожно выдохнул Рой, безошибочно опознав в повешенном того самого лекаря.

В ту же долю секунды и его самого, и Пашу, и Фила вкупе с Байерсом пробрал леденящий, пронизывающий до костей озноб. Их умы наотрез отказывались брать в толк, с какой стати разыгралась эта кровавая баня, и одному богу было известно, какую еще хтоническую угрозу таит в себе эта сокрытая во мраке чертовщина.

Ба-бах!

Оглушительный грохот опрокинутого стула, донесшийся откуда-то сбоку, грубой силой вырвал Роя сотоварищи из оцепенения.

Молниеносно обернувшись на звук, они выхватили взглядом женщину, судорожно прижимающую к груди младенца. Та в слепой панике вскочила на ноги и, заикаясь от первобытного страха и растерянности, пролепетала:

— Они… они предавались блуду…

И как, дьявол побери, это могло быть связано с их собственной мясорубкой? Рой беззвучно, тяжело втянул воздух. Интуиция набатом вопила: задерживаться в этом склепе — смерти подобно.

Не медля ни мгновения, он рявкнул:

— Уходим!

Он благоразумно не стал отряжать Пашу умиротворять впавшую в истерику леди, равно как и напрочь задвинул идею порыскать в закромах клиники в поисках антисептиков и перевязочного материала.

Байерс вкупе с остальными с натугой сглотнули вязкую слюну. Круто развернувшись на пятках, они, не ослабляя параноидальной бдительности ни на секунду, пулей выскочили из проклятой лечебницы.

Для Фила этот накрывший их животный ужас перед неведомым разом, наглухо затмил разрывающую агонию в обрубке левой руки.

— Какого дьявола там вообще стряслось? — едва свернув на соседнюю улицу, выдавил Фил. Лицевые мышцы парня судорожно, безостановочно дергались.

— Откуда мне знать⁈ — взорвался Байерс. Его нервы явно сдавали, и он уже с трудом держал себя в руках.

Рой затравленно зыркнул по сторонам и, тяжело, с шумом выдохнув, бросил:

— Остыньте.

— Мы почти стопроцентно вляпались в леденящую кровь, не укладывающуюся в голове паранормальную чертовщину.

— Истинно так. Вся эта жуть не поддается никакой логике, иного объяснения банально не сыскать, — с готовностью закивала Паша.

— И что же нам теперь делать? — в панике, срываясь на фальцет, залепетал Фил.

Рой на секунду погрузился в раздумья, после чего скомандовал:

— Перво-наперво — попытаемся вырваться из Белдана.

— А заодно кровь из носу надлежит препарировать всё, что мы только что узрели, и нащупать в этой мясорубке хоть какую-то закономерность.

— Ни одна живая душа не поручится, что за следующим поворотом нас не настигнет та же дичь. Лишь разгадав этот ребус и выудив правила игры, мы обретем призрачный шанс сберечь собственные шкуры.

— Твоя правда, — Байерс титаническим усилием воли взял эмоции в узду, солидарно поддержав предводителя.

Четверка ускорила шаг, на ходу отчаянно дискутируя и мало-помалу выковывая весьма занятные гипотезы.

— Вебер накануне расправы предавался блуду. А твою кисть, Фил, отсекли аккурат в тот миг, когда ты вознамерился умыкнуть чужой бумажник, что является самым настоящим воровством… — Паша скрупулезно, дотошно вычленяла точки соприкосновения в обоих инцидентах.

…В голове Роя в этот самый миг ослепительной вспышкой родилось озарение:

— Неужто кровавая кара обрушилась на вас исключительно потому, что вы преступили закон⁈

— Да ну, бред какой-то! — в один голос, искренне опешив, парировали Байерс с Филом.

Вот только не успело эхо их слов растаять в воздухе, как до бедолаг дошел подлинный смысл сказанного. Лица мужчин мгновенно налились свинцовой, леденящей суровостью.

— Быть может, по улицам рыщет некий незримый страж правопорядка, и в этом кроется стержневая суть постигшей город чертовщины… — глубокомысленно, тщательно взвешивая слова, протянул Байерс.

Рой тяжело, утвердительно угукнул и добавил:

— Шансы на такой расклад поистине колоссальны.

— Отныне маниакально следим за каждым своим шагом, не допуская ни малейшей оплошности.

Паша сотоварищи мрачно закивали. Натянув нервы как стальные струны, они с удвоенной, параноидальной бдительностью двинулись по улице прямиком к выезду из полиса.

Вскоре их путь вывел на муниципальную площадь. В сгустившемся ночном мраке их взоры выхватили целую толпу обывателей, сгрудившихся у казенной доски объявлений.

— Свежий декрет? — Рой и остальные переглянулись, резонно заподозрив, что власть имущие наконец-то соизволили выкатить какие-то разъяснения касательно творящегося вокруг паранормального хаоса.

Ведомые этой мыслью, они влились в толпу. Купаясь в тусклом свете газовых фонарей, беглецы устремили тяжелые взгляды на прибитые к деревянному щиту