— Да ни в жисть, на фиг он мне сдался?
— А грушу зачем колотишь тогда?
— Ну я же говорил — отличное средство, чтобы прогнать депрессию и плохое настроение…
— Знаешь, я тут по коридору мимо твоей двери утром иду — ты колотишь. Перед обедом иду — колотишь. Вечером — колотишь. Судя по этому, ты из депрессии вообще не выбираешься…
— Ну нравится мне — грушу бить! Это такая большая проблема?
— В битье груши проблемы нет. Она в том, что заставляет тебя делать это.
А ведь неглупа, ой как неглупа. К счастью, Анна не телепат — магия не позволяет читать мысли — и узнать мою тайну не сможет, если я сам не проболтаюсь.
Параллельно я продолжал тренировки под руководством К’арлинда. Темный ублюдок сумел неслабо подтолкнуть мой прогресс, когда однажды пристегнул меня к креслу, надел на голову обруч с приваренной полоской, защищающей нос, и вытащил из подсобки ящик мячей для большого тенниса.
— Экзамен! — возвестил он, широко улыбаясь, и взял из ящика первый мяч.
Тренировочный бункер я покинул с синяками под глазами и распухшей губой, и если б не обруч с полоской — К’арлинд и нос бы мне сломал заодно, броски у него убойные.
Магистр Тэйон быстро убрал с моего лица следы повреждений, но мотивация сохранилась. Правда, меня мучила дилемма, как этой мотивацией распорядиться: то ли совершенствовать технику щита, то ли приналечь на грушу, чтобы однажды отделать наставничка как следует. Вторая мысль, конечно, недостойна адепта карате, тем более мастера, но если хорошенько подумать, то намерение отучить К’арлинда от таких изуверских «экзаменов» вполне можно считать самозащитой!
* * *
Однако на следующий день, в субботу, К’арлинд куда-то запропастился, потому очередная тренировка не состоялась.
Благодаря этому я смог раньше приступить к собственной утренней тренировке и раньше ее закончил, таким образом, у меня образовалось целых два часа свободного времени. То есть со свободным временем проблем никаких не было вообще, но именно в эти утренние часы я уже привык быть занятым, а тут внезапно раз — и окно.
Я решил позавтракать обстоятельно, а не наспех, как обычно, для чего позвонил на кухню и попросил чего-то легкого с протеином и морепродуктами, свежих салатов, какие есть, ну и чего угодно в комплект. Дежурный официант, круглолицый такой малый с сербским именем Йован, заверил, что все будет в течение пятнадцати минут.
А пока я взялся за учебник по географии Аквилонии. Интересовал меня в основном характер благосостояния страны, а также ее оборонительные возможности.
Первое, что я для себя открыл: а «империя», оказывается, ростом не вышла, площадь с Испанию, а то и поменьше чутка. Однако стоило мне вникнуть в историю страны, как я заметил много сходства с прежним собой: я ведь тоже в прошлом был метр в кепке, по габаритам судить — ой как обманчиво.
На деле у гордого названия «империя» имелись кое-какие на то предпосылки. Аквилония, находясь чуть севернее «итальянского сапога» и при этом примерно на одинаковом расстоянии от территорий альвов и свартальвов с запада и востока, не считая относительной близости Африки, располагала несколькими мелкими странами-сателлитами. Сателлиты, формально будучи суверенными, зависели от Аквилонии в плане поставок продукции тяжелой промышленности и военки, а также порой нуждались в прямой военной помощи. Сами они служили империи буферной зоной и союзниками, и именно благодаря им Аквилония с самого начала своей истории, а это четыреста лет, никогда не воевала на собственной земле.
Помимо союзников, у Аквилонии были гораздо более веские признаки империи: мощнейшая для такой относительно небольшой территории промышленность, почти все предприятия которой могли работать на военку; собственно военная промышленность, выпускающая бронемашины, оружие, боеприпасы и прочее, тоже впечатляла; империя давно и прочно заняла лидирующую позицию в плане экспорта, в том числе военного.
Вторым признаком являлась очень хорошо вооруженная армия и высочайшая пропорция боевых магов на душу населения. Армия объясняется просто: высокий бюджет и отличное вооружение. А вот с рыцарями-магами все обстояло несколько хитрее.
Главным фактором, позволившим императору собрать внушительное число одаренных магией людей, стала все та же политика Домов, а также предоставление дворянства любому иммигрировавшему боевому магу из любой другой страны. Из-за того, что в других державах общее положение одаренных было похуже, да и дворянство местами давали не всем, некоторое число их перебиралось в Аквилонию, иногда буквально сбегая из собственной страны.
Прапрадед нынешнего императора воспользовался этим, приняв так называемый «Свод законов о бродячих рыцарях». Любой приезжий, достаточно одаренный магией для службы в боевых частях, достойно отслужив срок службы с обязательным визитом в горячую точку, получал дворянские привилегии «бродячего рыцаря». После этого он мог либо присоединиться к любому Дому на правах младшего сына, либо продолжить службу в регулярных частях. Те бродячие рыцари, которые имели заслуги перед империей, получали дарованное императорским указом право основать собственный Дом и стать полноправным дворянином.
Менее полезные маги, не владеющие боевыми дисциплинами или просто слабые, могли присоединиться к любому готовому принять их Дому, нередко путем бракосочетания. Даже самые бесполезные единички, никому не нужные в других странах, в Аквилонии ценились Домами хотя бы как генетический материал, а случаи рождения сильных магов у единичек — великое счастье и не то чтоб большая редкость.
Случались и исключения. Так, Дом Вэнсов был основан особым приказом императора после того, как Зависа Вэнс, целитель третьего уровня без единого боевого навыка, во время одного из сражений героически скончался на своем посту от разрыва сердца, исцелив, по разным данным, от ста до двухсот тяжело или смертельно раненных солдат. И это — не имея почти никаких вспомогательных средств. Неудивительно, что за такой подвиг император лично основал Дом Вэнсов от имени героя, пожаловав его вдове и детям, тоже начинающим целителям, дворянские привилегии.
Как итог Аквилонская империя собрала в своих реестрах рыцарей из самых разных краев. С востока бежали «восточники», представители славянских народов и небольшое число азиатов, с запада в поисках лучшей жизни приезжали «западники». Существовал даже Дом Агбажэ, основанный негром-шаманом, сбежавшим из Африки. Агбажэ владел способностью, будучи всего третьим уровнем, вызывать лютые, хоть и неуправляемые, ливни, и потому считался стратегической, а не тактической боевой единицей. Его потомки — кстати, совершенно европейского вида люди, все до единого не выше тройки, — бережно сохранили эту технику и несли службу на потенциально опасных направлениях, чтобы при помощи проливных дождей замедлять продвижение противника.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
