Вымыв ребенка, Ким повела девочку на кухню, где Джаред, одетый в спортивные брюки, готовил кофе. Он подхватил Хлою на руки и расцеловал в обе щеки.
— Доброе утро, малышка. Кушать хочешь?
Выбираясь из его объятий, девочка оглядела кухню.
— Собачка?
Джаред хмыкнул, поставил ее на пол и взглянул на Ким.
— Кажется, они с Пиратом очень понравились друг другу.
— Это хорошо. Пират защитит ее в случае…
Странно! Она совершенно забыла, что Хлоя будет жить здесь временно, ведь его поверенный уже ищет ее мать. А их отношения складываются так по-семейному, и она уже, кажется, начала к этому привыкать…
— Я приготовлю завтрак, а ты пока прими душ и оденься. Заметь, я не допущу, чтобы ты ушла. Ведь мы должны закончить то, что так славно начали. — Его глаза излучали искушение. — Может быть, мы устроим себе тихий час одновременно с Хлоей и продолжим с того места, на котором она нас прервала?
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Всю следующую неделю Ким была очень занята. Она с энтузиазмом взялась за осуществление благотворительного проекта. С неменьшим энтузиазмом она восприняла новый поворот в ее отношениях с Джаредом. Они проводили вместе часы, пока Хлоя спала.
То, что началось как неприятная обязанность и вынужденная отработка долга отца, стало центром ее жизни. Ким почти все время была в доме Джареда, помогала ему заботиться о девочке. Все это стало для нее таким привычным, будто она обрела свою семью… В их отношениях были тепло, забота, самоотверженность и любовь. Все казалось таким понятным.
Однако она твердо решила не переезжать в дом к Джареду. Он предложил ей перевезти хотя бы некоторые вещи, чтобы иметь возможность переодеться, когда они задерживались на работе допоздна. От этого она тоже отказалась. В их отношениях до сих пор не было определенности и взаимных обязательств, и Ким не хотела ставить себя в положение, когда будет слишком трудно расстаться, если вдруг что-то случится — например, Джареду надоест их связь.
Каждую ночь она возвращалась в отцовский дом. Агент по оценке собственности нашел на него покупателей, супружескую пару, готовую приступить к переговорам. Ким начала понемногу упаковывать необходимые вещи, чтобы, когда все эти дела будут завершены, перевезти их в свою квартиру в Сан-Франциско; решала она и что ей понадобится, а что следует выбросить. Наконец она приступила к разборке ящика с отцовскими вещами, включая коробку, в которую сложила все папки с документами.
В первой папке хранились длинные списки с перечислением поездок по Соединенным Штатам и по другим странам и городам; списки книг, которые он планировал прочесть; фильмов, которые он хотел посмотреть; планы ремонта и перестройки внутри дома; имена людей, которым он хотел позвонить. Все эти списки объединяло одно: это были невыполненные дела. На нее волной нахлынула грусть. Составлял ли отец эти списки уже после того, как узнал правду о состоянии своего здоровья, о том, что у него больное сердце? Тишину дома нарушил ее горестный вздох. Этого ей уже никогда не узнать. Папка была отложена в сторону.
Следующая папка содержала личную переписку отца с братом, который умер десятью годами раньше. Она просмотрела пару писем. В них не было ничего, что касалось бы ее или собственности. И эту папку она отложила в сторону.
В следующих двух папках тоже хранились личные письма, не имеющие никакого отношения к собственности. Наконец она взяла в руки последнюю папку.
Ей сразу же бросилась в глаза надпись: «Рон Стивенс». Ким начала внимательно просматривать листки. В документах содержались подробные описания каждой встречи ее отца с Роном Стивен-сом и другими представителями компании «Стивенс». Там были заметки о переговорах по телефону и в переписке. Она разложила бумаги на письменном столе.
В течение двух часов Ким тщательно изучала эти документы, после чего, уставшая и окончательно разбитая, откинулась на спинку стула. Она была в совершенной растерянности. В полных горечи и обиды строчках она физически ощущала гнев отца, когда он объяснял, почему ничего не должен «Стивенс энтерпрайзиз», несмотря на существование письменного документа, утверждающего обратное. Этот документ, вексель, показывал ей Джаред.
Среди бумаг обнаружилось пояснение отца: уже после подписания им векселя обстоятельства изменились в его пользу и долг был погашен.
Она попыталась взглянуть на это с позиции логики, беспристрастно. Почему отец допустил, чтобы конфликт длился долгие годы? Ни в одном документе не было упоминания об участии адвоката со стороны отца. Во всех делах участвовал лишь поверенный Стивенсов. Если действия отца укладывались в рамки закона, почему он ни разу не консультировался с адвокатом?
Знал ли Джаред об этих обстоятельствах? Его имя не упоминалось ни в одном из документов. Ким почувствовала, как внутри у нее все сжимается. Ей так не хотелось, чтобы Джаред был вовлечен в эти дела, хотя она и не исключала такую возможность. Ким собрала бумаги в папку, решив, что утром посоветуется об этом с Джаредом. Ведь он сам просил ее обращаться прямо к нему, если возникнет проблема. Это был как раз тот случай.
Наконец уставшая Ким отправилась спать. То, что она узнала, никак не выходило у нее из головы, внушало тревогу. Последние несколько недель она жила в стремительном темпе, понимая при этом, что ее любовь и интимная связь с Джаредом возникли в неподходящее время и в неподходящем месте.
Она думала, что конфликт между семьями остался позади. Но, похоже, он снова дает о себе знать. Является ли долг в двадцать тысяч долларов законным? Или это очередной отголосок застарелой вражды? Гадать не стоит. Она покажет эти документы Джареду и попросит его кое-что объяснить. Ким всячески пыталась побороть мрачные предчувствия. Джаред все объяснит и назовет вещи своими именами, она в этом уверена.
Проснувшись утром, Ким стала поспешно собираться на работу. Она приехала пораньше, чтобы помочь Джареду. Нужно поднять Хлою, одеть и накормить ее.
Джаред открыл ей дверь и встретил долгим и нежным поцелуем.
— Проходи на кухню. Мы как раз завтракаем. Я и тебе приготовил.
К своему удивлению, Ким поняла, что он уже успел и одеть Хлою, и приготовить ей завтрак. Она удовлетворенно хмыкнула, наблюдая, как он вытирает салфеткой вымазанные сиропом ручки девочки. Ей было приятно смотреть, как бережно обращается с ребенком Джаред.
Что будет, когда поверенный разыщет мать Хлои? — подумала Ким с беспокойством. Девочка живет в этом доме гораздо дольше, чем они с Джаредом предполагали. Ребенок выглядит счастливым. Хлоя стала центром внимания и заботы со стороны Джареда, Ким, Фреда и Пирата. Но сочтут ли работники социальной опеки такие условия достаточно благоприятными для девочки?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
