вместе с роботом за стену под шипение лучей энергии бьющих из двух турелей.
Пока машина выкатывалась, Инжер успел выпустить очередь, снеся одну из турелей. Ванька тоже успел, но его выстрел оказался не так точен, оставив несколько дыр в корпусе, но, не повредив ничего важного.
Инжер уже не боялся. Ему стало наплевать и на Глеба, и на эту его машину. Все его сознание захватила история Виктора и те факты, которые он обрушивал скальными массивами.
Потому он стрелял, не жалея ценных зарядов. Стреляли все, изрешечивая корпус робота в хлам. Опомнились только тогда, когда лазерный заряд обжег Мишке предплечье, пройдя по касательной. Парень застонал от боли и скрючился в углу, баюкая раненую руку. Последним выстрелом Инжер снес вторую турель, обезоруживая робота. Искореженная, дымящаяся машина застыла, слабо подергивая единственным оставшимся, но поврежденным манипулятором.
Полби невозмутимо ждал, когда они окажут первую помощь Мишке и пойдут за ним следом.
— Центр управления за этой дверью, — сообщил малыш, огибая по дуге боевого робота.
Подъехав к большой двери, он сунул свои проводки в замок рядом, поскрежетал немного, попищал. Пульт мигнул, загораясь зеленым, и двери открылись, являя то, зачем они сюда шли.
Посередине огромного помещения стоял круглый стол, сделанный из странного материала, напоминающего полированный камень, но абсолютно темного с синими прожилками.
Над столом, развернутые к креслам висели изогнутые экраны, повторяющие форму столешницы. На стенах тоже были развешаны экраны. Это только то, что бросалось в глаза сразу.
Помимо них в помещении были размещены и другие установки. У одной такой как раз и сидел самый главный идиот этого несчастного модуля. Он лихорадочно что-то набирал на клавиатуре, отстукивая по ней барабанные дроби пальцами.
Завидев их, Глеб метнулся к овальной капсуле со стеклянной дверцей и прыгнул туда, захлопывая ее.
— Открыл дверь и вышел сюда! — рыкнул Макс, наводя на него винтовку.
— Сейчас, сейчас. Я выйду и убью вас всех! Моя программа для создания суперсолдат сделает из меня бога! Потом я захвачу мир!
Глеб безумно хохотал, а они наблюдали за процессом не в силах ему помешать. Макс попробовал открыть дверь, но безуспешно. Разбить стекло прикладом тоже не вышло. Оно оказалось бронированным.
Он хохотал, когда машина охватила его тело тонкими прозрачными жгутами, запуская их под кожу. Хохотал, когда по жгутам в его тело полился состав мутно серого цвета.
Потом он орал. Орал от боли так, что вскоре сорвал связки, ну а потом его голова просто лопнула, забрызгивая капсулу изнутри серо-красной жижей.
— Тьфу, падла, — выругался Ванька. — Отмывать теперь это все.
— Жил как говно, в говне и умер, — резюмировал Колька и поторопил Инжера. — Инж, давай дальше Виктора слушать. Очень интересно!
— Давай, давай, — согласно кивнул он, переводя взгляд на Полби. — Можешь открыть вход для наших товарищей. Они сейчас где-то внизу и наладь мне связь с ними. Куда там Глеб все транслировал?
Робот кивнул и подъехал к главному пульту, запустил в разъемы усики, попиликал: — Я разблокировал все двери и настроил систему связи. Можете говорить.
— Руби, Федя, ребята, меня слышно? — громко сказал Инжер в микрофон.
— О, Инжер! Слышно! — загомонили они наперебой.
— Поднимайтесь к нам наверх. Мы отключили систему защиты так, что вы спокойно пройдете.
— Хорошо.
Полби выключил несколько экранов на стенах, демонстрируя часть нашей команды, снова двигающейся через жилые отсеки.
— Полби, теперь нужно о раненых позаботится.
— Вызываю медицинских автоматонов. Попрошу сопротивление не оказывать.
— Рог, ты слышал? — спросил Инжер у раненого здоровяка. Тот опасливо кивнул.
На экране, передающем изображение из комнаты, где сидел Рог, появился небольшой робот с манипуляторами и встроенной кушеткой. Он попытался уложить здоровяка на нее, но тот стал сопротивляться, опасаясь железки.
— Рог, возьми себя в руки и прекрати брыкаться, — скомандовал ему и тот послушался, тяжко вздохнув. Робот закатал ему рукав, сделал пару инъекций и повез по коридору в медицинский отсек.
Вскоре второй автоматон приехал и к ним. Обколов Мишку, он забрал мучающегося от боли парня с собой. Между тем с Рогом ничего опасного не случилось. В медицинском отсеке его вытряхнули из брони и положили на операционный стол, где манипулятор тут же начал проводить операцию по извлечению пуль, сделав предварительно еще несколько уколов.
— Полби, можно продолжать.
Самый большой экран ожил, являя уставшее лицо немолодого мужчины. Короткий ежик седых волос и бородка, морщины на лбу и упрямый взор синих глаз.
— Вот вы и добрались в центр, — проговорил он, сложив руки на столе. — Хочу еще раз представиться. Меня зовут Виктор Ермолов и мою запись вы слушали до этого. Так, на чем я остановился, ага. Бунты, — он невесело хмыкнул. — Вместо того, чтобы всем вместе налаживать быт, стремиться к развитию и спасению планеты, некоторые несознательные люди решили прорваться к запасам ресурсов и распоряжаться ими на свое усмотрение.
Виктор включил несколько записей, показывая слушателям настоящие демонстрации в городе. С транспарантами и прочими атрибутами.
Они внедряли в общество идеи левого толка, разжигая неповиновение и заставляя людей собираться в группы. Пробовали устраивать бунты, но на тот момент еще сильна была охрана, которая их быстро подавила.
Мы не обольщались, прекрасно понимая, что затишье временно и в один прекрасный момент грянет буря. Решение мы никак не могли найти, и тогда Иван предложил радикальное средство.
Он до этого проводил эксперименты на крысах по стимулированию выработки гормонов радости дофамина и эндорфинов. Эксперименты, в целом, были успешны. Так вот Иван предложил начать вырабатывать эти гормоны у населения. — Виктор потер лоб и потупил глаза. — Если бы я знал, к чему все это приведет, я бы никогда не согласился на подобное, но тогда такое решение показалось хорошим выходом.
Инжер покосился на труп Глеба в капсуле, а потом на детишек, завороженно слушающих своего предка. Интересно, понимают ли они, что он сейчас сказал? Инжер до конца не понимал, но шестым чувством догадывался, к чему привел эксперимент, последствия которого они имели неудовольствие лицезреть.
— В общем, он разработал средство помогающее вырабатывать гормоны в минимальных количествах. Дозу точно рассчитали так, чтобы
