Неожиданно взгляд зацепился за что‑то знакомое, очень знакомое… Город? Нет, не город, всего лишь несколько зданий, расположенных на противоположном склоне, за ручьем. Полуразвалившиеся, зияющие провалами окон руины были останками настоящих домов, построенных, судя по всему, самими Основателями. Что же это такое? Слав не помнил о постройках Основателей в этом районе…
— Двигайся, не стой! — Слава грубо толкнули в спину, и он ускорил шаг.
Ручей вился по каменистому руслу, огибая большие валуны, и пропадал в узкой расселине между скалами. Женщины оккупировали берег, окуная кожаные меха в воду. Ручей был мелким, а вода в нем холодная. Слав очень хотел пить, но смог сделать лишь глоток — так заломило зубы. Он опустил канистру в воду и сел на камень. Надо отдыхать, пока есть возможность. Славу захотелось есть и, чтобы заглушить голод, он выпил еще воды. Когда его покормят и покормят ли вообще? Здесь даже солнце пекло не так жарко. Прекрасная долина. Почему же они живут в пустошах?
Слав едва успел окунуть голову в воду, как к нему подошел мальчишка:
— Вставай, гмор. Пора идти.
— Слушай, а что там такое? — как мог, дружелюбнее, спросил Слав, указав на руины.
— Лаборат.
— Что?
— Ты слышал, гмор. Повторять не стану, — юнец окинул Слава презрительным взглядом и демонстративно положил ладонь на рукоять ножа. — А теперь иди.
Лаборат… Что за дурацкое название? Слав в последний раз окинул взглядом руины и вдруг догадался. Лаборатории! Здесь когда‑то располагались лаборатории! Варварам незнакомо это слово, оно затерялось во времени, истерлось и потеряло значение, ведь это всего лишь руины… Интересно, очень интересно.
Группа вышла из долины и зашагала обратно. «Сколько мы прошли? — прикидывал Слав. — Километров пять, не меньше. И так они каждый день сюда ходят?» Ему стало жаль этих людей, выживающих всеми силами, но все равно обреченных, только пока не осознающих это. Единственное спасение для них: уйти ближе к воде, а еще лучше — слиться с другим кланом. Чем больше общность, тем легче живущим в нем людям, и порог, при котором на генах сказываются родственные связи, отодвигается дальше. Но как объяснить это неграмотным и диким варварам? Они грозятся убить его, не понимая, что проживут немногим дольше. И даже не проживут — промучаются.
— Эй, гмор! — окликнули Слава. Он замешкался, раздумывая, откликаться ли: слово, которым его называли, не нравилось юноше.
— Эй, не слышишь, что ли? — в плечо больно ткнули. Слав остановился. Оглянулся. Старший варвар смотрел на него. Капюшон его был откинут, длинные волосы спускались почти до плеч.
— Что? — спросил Слав. Тяжелая фляга оттягивала плечи, и стоять было тяжело. Как, впрочем, и идти.
— Волод был моим другом, — медленно сказал варвар, — а ты — оборотень. Твое счастье, урод, что Мих не велел тебя убивать. Когда он разрешит, я лично перережу тебе горло. Думаю, это будет скоро.
Он злобно улыбнулся, стараясь запугать Слава. Стало тихо, и юноша понял, что остальные остановились, прислушиваясь к разговору.
— Идите, чего встали? — прикрикнул на женщин Москаль.
— Не кричи, Москаль, я сама крикнуть могу! — с вызовом сказала одна из них, еще молодая, в черных, обтягивающих ладную фигуру, кожаных штанах. Слав помнил ее: это она бежала за ним, когда его вывели из дома на площадь. Она искала Волода, парня, на которого он похож…
— Идите, мы вас догоним, — сказал варвар. — Мил, веди их.
Подросток с явным неудовольствием подчинился, перейдя во главу отряда.
— Пошли.
Женщины отвернулись, а варвар заступил Славу дорогу.
— Думаешь, будешь жить? — недобро спросил он. — Знаешь, я могу убить тебя прямо сейчас, а Миху скажу, что ты пытался бежать.
Он скалился, ожидая увидеть страх на лице гмора. Но гмор стоял молча, его глаза не боялись.
— Вот как? Смелый гмор, да? — Москаль подошел вплотную. Его нос едва не касался лба Слава, глаза уставились в глаза. Слав отвел взгляд. Не стоит раздражать варвара. Кто знает, может, для них убить человека — обычное дело. В конце концов, у него нож…
— Ты труслив, как все гморы, — удовлетворенно проговорил Москаль. Слав хотел промолчать, но из груди помимо воли вырвалось:
— Я не трус. И я не гмор.
— Что?
— Вы называете меня гмором, но я не гмор. Я человек, такой же, как и вы…
Неожиданный удар сшиб Слава на камни. Фляга больно ударила по лопаткам.
— Не смей называть себя человеком! — Лицо варвара нависло над пленником, а глаза, казалось, готовы были прожечь в нем дыру. — Ты не человек!
«Если я признаю это, больше не стоит ждать человеческого отношения, — подумал Слав, — он ничего мне не сделает, не стоит его бояться…» А вдруг? Ему было страшно, но Слав вспомнил уроки Юра и широко улыбнулся, скрывая страх:
— Хочешь сразиться, давай. Только на равных, без ножа.
— Ха! Это дело! — варвар отпрянул, мигом расстегнув ремень с тесаком. — Иди сюда, гмор!
Высвободив руки из лямок, Слав поднялся. Разминаться некогда: варвар, того и гляди, накинется. И правил, похоже, никаких. Тесак пустынник бросил за спиной. По выражению его лица Слав понял, что об оружии он будет помнить и пытаться достать его бесполезно. И бесчестно. Отец говорил, что в особых обстоятельствах допустимы любые методы для достижения победы, но Юр утверждал обратное. Славу хватило ума не говорить отцу об этом, но для себя он выбрал путь чести. «Честь остается честью везде, — говорил Юр, — следуя путем чести, ты всегда найдешь понимание и уважение, даже у врагов. Изменив чести однажды, невозможно вновь ее найти…» Эти слова запали в душу Слава глубже, чем все лекции по физике или истории. Наверно, потому, что вокруг себя он почти не видел людей чести. Обитатели Дирна не были такими…
Сейчас был не учебный бой — варвар бил в полную силу. Слав парировал, пятясь назад, затем улучил момент, поставил «скользкий» блок, подсел и перекинул пустынника через себя. Москаль рухнул на камни, но тут же резво вскочил. Падение наверняка было болезненным, но варвар ни вскриком, ни стоном не выдал, что ему больно. Словно упал на упругие маты спортзала.
Таких приемов Слав не видывал, но уроки Юра помогли. Он вырывался от захватов, блокировал удары и кружил, пытаясь измотать противника. Но устал не Москаль, а Слав. Выносливый и привычный к жаре пустынник умело распределял силы и, наконец, швырнул Слава на камни. Юноша ударился головой, в глазах потемнело. По щеке заструился ручеек. «Откуда здесь вода?» — удивился Слав. К Москалю подбежала девушка:
— Ты, что, убить его хочешь?
— Точно!
— Мих сам тебя убьет!
— Мих мне спасибо скажет! — проговорил Москаль, цепляя на пояс тесак. — Упорный гмор!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
