Когда мы просим «не втирать нам очки», то даже не догадываемся, что и это выражение пришло к нам из игроцкого арго! «Втирать очки» — так назывался шулерский приём, который проделывался с помощью порошковых карт. Раньше не было цифрового обозначения достоинства карты. И определить, скажем, семёрку или восьмёрку можно было только по количеству знаков масти (или очков) на лицевой стороне карты. Место для помещения восьмого очка на семёрке мазали липким составом и через трафарет насыпали порошок соответствующего цвета. Порошок слегка прилипал, образовывая пятно нужного цвета и формы, превращая семёрку в восьмёрку.
Однако, партия! Пора и нам выйти из игры!
Арго
Давайте вспомним слова, которые пришли в нашу речь из уголовного жаргона, или, как правильнее говорить, из уголовного арго!
Не спешите осуждать! Хотим мы того или нет, но многие слова из арго можно услышать по радио, они доносятся до нас с телевизионных экранов, их легко встретить в русской литературе, в том числе и в классической! Наконец, эти слова произносятся с высоких правительственных трибун!
Да что там говорить! Смело предположу, что языком арго каждый из нас, добропорядочных граждан, пользуется постоянно! Скорее всего, по незнанию! По недомыслию! Не намеренно! Часто не имея понятия, каков истинный смысл употребляемых нами слов!
Предлагаю маленький тест! Честно себе ответьте, употребляете ли вы, например, следующие слова и выражения:
«наезжать» — в смысле «угрожать»;
«кинуть» — в смысле «обмануть»;
«в натуре» — в смысле «определённо»;
«базар» — в смысле «разговор на повышенных тонах»;
«бабки» — в смысле «деньги»;
«лепить» — в смысле «придумывать»;
«свист» — в смысле «болтовня»;
«показуха», «доходяга», «оторва», «заначка», «беспредел», «разборки», «клёво», «лафа», «стрёмно»…
Если употребляете, то поздравить вас никак не могу! Всё вышеозначенное — из языка арго!
Кстати, тем, кто увлечён модным словом «тусовка», не мешало бы знать, что оно означает «сборище бомжей и проституток». А того, кто употребляет слово «опустить» в значении «унизить», необходимо оповестить: «опустить» — значит «вступить в гомосексуальную связь».
Известно, что плохое притягательнее хорошего! Писатель-фантаст Сергей Снегов, которому в советское время выпало «хлебнуть» лагерной жизни, провел интересное расследование. Оказывается, слово «украсть» имеет по меньшей мере пятьдесят синонимов! А слово «зарабатывать» — только пять.
В русском языке сто оскорбительных названий человека! И только десять, восхваляющих его! Вас это не наводит ни на какие размышления?
Мы проявляем невероятную терпимость к скверным словам! Слова из арго имеют свойство приклеиваться к нашему языку. Некоторым кажется, что произносить их — особый шик! А иные воспринимают это как юмор! В принципе, в совершенстве владеть арго должны только оперативники!
Но уж если быть до конца честным, то нужно признать: некоторые слова из арго стали уже нормой литературного языка. Например, слово «блат». Впервые оно было зафиксировано в литературе в 1895 году, в очерке Куприна «Вор». Первоначально слово «блат» буквально означало «язык преступного мира».
Литературным стало и слово «двурушничество». Любопытно его первоначальное значение. На жаргоне «двурушничать» — выпрашивать милостыню двумя руками, пользуясь теснотой в толпе.
Уголовный жаргон направлен на унижение человека! Он лишён радости, стремления к взаимопониманию и совместному созиданию. Язык арго — это язык тех, кто действует через страх и грубую силу! Нужен ли он нам? Употребляя слова из уголовного жаргона, мы по меньшей мере выглядим грубыми!
«Собачьи» вопросы
Есть у нас слово, с которым связано столько загадок, что, пожалуй, лингвистам пора бы и книгу о них написать. А назвать её, к примеру, так: «„Собачьи“ вопросы».
И вешают-то на нас собак, когда мы ни в чём не виноваты. И зачем-то их зарывают, а потом кричат: «Вот где собака зарыта!» И нужны мы кому-то как собаке пятая нога. И если дело не наше, то оно отчего-то тоже «собачье». Нам так и заявляют: «Не ваше, дескать, собачье дело!» А кто-то на чём-то вообще собаку съел!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Похоже, в русском языке «собака» — какой-то символ крайности: устал как собака, злой как собака, холод собачий… Да и чушь, бред, кошмар у нас тоже собачьи!
У каждой помянутой нами собаки своя собачья история. Давайте их вспоминать.
Что значит вешать на человека всех собак?
Кто из нас не помнит детскую забаву — кидать друг в друга колючие шарики репейника. Оказывается, раньше репей в народе называли «собакой». Вешать на кого-то «собак», то есть репей, значило «наслать на этого человеку порчу».
А почему собачий холод? Возможно, это выражение пошло от эскимосов? Они укладывали рядом с собой на ночь собак для тепла. Если не очень холодно, то хватало и одной собаки. А если мороз был крепким, то только три собаки могли согреть человека. В общем, и вместо обогревателя, и вместо градусника у жителей Севера были собаки.
Смысл выражения «съесть на чём-то собаку» нам понятен. Это значит приобрести в каком-то деле большой опыт. Но почему именно собаку?
Мы же не китайцы и собак никогда не ели! Так в этом-то всё и дело! Даже мысль о том, что можно съесть друга человека, для нас нестерпима. Отсюда и пословица: «Собаку съел, а хвостом подавился». То есть сделал что-то невозможное, а споткнулся на пустяке.
И всё-таки мне больше нравится другая версия, согласно которой это выражение имеет древнейшие индийские корни. В ритуальной игре в кости «собакой» называли неудачный бросок игрока. Тот, кто «убил» или «съел собаку», напротив, был удачлив. Махабхарата описывает историю царевича, который «погорел» на «собаке», — проиграл и царство, и даже жену.
Мы говорим: «Вот где собака зарыта!», имея в виду, что теперь нам понятно, в чём дело, в чём истинная причина — что мы нашли ответ, который искали.
Рассказывают об австрийском воине Сигизмунде Альтенштейге, собака которого прошла с ним все походы и битвы. А однажды она даже спасла хозяина от гибели. Благодарный Сигизмунд поставил своему четвероногому другу памятник, простоявший более двух столетий. Потом памятник разрушился от времени, но туристы продолжали его искать. Местные жители показывали им место, где зарыта собака.
Каждое объяснение как будто не оставляет сомнений. Но общего понимания нет: о слишком уж разных собаках идёт речь.
Многое объясняет экстравагантное на первый взгляд предположение филолога-арабиста Николая Вашкевича. Он утверждает, что все собаки пришли к нам из арабского языка. Арабский корень «сбк» означает опережение или предшествование чему-либо. «Сабек» — это лошадь, пришедшая к финишу первой.
Вот оно — «устал как собака».
«Собаку съел» — это часть арабской поговорки «сабака селю матару», что значит «его потоки обгоняют его дождь», то есть дела обгоняют слова. Так говорят о мастере своего дела.
«Вот где собака зарыта!» — арабское «зариат» переводится как «причина». Вот в чём причина!
«Вешать собак» — арабское «вешайят» и есть «клевета», «оговор».
Официальная лингвистика к теории Николая Вашкевича относится скептически, но, согласитесь, трудно считать всё это лишь совпадением.
Бабье лето
Есть в осени первоначальной Короткая, но дивная пора — Весь день стоит как бы хрустальный, И лучезарны вечера…
Нам понятно, что эти строки Федора Тютчева посвящены пленительным денькам бабьего лета. А вот почему они называются именно так?
Рассмотрим все возможные версии ответа на этот вопрос.
Возвращение после похолодания погожих деньков — это словно внезапное возвращение молодости к женщинам зрелого возраста! Так бывает, когда нежданно приходит любовь! И вновь начинают светиться глаза, и румянец играет на щеках!
