Конкурс состоял из трёх этапов и финала. На первом нужно было предоставить технологическую карту и название блюда организатору конкурса.
На втором участники прорабатывали блюда, причём репетиция происходила в присутствии шеф-повара ресторана "Samovar". К слову, это один из самых престижных ресторанов нашего города.
На третьем этапе мы дорабатывали блюда, ну и в финале занимались непосредственно приготовлением.
В конкурсе было две номинации — "Завтрак" и "Десерт". Понятное дело, я выбрала последнюю. Никогда ещё не чувствовала себя настолько легко и уверенно. Все конкурсанты вели себя весьма дружелюбно и общительно, а организаторы оказались достаточно добродушными. Никаких лишних понтов и задранных носов, достающих до потолка. Невероятная атмосфера позволила с головой погрузиться в специфику будущей профессии. Это просто что-то волшебное, я прям ещё больше убедилась в том, что кулинария — это моё.
Страшно даже представить, что через каких-то пару месяцев я буду отчислена из колледжа. Кстати, заявление я так и не написала. В груди теплится небольшой огонёк надежды, что моя победа как-то смягчит сердца администрации колледжа. Вдруг они смилостивятся надо мной и разрешат остаться?
Праздник в честь завершения конкурса завершился изысканным фуршетом и приятными знакомствами. Столько новых лиц промелькнуло за вечер, но большинство я даже не запомнила. Правда, один всё же врезался в память — шеф-повара, который присутствовал на репетиции приготовления конкурсных блюд. Астров Даниил: слишком молодой для шефа, слишком красивый и слишком самоуверенный. Высокий мужчина с тёмно-русыми волосами и лёгкой щетиной немного напугал меня своим видом. Он, конечно, тоже подошёл меня поздравить и даже руку протянул для рукопожатия.
— Поздравляю, Яна Сергеевна — произнёс то ли с улыбкой, то ли с усмешкой — желаю дальнейших успехов в профессии — нет, всё-таки с усмешкой.
Неужели это именно тот повар, под началом которого работает Миронова? Да ну нет, не может быть, если бы это был он, то Катя давно уже сбежала бы с работы, на ходу теряя тапки. Я бы от такого точно сбежала. И взгляд у него неприятный такой — колючий и холодный.
Домой вернулась поздним вечером на такси. Лина ни с того ни с сего взяться за моё воспитание решила. Заявила, что некрасиво то и дело машиной брата как своей собственной пользоваться. Ух, не была бы она моей тётей, да ещё и старше, я бы ей столько всего сказала. А на деле только поспорила немного, но в итоге согласилась. И чем ей Олег помешал, непонятно.
В понедельник в колледже устроили линейку: собрали всех и принялись поздравлять. Не только меня, конечно, весной много других конкурсов проходит. Но мою победу отметили особо — всё-таки первое место.
Большинство студентов искренне порадовалось за меня — как выяснилось, люди быстро переключаются с одной новости на другую. И чем эта самая новость горячее, тем больше внимания она привлекает.
Хуже отнеслись девочки из моей группы — поваров — кондитеров. Поздравили, но кто с завистью, кто с презрением — весьма странное сочетание, как мне показалось.
Одна Миронова светились, как блестящая монетка на солнце. Но и её радость быстро улетучилась, когда я у неё на перемене про Даниила Астрова спросила. Я ничего плохого не хотела, просто из праздного любопытства, но Катюха насупилась.
— Да, у нас один "Samovar" в городе — буркнула недовольно. А я в чём виновата? Я просто по-дружески посочувствовать хотела, а она губы дует.
— Какой неприятный тип гражданской наружности — охарактеризовала мужчину известной цитатой после чего Миронова окончательно помрачнела. Да уж, видимо несладко ей с таким павлином работать.
Девушка с минуту в одну точку смотрела, потом потрясла головой, словно прогоняя наваждение. Наверное, задумалась о чём-то. Выяснять не буду — вдруг ещё хуже станет.
Ну и естественно не обошёлся день без Гронского. После занятий он меня на остановке подкараулил. Стоит такой, руки в карманы джинсов засунул. Чёрной машины поблизости не видно — нормально вообще?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мысль промелькнула, что я ошиблась, и парень просто решил общественным транспортом воспользоваться. Мало ли, вдруг тачку в автосервис отогнал. Или решил сэкономить: бензин, говорят, подорожал. В конце концов на мне свет клином не сошёлся, я не пуп земли ну и так далее.
Только мысли свои материализовать я пока не научилась, поэтому пришлось принять истину — парень меня поджидает.
Может сделать вид, что я с ним не знакома? А что, вдруг взяла и забыла за две недели.
Пока в моей голове один за другим выстраивались и рассыпались варианты происходящего, парень заговорил.
— Привет — лаконично, как старый добрый знакомый поздоровался. Без наездов, жалостливых взглядов и просьб типа "умоляю, послушай". Ну и как мне быть, в ответ поздороваться? Когда он меня преследовал, как-то проще было. Он ко мне — я от него. Он догоняет — я убегаю. А сейчас как себя вести? Засада.
Пока раздумывала, Миронова с ним уже поздоровалась и в прибывший автобус направилась.
В автобусе, как назло, всего три свободных места оказалось. Рядом с пожилым мужчиной, который что-то разглядывал в окне, и ещё два в самом конце салона.
Катюха шустренько отдала плату за проезд и приземлились рядом с дедушкой. Нормальная она? Это мне теперь или с Гронским садиться, или стоя ехать. Может у парня совесть проснётся, и он не станет присаживаться на соседнее кресло.
Зря я так подумала: совести у индюков, видимо, не предусмотренно. Плюхнулся рядом, ноги свои длинные в стороны расставил. Ну и ладушки, я отвернулась демонстративно и в окошко уставилась. Хотела уставиться. Только занавеска, зафиксированная и сверху и снизу, как назло, отодвигаться отказалась. Нет, ну это точно вселенский заговор. Миронова, занавеска, водитель, который посоветовал при наличии свободных мест ехать сидя. Кто следующий?
Гронский явно нервничает, пальцами по коленям по своим постукивает. Чего-то хочет, вопрос — чего?
— Воробышек — вдруг выдыхает мне в ухо. Обалдел совсем. Ни слова не сказала, но взглядом гвоздиками в него покидалась.
— Понял, извини — отстранили парень — нам нужно поговорить.
— Нам? Гронский… — то ли прошипела, то ли прорычала — сама не поняла. Хотела ещё чего-нибудь ему наговорить, но он на меня так посмотрел своими глазищами карими, будто не в глаза заглянул, а глубже. Внутри сразу запекло от его обезоруживающего взгляда, чем мерзавец моментально воспользовался.
— Яна, этот разговор касается твоего отчисления, мне кажется…
— Что? — перебила парня возмущённо — откуда ты знаешь?
Я же ведь так и не успела рассказать ему ничего, а потом произошло то что произошло. Так кто же мог раскрыть мою тайну?
— Сейчас это не важно, Ян, мне кажется, я смогу тебе помочь — принялся убеждать. Помощник выискался, с чего взял, что я захочу помощь его принимать?
— Знаешь, Станислав — специально назвала полным именем, чтобы границы показать — тебя мои проблемы не касаются.
Такое обращение Гронскому явно не по вкусу пришлось: нахмурил брови свои чёрные. Но речь продолжил.
— Я узнал кое-что, что может тебе помочь — самоуверенно заявляет. — Неужели ты откажешься от мечты из-за чьих-то мерзких интриг?
Последний вопрос зацепил за живое — словно он знает, как меня убедить. От мечты я отказываться не хочу, но и как разрешить проблему тоже не знаю. Сама я вряд ли смогу что-то сделать, разве что ещё больше разозлить Марию Алексеевну. Даже если декан разжалобится, классная мне всё равно жизни не даст. За что она так на меня обозлилась — не пойму, но факт остаётся фактом: она меня возненавидела в одночасье.
Принять руку помощи, протянутую Гронским? А если он что-то потребует взамен, что я буду делать?
Кто ещё не поставил ❤ или забыл подписаться — не проходите мимо!
Глава 29
