Снова придётся её завоёвывать, она снова отдаляется и замыкается в себе. Бл*ть, убить Кристину ещё раз, чтобы вернуть мою счастливую малышку.
Глава 29
Данил
За полторы недели наши отношения с моей девочкой сошли на нет. Она приходила и проводила время со мной, но это было похоже на отношения сиделка — инвалид.
Я пытался с ней поговорить, но она не произносила ни слова. Алекс и Ксюха звонили часто, они были в курсе наших отношений. Ксюша, отбирала телефон у Лекса и орала на меня. Говорила, что я ублюдок, придурок и тот, кто погубил её подругу. Да, все так и есть. Мой чистый ангел не заслужила такой опасной жизни. Теперь все обидчики мертвы и можно жить спокойно, но не тут — то было. Алиса меня и близко не подпустит.
Я иду на поправку, сегодня выписка. Физически я как новый, но морально уже не тот, что прежде — я убил двоих, карал сам. У меня был выбор: оставить их или убить. Я выбрал второе.
Как с этим живёт Алекс? Я никогда не думал, что сделаю такое, но теперь и у меня руки в крови.
Мне нужна моя семья, их спокойствие. Увезу её силой, если понадобится.
Еду домой, ключи у меня есть. Охрана на всякий случай присматривала за моей девочкой, пока я валялся на больничной койке.
Парни сообщили, что она забрала документы с учёбы и купила билет до Новосибирска. Пытается сбежать от меня из столицы.
Захожу в квартиру. Меня встречает тишина. Прохожу зал, нахожу её в спальне: моя принцесса спит, обняв подушку. Её маечка задралась и виден животик. Он немного округлился, на её миниатюрном и худеньком теле все изменения видно сразу. Опускаюсь на колени рядом, целую малышку в висок, плечо, животик, покрываю его поцелуями.
— Привет, мой пупсик, как ты там? Растешь внутри? Я позабочусь о тебе и мамочке. Люблю вас безумно, — Алиса открывает глаза и отползает от меня к стенке.
— Привет, тебя выписали? Я думала на следующей неделе? — хотела сбежать раньше, чем я бы появился на пороге ее квартиры. Понятно. Всё, бл*ть, приехали.
— Поговори со мной, детка. Ты нужна мне, прости меня. Я клянусь, больше не будет ничего плохого. Давай улетим, как и хотели, нас ждут пляж и пальмы. Забудем обо всем, — почти умоляю мою крошку, но она сидит у стеночки и, обхватив руками ноги, утыкается лицом в колени. Она плачет, моё сердце разрывается.
— У нас роспись через пару дней. Даня, я забрала документы. Я не могу, — рассказывает мне о том, о чем я итак давно знаю.
Это сейчас ни к чему. Успеет взять мою фамилию до родов пупсика.
— Я понимаю, все хорошо. Сделаем тебя Градовой позже, побудешь Павловой ещё немного, — смотрю на неё с улыбкой.
— Даня, забери вещи и уходи, я не смогу быть рядом, понимаешь? Нас почти убили в том доме, меня так точно. Тот тип порезал меня! Твоя жена стреляла в меня! Ты же все видел, все было на твоих глазах! — кричит, срываясь, всё держала в себе.
— Я тебя не оставлю, не в этот раз. Прошу, попробуй простить меня. Я ведь убил их ради нас. Больше никто не причинит нам вреда. Я убью каждого! — меня рвёт от эмоций.
— В том — то и дело, Даня. Ты такой же, как они, ты можешь убить! Ты убил их! Как ты можешь вот так просто об этом говорить? Ты мог оставить их живыми для тюрьмы. Но ты решил отобрать у них жизни! Так нельзя, ты же не Алекс, не они. Как ты мог?! — она встаёт и идёт на кухню. Трясущимися руками наливает воды и пьёт, вся вода течёт по её губам и шее.
Подхожу ближе, поднимаю её за талию и усаживаю на кухонный стол. Моя девочка смотрит, не моргая. По взгляду вижу — она боится меня.
— Всё будет иначе, мы будем счастливы. Я обещал — я сделаю. Мы летим на Мальдивы, завтра утром самолёт. Я буду ждать тебя в аэропорту. Прошу, любовь моя, доверься мне. Я — не убийца, я — защитник. Твой и навсегда. Увидимся завтра. Самолёт в два часа. Я буду тебя ждать, вас! — целую её в щеку. Глажу животик, беру сумку и ухожу.
Она решит сама, сделает выбор. Сможет ли она простить меня и остаться рядом. Я не Алекс, не кто — то. Я — Данил Градов, я её во всех смыслах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Всю ночь в гостинице меня мучает тревога. Что будет, если она не придёт? Приду за ней сам, найду и не отпущу. Никогда. Я внутри неё.
Утром собираюсь в спешке. Мне звонит Лекс и сообщает, что, если Алиса все же полетит со мной, они с Ксю присоединятся к нам. А если нет, то он меня убьёт.
Моя малышка покорила каждого. Она одна такая, уникальная. Создана для меня.
Сижу возле терминала. На мне лица нет, заканчиваю пить пятую кружку кофе, меня ломает. Судьба моя решается прямо в этот час. Уже без двадцати два, её нет. Сижу, закрыв глаза руками, удерживаю влагу в своих глазах. Она не придёт? Не сможет простить? Как же быть? Вопросы звучат в голове, как головоломка. Мозги кипят.
Вдруг чувствую, как кто — то проводит холодными пальцами по моим рукам. Опускаю руки и открываю глаза. Вижу маленькие ножки в джинсах, выше поднимаю — передо мной чёрный свитер, ещё выше — мои любимые карие глаза.
Она стоит, улыбается мне. Я падаю ей в ноги и обнимаю. Мне плевать, что на нас смотрят, она гладит меня по волосам, пока я целую животик.
— Спасибо, любимая, ты не пожалеешь, я обещаю. Я так сильно вас люблю, — готов отдать ей все, мир кинуть к ногам.
— Я подумала, что с тобой бывает иногда опасно, но чаще сладко. Я принадлежу тебе, как я без тебя? Будет нелегко и нам придется приложить максимум усилий. Но я с тобой. И ты не такой, как все, ты мой, один такой, мой герой, мой принц, мой муж. Я люблю тебя, — её слова возносят до небес.
Мы спешим. Держась за руки, бежим к самолёту, который доставит нас на остров, где мы забудем обо всем и обо всех. Только мы: я, она и наше чудо внутри её живота.
Глава 30
Алиса
Во время перелета мне снится тот страшный дом, где я снова проживаю те эмоции и чувства, когда мне ножом режут по щеке и над грудью. Как Кристина целится в меня и раздается щелчок, а прямо перед этим я молюсь всем святым за моего малыша и наши жизни. Этот ад постоянно прокручивается в моей голове. Но пережить это одна я не смогу, Даня тоже. Мы нужны друг другу. Я не сбегу, я буду бороться за нас.
Просыпаюсь от нежных касаний.
— Привет, малышка, просыпайся, скоро приземлимся в Хулуле. Возможно, я не так произнес название, но где — то близко аэропорт. У тебя снова слезы после сна. Я же сказал, все будет по — другому. Теперь мы свободны, — успокаивает меня мой защитник.
Из аэропорта нас забирают и переправляют по воде на остров Мииму. Здесь только хижины и никого нет, мы одни. Ребята отплывают, оставив нас и наши вещи на четыре дня. Позже обещали вернуться и привезти еще еды.
Захожу в домик. Шум Индийского океана успокаивает мою расшатанную психику.
Падаю на белоснежные подушки и улыбаюсь. Вот где рай на земле. Даня заходит с нашими чемоданами. Снимает с себя всю одежду и манит меня пальчиком пойти с ним. Я знаю, что задумал этот парень — покупаться нагишом. Никого ведь больше нет. Но я устала и хочу поспать.
Хорошо, что родители ничего не знают о недавних событиях. Мама упала бы с инфарктом, папа тоже. Мы сказали им, что улетели отдыхать, пока мой живот не вырос, а распишемся потом. Все отреагировали спокойно.
— Нет, я спать, а ты ныряй, только недалеко. Если утонешь, мне конец тут одной. Я не Робинзон и дня не протяну, — предупреждаю моего нудиста.
— Понял вас, жена моя, отдыхай, я осмотрюсь и приготовлю покушать моим девочкам, — ну что за мужчина. Может ведь, когда хочет.
Засыпаю на удивление быстро, перелет и беременность дают о себе знать.
Просыпаюсь от нежных поцелуев с внутренней стороны бедра. Пока я спала, Даня успел все, в том числе увлажнить мои складочки…
— Не останавливайся, я уже не сплю, — выдыхаю и тяну его за волосы ближе к моему эпицентру.
Он хохочет и погружает в меня язык, стоны, неровное дыхание.
— Я скучал, принцесса, ты же меня игнорила почти две недели, — было за что.
Поднимаю его выше и чувствую, как он входит в меня, растягивая нежно и медленно. Мычу в его плечо, хочу сильнее, быстрее. Сама себя не узнаю, что со мной происходит. Хочу, чтобы вжал в себя.
