— Дура ты, хотела бы я тебя заложить, давно бы подставила, — недовольно произнесла дочь барона Аунтийского Геома, присутствующая на Отборе с подачи своей тети-фрейлины. — А то я не знаю, что ты здесь по чужому приглашению. Да, не выгодно мне тебя сдавать безопасникам… Пока такие, как ты, тут ошиваются, с конкурса и более родовитые слетают. Что лично меня намного больше устраивают.
— Тогда чего ты хочешь? — осторожно поинтересовалась Дуся у своей «подруги» по временной коалиции на Отборе, в ходе которого девушки уже давно разбились на группировки, и партизанская борьба за главный трофей этого сезона набрала нешуточные обороты. — Если денег, то их у меня нет. Мне эту поездку, как раз, Эйлис и профинансировала! А так, я бы в Столицу вообще не попала! Никогда! Папочка бы сроду и пары золотых не дал! За неимением!
— Ой, не нервничай ты, я тебе простой вопрос задала, — сама Геома, не будучи семи пядей во лбу, на генном уровне прожженной аристократки относилась к провинциалкам с едва скрываемым презрением. Но в Дульсинее, как ни странно, чувствовала родственную душу. Поэтому и приблизила к себе, и даже нарядами делилась, раскритиковав отсутствие вкуса у баронесски с позиции рекомендаций, выданных тетушкой. — Честно, ты на принца охотиться приехала? Или тебя кто попроще устроит? Баронет?
— Меня и место фрейлины устроит, — хмуро уточнила Дульсинея, не до конца понимая, зачем Геоме такие откровенности. — На Ринэйрта даже не зарюсь. Если ты такая информированная, должна знать, лекарей истинная Эйлис проходила. Ну, ты меня поняла? На невинность… И давай, баш на баш, ответь, как ты догадалась, что я по чужому приглашению здесь?
— Про лекарей и невинность у меня аналогичная схема сработала, — Геома рассмеялась довольно вульгарным смешком, над приведением которого в светское звучание леди Барита билась которую неделю и все без толку. — Титул, милочка моя, тебя выдал. Ти-тул. На самом деле, здесь выбирают принцессу для принца Ринэйрта. А ты ему по титулу не подходишь, ведь приглашения рассылали маркизам и виконтессам. Баронессы — мимо темы. А ты к высшей знати не относишься. Баронессочка ты моя Эльтийская! Глупенькая!
— Так, ладно, закладывать ты меня не хочешь, а что тогда тебе нужно? — Дульсинея подозрительно уставилась на лучшую подлюгу по Отбору. — Я же сказала, меня и место фрейлины устроит! В сторону принца я даже не дышу!
— Я тоже, — загадочно протянула баронесса Геома Аунтийская. — Не наш уровень. Нас тут после дурацких конкурсов сколько осталось из девяносто пяти кандидаток? За эти две недели? Сорок? А принц-то ни разу так и не появился. Что-таки намекает, где он видел этот кастинг. Согласна со мной? Какие выводы? Что его здесь нет. Но!
— А что? — Дульсинею отсутствие принца совершенно не заботило. — Какие должны быть выводы? Ну, нет его, нам-то что? Мы же во фрейлины собрались!.
— Эх, ты! Нам мешают еще тридцать конкурсанток! — торжествующим тоном произнесла Геома после минуты ошарашенного молчания впавшей в мыслительный стопор Дульсинеи, и, воровато поведя подкрашенными глазами, достала из сумочки сложенную в несколько слоев газетку. — Чтобы у нас появился шанс войти в десятку избранных! И что нас с тобой изначально вполне устраивает! Тут три, нет четыре группировки… Первая — охотницы за принцем. Вторая — родители отправили. Третья — ищут хоть какого мужа. Последняя — согласны на фрейлин.
— Ага, допустим — Дульсинея никак не могла уловить логику соратницы в борьбе за роль комнатной зверушки. — И что дальше? Пару конкурсов мы с тобой еще точно проскочим. Отсеется ещё десяток неудачниц. Но ещё три десятка останется!
— На, прочитай! — Геома торопливо сунула газету под нос подельнице. — Надеюсь, ты хотя бы грамотная? Это провинциальная брехучка, но сведения верные! Моя родственница, она фрейлина у Её Величества Регины Горицийской, уже всё подтвердила!
— Ого, неужели кронпринц Ринэйрт уже женат! — Дульсинея совсем не по-аристократически присвистнула. — А наши девахи-то и не знаю. И если мы им эту газетку покажем, то у нас количество конкуренток тут же уменьшится! Те, которым нужен исключительно сам принц, сразу свалят! Пойдем, девчонкам озвучим?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Деревня! Думать хоть иногда надо же! Наши соперницы — это вторая и третья группа, — снисходительно, с покровительственной ноткой в голосе, произнесла баронесса Геома. — Сама говоришь, пару конкурсов наши. И в этих конкурсах отсеются некоторые из тех, кто нам не нужен! Поэтому газетку пока придержим. А вытянем только на следующем этапе, когда мы не будем уверены в нашем успехе, и пусть валят «охотницы за короной!».
— А принц все-таки женился на Лиске, — завистливо вздыхая, произнесла Дульсинея, дочитав и еще раз перечитав статью. — И если к концу Отбора нас останется всего девять, то я с ней о нас с тобой договорюсь. Потому как одна фрейлина у неё уже точно есть — Мелька. Между нами, та еще злыдня языкастая. Но перетерпеть можно.
— О! Думалка, наконец, заработала! — одобрительно кивнула Геома и отобрала уже слегка потрепанное информационное оружие. — Делаем так: я снабжаю тебя сведениями из дворцовых кулуаров, а ты помогаешь мне стать фрейлиной при этой твоей Лисе. Э-эх, а им уже такие шикарные апартаменты готовят в восточном крыле Дворца!… Для принцессы и для её фрейлин! Я туда уже хочу!
Глава 21.
Зал оружия и славы предков, ставший на непродолжительное время местом сбора для нескольких весьма интересных персон, производил впечатление вскрытого черными копателями древнего захоронения. У хозяина особняка имелось довольно-таки извращенное представление о хранении бесценных образцов вооружения и родовых реликвий. Слугам под страхом четвертования запрещалось прикасаться к великолепным образчикам смертоубийства, занимавшим каждый свободный клочок пространства. Для присутствующих владелец сокровищ освободил небольшой пятачок возле огромного камина, в котором полыхало магическое пламя охранного заклинания, и саморучно расставил кресла полукругом.
— Провокация не удалась, — недовольно поморщился мрачный человечек, затянутый в черный камзол, расшитый серебряной нитью. — Рин в драку не полез. Вернее, все закончилось быстрее, чем он успел присоединиться к схватке. И они сейчас ушли в Эймор. Под крылышко этой злобной упырицы Кло. А там у нее в охране почти сотня «матерых» и полвыводка «серых теней».
— Да, да, по моим сведениям, там ещё много всяких нелюдей обретается, — собеседник мужчины, кутающийся в теплый шерстяной плащ, поджал тонкие, бескровные губы, выражая свое пренебрежительное отношение к другим расам. — Почему Рин не ударил посла Орантии? Он же его оскорбил!!!
— Не успел, ему кто-то голову откусил, — равнодушно заметил еще один гость, который имел ничем не примечательную внешность и одежду. Только на мизинце посверкивал родовой перстень с сапфиром. — Не принцу, понятное дело, а нашему послу. А без головы претензии как-то сложно предъявлять. И вызовы бросать без лап, тьфу, грых, рук, тоже не вариант. А убить Эйлис…
— Эйлис не трогать! — очередной резидент сопредельного государства почесал густую поросль на щеках и задумался. — Она уже по статусу принцесса. Завтра станет королевой. А нам всем нужно графство Эльт. Северные кланы. Сейчас там верховодит граф. До него так просто не доберешься. И он еще и ухитрился выдать свою дочь за принца Гориции!
— Эльтийский в скором времени передаст графские владения под управление кронпринцу, как мужу Эйлис, — высказал свое предположение еще один засланец. — А Аустин IV, в свою очередь, передаст корону своему же единственному сыну Ринэйрту. После чего тот станет новым Королем Гориции, а девчонка проснется рядом с ним Королевой. Останется только избавить ее от венценосного муженька, а так как второго наследника у нынешнего Короля Гориции нет, бастардов Регина заблаговременно изничтожила, то при смене династии на престол фактически взойдет взойдет уже Королева Эйлис Вельтлант Горицийская. Вдовой. А если её, к тому же, сразу же отдать замуж за нашего человека… Да позаботиться, чтобы она не понесла от Вельтланта-младшего… То Эльт будет наш!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
