в Европе, в частности в Англии и во Франции. Именно в это смутное время Рене Декарт (1596–1650) предпринимает попытки найти розенкрейцеров. Как мы увидим далее, его возвращение во Францию совпадет по времени с появлением таинственных плакатов, извещавших о том, что розенкрейцеры обосновались в Париже. В Англии розенкрейцерский проект получит развитие благодаря Фрэнсису Бэкону.
Фронтиспис первого издания «Нового органона» (Novum Organum scientiarum, 1620) Фрэнсиса Бэкона. Ниже изображения корабля расположены слова: Multi pertransibunt et augebitur scientia, c’est-àdire («Многие во всех направлениях путешествовать будут, и от этого науки будут прирастать»)
10. Философы и розенкрейцерство
«Мы, депутаты Главной Коллегии Розы и Креста, милостью Всевышнего, к Которому обращены сердца всех Праведных, видимым и невидимым образом присутствуем в этом городе».
Плакат, вывешенный в Париже в 1623 г.
Начавшаяся со сражения у Белой Горы (1620) Тридцатилетняя война положила конец расцвету розенкрейцерства в Германии. Однако розенкрейцерские тексты оставались доступными и достаточно популярными в Европе, многие философы прислушивались к их голосу. Среди них обычно называют имена Рене Декарта, Френсиса Бэкона и Яна Амоса Коменского.
Рене Декарт
Некоторые историки эзотеризма хотят видеть в Декарте розенкрейцера в самом полном смысле этого слова. Истоки этой точки зрения мы находим в трудах епископа Авранша Даниэля Юэ. В 1692 г. он опубликовал под псевдонимом Г. из А. сатиру «Новые Мемуары к истории картезианства», претендующую на то, что она открывает некие тайны жизни Декарта. В этой сатире, в частности, говорится, что Декарт привез розенкрейцерство во Францию и что он является одним из инспекторов ордена. Юэ утверждал, что философ не умер в 1650 г., а, будучи уверенным, что проживет 500 лет, скрылся в Лапландии, откуда и руководит орденом. Эта полная несуразиц книга лежит в основе легенды о Декарте-розенкрейцере. В наше время в Полном собрании сочинений Декарта (1937) Шарль Адам также назвал философа розенкрейцером.
Рене Декарт (1596–1650) заинтересовался розенкрейцерством еще до начала Тридцатилетней войны. В 1617 г. он поступает в армию. Военная карьера приводит его в Голландию и Германию. Там он знакомится с блестящим математиком Йоханом Фаульхабером (1580–1635), который также интересовался астрологией, каббалой и алхимией. В 1615 г. Фаульхабер одним из первых опубликовал книгу, посвященную розенкрейцерам: «Арифметическая тайна, или Каббалистическое и философское открытие, новое, восхитительное и возвышенное, по которому числа вычисляются рационально и методически. Смиренно и искренне посвященное Достославным и знаменитым братьям Розы и Креста»[150].
В Германии Декарт познакомился с Иоганном Фолхабером, математиком и поклонником розенкрейцерства.
Портрет Рене Декарта кисти Франса Хальса, (1649, холст, масло, Лувр, Париж)
Рене Декарт сближается также с врачом, философом и математиком Исааком Бекманом. Их переписка свидетельствует о том, что Декарт интересовался оккультными науками, в частности, трудами Корнелиуса Агриппы и Раймунда Луллия (апрель 1916). Вероятно, он знакомится с розенкрейцерскими манифестами благодаря Фаульхаберу и Бекману. Его биограф Адриан Байе пишет, что Декарт в то время много слышал о необычайных знаниях, хранимых братством ученых, обосновавшемся в Германии под именем братьев Розы и Креста. «Он понял, что внутри него зарождается чувство соперничества к этим розенкрейцерам, что оно особенно остро потому, что он узнал о них в самое трудное для себя время, тогда, когда он искал ответ на вопрос о средствах для нахождения Истины»[151]. Он решается отправиться на их поиски. В марте 1619 г. он отправляется в Богемию и прибывает в нее в августе. Он присутствует на коронации Фердинанда II во Франкфурте[152]. Некоторые историки полагают, что он воспользовался этой поездкой, чтобы посетить замок Гейдельберга. В самом деле, в его «Трактате о Человеке» и Experimenta упоминаются механизмы, похожие на те, которые создал Соломон Каус для садов этого замка. Это место пользовалось такой славой, что всякий ученый муж считал своим долгом его посетить. Так поступил, по-видимому, и Декарт. Кроме этого, как говорит Фрэнсис Йейтс, этот интерес Рене Декарта ко двору Гейдельберга заставляет думать, что он знал о его прошлой славе. Это побуждает нас задаться вопросом о реальных отношениях Декарта с этим центром розенкрейцерства[153].
Три сновидения
Описываемый период был самым продуктивным в жизни Рене Декарта. Он предложил решение двух, как считается, неразрешимых задач, известных со времен Античности: удвоения куба и трисекции угла. В марте 1619 г. он пишет своему другу Бекману о том, что занят созданием «совсем новой науки […], универсального метода, выходящего за пределы математики», который позволит решать самые разные задачи. Декарт переживает по этому поводу небывалый духовный подъем, он испытывает эйфорию от того, что нашел основы новой удивительной науки. День 9 ноября он провел в раздумьях о предмете своего поиска. Ночью (он ночевал тогда в окрестности Ульма) ему приснились три сна. Эти сны глубоко потрясли его. В первом сне сильный ветер перенес его в таинственное собрание, где он встретил человека, вручившего ему дыню. Проснувшись, Декарт помолился, так как опасался, как бы этот сон не был послан злым духом. Едва заснув снова, он увидел второй сон, а за ним третий. В этих снах он берет в руки энциклопедию и сборник стихов, на страницах которых философия соединена с рациональным знанием. Пролистывая книги, он увидел слова: «Какой путь я выберу в своей жизни?»
Интерьер комнаты с печью, украшенной бюстом Декарта
Эти сны впоследствии истолковывали разными способами. Как заметили некоторые исследователи, события, пережитые Декартом в этих снах, похожи на некоторые эпизоды, описанные в «Химической свадьбе Христиана Розенкрейца»[154]. Декарт понимал, что пережил очень значимый опыт, и постарался его проанализировать. Эти сны для него настолько важны, что он описал их в книге «Олимпика» (Olympica). Декарт выносит из этих снов подтверждение того, что он находится на верном пути и что ключом для познания тайн Творения является математика. С точки зрения сотрудницы Юнга Марии-Луизы фон Франц, озарение, пережитое Декартом, может рассматриваться как вторжение коллективного бессознательного, которое привело его к интуитивному пониманию архетипов, выраженных в числах[155]. Декарт будет говорить: это «самое главное событие моей жизни», он будет носить при себе этот текст до самой смерти. Четыре года спустя, в 1623 г., он вернется в Париж, и тогда его имя окажется связанным с розенкрейцерством.
Афиши в Париже
В этот самый год на стенах Парижа появляются афиши, объявляющие о «видимом и невидимом» присутствии розенкрейцеров в городе. Этот текст приводит Габриэль Ноде в своем «Осведомлении Франции об истинной истории братьев Розы и Креста» (Instruction à la France sur la Verité de l’Histoire des Frères de la Roze-Croix, 1623):
«Мы, депутаты Главной Коллегии Розы и Креста, милостью Всевышнего, к Которому обращены сердца всех Праведных, видимым и невидимым образом присутствуем в
