что чувствует сейчас Тэлли, когда она осталась совсем одна и полностью зависима от них. Туррену казалось, что поведение Хейла вызывало в ней сильную тревогу, что они от неё могут отказаться.
— Понимаешь, брат, — Тур задумался, стараясь подобрать слова, чтобы объяснить Хейлу совершенно очевидные для бергмаров и эмеринов вещи. Но он, как и все аури, был далёк от сильных эмоций, и часто просто не осознавал силу и яркость ощущений Тэлли, из-за чего не мог остановиться вовремя. Тур вспомнил последний случай, который сильно встревожил Тэлли, хоть она и не сказала ничего. Когда Хейл вернулся с разведки и увидел, что девушки с ними нет, то несмотря на объяснения бергмаров о том, что она ушла уединиться и привести себя в порядок, он пошёл за ней к реке. И, притащив обратно испуганную и покрасневшую девушку, рявкнул на неё, что если она так и будет продолжать убегать, то он просто оставит её на дороге, чтобы не искать её повсюду. Туррен заметил, как она побледнела и с ужасом уставилась на Хейла, но тот уже ушёл вперёд и не видел её выражения лица. Она молча последовала за ним и несмотря на то, что Крест её всячески пытался развеселить, была мрачнее тучи.
— Продолжение будет? — хмыкнул Хейл, заметив, что брат ушёл в свои мысли.
— Да-да, — спохватился Тур. — Просто думаю, какие слова подобрать.
— Да говори, как есть, брат, все свои, — вставил Крест. — Мы ж не аури, чтобы вежливые слова подбирать, — хихикнул он. Хейл ухмыльнулся, услышав это сравнение. Бергмары точно были не похожи на аури, чем и нравились ему.
— Хейл, ты перегибаешь палку со своим контролем и постоянными угрозами, что оставишь Тэлли по дороге, — скороговоркой выпалил Туррен.
— Ты же понимаешь, что угрозы пустые? — Хейл был удивлён, что брат его подозревает в таком. — Зачем бы мне тогда надо было её спасать и разыскивать постоянно, когда она сбегает?
— Я понимаю, а она — нет, — продолжил Тур. — Послушай, — он тяжело вздохнул, осознав, что простыми объяснениями он не обойдётся. И решил обрисовать брату всю картину, надеясь, что это поможет ему стать мягче в общении с ней. — Тэлли жила в приюте для бездомных детей. Это значит, что её однажды бросили. Бросили самые близкие и родные люди — родители, ни она, ни мы не знаем по какой причине, но это факт. Её наставника, которому она доверяла — убили. Пацан, который был ей как брат, который заботился, помогал и защищал её, вместе с её лучшей подругой жестоко предал её. У Тэлли просто больше никого не осталось. Вспомни, что она не верила нам, когда мы звали её с собой в Альдаран, сомневаясь в нашей искренности. Но желание узнать, кто она такая и почему её хотят убить, превысило её опасения и она пошла с нами. С тремя незнакомыми мужиками.
Туррен перевёл дыхание и продолжил:
— Да, по меркам эмеринов она уже взрослая, но в душе она всё тот же ребёнок, Хейл. Ребёнок, которого все вокруг бросили. И этот ребёнок сейчас полностью зависит от нас — меня, Креста и тебя. И у неё нет выбора, ей пришлось нам довериться и пойти с нами в неизвестность. Каждый день она боится, что ты так разозлишься, что выгонишь её где-то на полпути. А ты вместо того, чтобы дать ей поддержку и опору, только угрожаешь, что оставишь её. — Туррен внимательно посмотрел на молчавшего Хейла, надеясь увидеть на его лице хоть толику понимания. Хейл смотрел в огонь и по его лицу было совершенно непонятно, что он чувствует. «Дурацкая аурийская привычка» — промелькнуло в голове Тура, и он продолжил распекать брата, — Но мало того, ты не даёшь ей личного пространства. Не забывай, что она хоть ещё и очень молода, но она — женщина.
— Причём тут это? — удивлённо вскинул глаза Хейл. Он и так уже чувствовал вину за своё поведение, но упоминание про женщину было явно не к месту. Хейлу не приходило в голову, что Тэлли может неправильно понять его действий. Он переживал за неё, старался защитить и потому хотел, чтобы она всегда была на виду. На неё нападают, когда его нет рядом, и это вынудило его держать её при себе. Но он даже не подозревал, что она всерьёз боится, что он её выгонит, все его действия явно говорили об обратном.
— При том, Хейл. Знаешь, почему она ушла, когда мы были в «кармане» марева? — Туррен чувствовал себя неловко, выдавая то, что Тэлли рассказала ему по секрету. Но он себя успокаивал тем, что это поможет Хейлу лучше понять, как себя вести с ней.
— Потому что на месте не сидится, носится вечно, как угорелая, — ворчливо ответил Хейл, вспоминая, как она бегала за Крестом недавно. Но уже чувствовал, что брат сейчас заставит его изменить своё мнение.
— У неё начался лунный цикл, а необходимые ей вещи лежали в сумке, рядом с которой спал ты. И боясь подойти к тебе лишний раз, она решила погулять вокруг лагеря, пока ты не проснёшься и не уйдёшь, чтобы забрать сумку и привести себя в порядок. А с нами оставаться стеснялась, чтобы мы не узнали о цикле, — укоризненно объяснил Туррен, боковым зрениям видя, как сильно поёжился Крест, когда Туррен затронул эту тему. «Какой же ты ещё сам ребёнок, Крест, — хмыкнул он про себя. — Хотя, может поэтому Тэлли с тобой так комфортно дурачиться».
Хейл тяжело вздохнул, как он и ожидал, брат заставил его чувствовать себя ещё хуже. Он замечал, что Тэлли избегает его, но не думал, что всё настолько плохо.
— И, Хейл, — тихо продолжил Тур, — я вижу, как ты на неё смотришь…, — он замялся, не зная, как продолжить эту опасную тему.
— Что значит, как я на неё смотрю? — вскинулся Хейл.
— Не кипятись, братишка, — тут же вступился Крест. — Тур имеет в виду, что ты проявляешь к Тэлли некоторый интерес…
— Так, хватит, — перебив Креста, остановил их Хейл. Поднявшись, он внимательно посмотрел на каждого из них и продолжил, — Тур, я услышал тебя. Я буду с ней мягче. Спасибо, что объяснил, я действительно не понимал, как на ней отражаются мои слова и действия. Но всё остальное вас не касается.
Хейл только хотел уйти, но Крест преградил ему путь, положив руку на плечо.
— Стой, брат. В том-то и дело, это касается нас. Она стала мне сестрой. А ты не понаслышке знаешь, что такое кровное признание. Я вижу, что ты заинтересован в ней, как мужчина, — Крест чуть
