— Сам не знаю, зачем взял их с собой. Наверное, по привычке. Но теперь очень рад этому, потому что есть что-то подходящее для ужина в ресторане.
— Я была бы нисколько не против, надень вы спортивные брюки и отправься мы на пляж, чтобы съесть там пиццу, — сказала она.
Да, несомненно, Бриджит бы это прекрасно устроило. Но Келлену именно на нее из всех женщин хотелось произвести впечатление, поразить, ослепить даже. Если это свидетельствовало о том, что он человек пустой и поверхностный, ну так что же? Ему казалось, что женщина, которая прошла через то, через что ей пришлось пройти, заслуживает незабываемого вечера.
— Я подумываю о чем-то получше пиццы. Вы любите бифштексы?
Она заглянула ему за спину:
— Джо, случайно, нас не слышит?
Он усмехнулся и отметил, что за эти несколько недель смеялся больше, чем за последние полгода.
— Нет, он сказал, что пойдет на кухню, чтобы уговорить Шерри снизить содержание жира и натрия в ее блюдах, но только не в ущерб вкусу. Он захватил с собой ноутбук.
— Он просто храбрец, — пробормотала Бриджит.
— Или глупец. Но все обойдется. По-моему, Шерри питает к нему слабость.
Бриджит кивнула, соглашаясь:
— Не любить Джо невозможно. Он как большой плюшевый мишка.
— Открою вам секрет. Когда в первый день моего приезда сюда вы с ним начали болтать и хихикать…
— Болтать? Хихикать? Я должна обидеться, — вставила она. Но ее улыбка сказала ему, что она говорит не всерьез.
— Я хочу сказать, вы двое так быстро нашли общий язык, что я почувствовал себя лишним.
— Да, вы тогда обвинили меня, что я флиртую с Джо.
— Да, — кивнул он. — Это была… ревность.
— Ну вот еще! — засмеялась она, решив, конечно, что он шутит.
— Тогда я это еще не до конца понял, но так и было. Ревность к вашей мгновенно завязавшейся дружбе. Я подумал: а сам мог бы вот так?.. — Он провел рукой по ее предплечью. Лицо его стало таким серьезным, что она затрепетала.
Келлен шагнул вперед и оказался в ее комнате. Футон был сложен, но Келлен живо представил, как Бриджит лежит на нем и ее роскошные черные волосы растекаются по подушке, словно густые чернила.
Ночью их разделяла только тонкая стена. Вот уже несколько недель он лежал без сна и представлял, что они наконец-то вместе… До сих пор, если не считать случайных поцелуев и прогулок рука об руку, их отношения оставались исключительно целомудренными. Келлена удивляла собственная сдержанность, но он знал, что причина тут вовсе не в его больной ноге. Он продвигался осторожно, ведь Бриджит совсем не такая, как его прежние подружки. Все, связанное с ней, было иным… особенным.
— Вы мне нужны, — тихо проговорил он. — Никогда прежде я ничего такого не испытывал.
Он увидел, как это откровенное заявление заставило ее широко распахнуть глаза. Но он догадывался, что это не слишком ее удивило.
— Я чувствую то же самое…
Келлен вспомнил их разговор на пляже, когда она сказала, что не готова ни к каким новым отношениям, и ожидал, что она дальше скажет: «Но…» Однако Бриджит положила ладонь ему на грудь и запрокинула голову. Он увидел шрам на ее подбородке, который практически уже зажил, хотя ему еще предстояло побелеть. Она даже не пыталась как-то скрыть его. Она вообще как будто и думать о нем забыла. И точно так же она относилась к шрамам Келлена и к его хромоте.
Нет, она в самом деле необыкновенная женщина.
Он строил планы на этот вечер. Они включали в себя роскошный ужин в новом популярном мясном ресторане и распитие бутылки шампанского за начало, как он надеялся, их продолжительных отношений. Несмотря на все то, что он узнал о Бриджит за последние два месяца, он понимал, что пока что только скользнул по поверхности. Ему хотелось знать о ней все! И даже после этого Келлен был уверен, что не соскучится с ней. В свои тридцать шесть он наконец-то повзрослел.
Черт возьми, он даже собирался потанцевать с ней в ресторане, если будут играть медленный танец, где не нужно особенно активно двигаться. Вечер Келлен предполагал закончить прогулкой по пустынному берегу, чтобы остаться с Бриджит наедине. Он собирался захватить с собой плед, расстелить его на песке, сесть рядом с ней и считать звезды. А потом, может быть…
— У нас заказан столик, — пробормотал он, — нас ждут.
— Правда? Меня никто не ждет…
— Да?
Он увидел, как задвигалось ее горло — от волнения? от желания?
— Совсем.
Стоило их губам встретиться, как он забыл обо всех своих планах. Но даже и тогда Келлен еще мог бы собрать в кулак свою волю, если бы Бриджит не потянула его за галстук в глубь спальни. Не отрываясь от его губ, она закрыла дверь толчком ноги. Щелканье замка словно отворило шлюзы, и могучая волна накопленного желания захлестнула обоих.
Никаких слов не требовалось. Бриджит увлекала его к футону, и он не думал возражать. Он смутно отметил, что трость его упала на пол, но стук дерева о дерево заглушил шум крови в голове. Он сомкнул ладони на ее талии, но не для поддержки. Он позволял Бриджит проявить инициативу. Ей это было необходимо, Келлен это понял. Он был только счастлив следовать за ней.
Бриджит выпустила его галстук, но только затем, чтобы развязать узел. Она сдернула галстук с его шеи и с торжествующим выражением, сияющим в синих глазах, подбросила его в воздух. Затем вытащила из его брюк рубашку и принялась расстегивать пуговицы со сводящей с ума неспешностью. Он предпочел бы, чтобы она рванула ткань так, чтобы пуговицы разлетелись во все стороны. Но Бриджит была практична… и терпелива.
Прошла целая вечность, прежде чем она расстегнула рубашку. Когда она распахнула ее и стянула с его плеч, от жара ее ладоней его кожа запылала, словно опаленная пламенем. Он выпустил ее талию, чтобы дать рубашке соскользнуть с рук на пол, туда, где валялись ставшая ненужной трость и галстук. Кончиками пальцев она провела по его обнаженной груди и поцеловала плечо, вывихнутое во время падения. Уже несколько месяцев оно не беспокоило Келлена, но сейчас, стоило ее губам пробежать по его ключице вниз к соску, он застонал, ощутив сладостную боль.
— Как ты держишься? — Она пробормотала что-то вроде этого.
— Вот-вот взорвусь.
Она сдержанно улыбнулась:
— Я имела в виду твою ногу. Ты уже несколько минут стоишь без опоры.
— Я был бы вовсе не против лечь, — улыбнулся он лукаво.
— Давай сначала ты выберешься из этих брюк.
У него дыхание перехватило в горле, но он все-таки умудрился выдохнуть и провел пальцами по мягкому шелку ее платья.
— А что ты?
— Потом разберемся со мной. А пока я раздеваю тебя. Есть возражения?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
