Читаем без скачивания Хочу остаться собой - Николай Воронков

— Можно и мост, только зачем? — насторожился я.

— Да, конечно, незачем — так же задумчиво проговорила она.

Чувствуя, что разговор начинает поворачивать куда-то не туда, решил свернуть разговор. Попрощавшись с Мари, пошли домой. Честер шла какая-то невесёлая и задумчивая.

— Линк, я начинаю бояться тебя — неожиданно сказала она.

Я аж споткнулся.

— Леди Честер! Я вроде ни словом, ни делом, ни даже в мыслях… — начал было я, но Честер меня перебила.

— Когда оружейник принес деньги, меня заинтересовали необычные мечи, которые ты продал. Я отправила человека к «Монументу» и он принес очень интересные вести. Оказывается, никому неизвестный телохранитель леди Лары неожиданно оказался необычайно сильным магом, который практически в одиночку обеспечил захват «Монумента», разоружил отряды баронов, уничтожил лучшего боевого мага Архыза. И получил за это в награду мечи баронов. Солдаты считали его новым воплощением «Черного барона». Затем он уехал на север и пропал. Потом я хорошенько расспросила Маврика, который так просил позаботиться о тебе. И он готов был поклясться, что по новой дороге перед его отрядом проходил только ты. И что отпечаток на граничном камне — это свежий отпечаток твоей руки. И что новую дорогу сделал ты. И что ты — новое воплощение «Горного барона». Ты выжил при таком истощении, когда тело превратилось в ходячий скелет. Если бы я сама не присутствовала при этом — не поверила бы. Затем, за несколько месяцев ты запомнил знания, которые я собирала годами. Потом ты вырастил новую руку женщине, о чем я и не смела мечтать. Я бы тоже сравнила тебя с каким-нибудь бароном, но на такое были способны, по легендам, только древние маги. Несколько возрожденных душ древних магов в одном человеке — это как-то уже слишком. Но последней каплей стал новый дом Мари. Если ты способен просто так, из расположения к женщине, без всяких заклинаний, не разрушить, а полностью переделать дом и даже не устать! Так что же ты можешь сделать еще, в каком-нибудь другом настроении, построить или уничтожить город? При этом ты остаёшься обычным человеком, в котором я не чувствую ни одного из признаков, которые привыкла видеть в магах. Я не понимаю, и поэтому начинаю бояться тебя.

Я смутился.

— В вашем пересказе, леди Честер, всё выглядит как-то не так. Мне, конечно, льстит высокая оценка моих скромных заслуг, но не надо преувеличивать. Могу поклясться, что я простой обычный человек. А все способности, о которых вы говорили, это всего лишь шутка богов, которым я поклялся принять любую судьбу, приготовленную мне. Боюсь, что она будет нелёгкая. Поэтому и хватаюсь за любые знания, до которых могу дотянуться. И я всегда буду считать себя вашим учеником. Потому что настоящие знания у вас, а я так, только нахватался верхушек да научился другому зрению, не более. Характер у меня бывает не очень. Но я никогда и никому осознанно зла не желал, тем более вам. Поэтому мне очень не хотелось бы портить с вами отношения, тем более причинить какую-то обиду или боль.

Леди Честер внимательно слушала меня, потом долго молчала. Но её следующий вопрос снова заставил меня споткнуться.

— А мне ты можешь сделать такой же посуды, как у Мари?

В очередной раз поразившись зигзагам женских мыслей, тут же согласился.

Следующие дни прошли в обычной текучке, а потом к нам пришел необычный пациент. Крепкий, очень уверенный в себе мужчина лет сорока. Судя по поведению леди Честер, гость был весьма уважаемым. Начались разговоры о погоде, делах в городе, но чувствовалось, что гость пришел по другому поводу и сильно волнуется. Наконец он заговорил о цели визита.

— Леди Честер, моя просьба покажется вам необычной, но мне нужна ваша помощь.

— Что же здесь необычного? Я всегда стараюсь помочь, если это в моих силах.

Вместо ответа гость положил правую руку на стол и закатал рукав. Почти до локтя у него был протез. Честер быстренько провела диагностику и успокаивающе сказала:

— Господин Вахун, с рукой у вас всё в порядке. Рана прекрасно зажила, никаких осложнений.

— Вы не поняли, леди Честер. Я хочу просить вас вырастить мне руку.

Наступила немая сцена. Мы с Честер смотрели друг на друга, Вахун на нас. Наконец заговорила Честер.

— Простите, господин Вахун. Я занимаюсь лечением, а не чудесами. И при всем моем уважении..

— Я понимаю необычность своей просьбы — перебил её Вахун. — но поймите и меня. В городе только и разговоров о чудесном исцелении Мари. И все знают, что в город её привезли с оторванной кистью. Вы с Линком не пришивали ей кисть, вы сделали ей новую руку. Все знают, что вы великая целительница, поэтому все в это верят. Я ещё достаточно молод и мог бы сделать ещё больше, имея здоровую вторую руку. Случай с Мари дал мне надежду. Я достаточно состоятелен и готов заплатить. Я очень надеюсь на вас!

Опять немая сцена и переглядки. Наконец Честер сказала:

— Тебе решать, Линк.

— С Мари не было выхода, а здесь рука есть!

— С Мари выход был — ампутировать, а здесь руки нет. То, что получилось раз, может получиться снова. А тут готовый пациент, согласный на всё. Представь, скольким людям ты можешь помочь, если научишься пользоваться своими способностями!

Мне и хотелось попробовать себя, и было страшно навредить вполне здоровому человеку. Заметив мои сомнения, Честер с Вахун вдвоем насели на меня и уговорили. Но я отговорил себе два условия — в случае неудачи Честер будет делать обратную ампутацию сама и ко мне претензий не будет. Второе — ежедневные проверки у леди Честер в течении месяца. Вахун тут же согласился.

Дальше пошло по накатанной. Вахуна уложили, я сделал блокировку руки, затем удалил культю и сделал копию целой руки. Затем заклинание высшего исцеление и проверка результата. С опытом начала повышаться и скорость. Операция прошла за четыре часа и уже к вечеру я очнулся. Честер рассказала, что если я был в трансе четыре часа, что уже было рекордом, то Вахун сидел в своем трансе не меньше часа, разглядывая и пробуя свою новую руку. А уж когда он на следующий день явился на заседание местного городского совета и демонстративно размешал ложечкой сахар в чае, слухи разнеслись по всему городу и к нам валом повалил народ. В основном молодые мужчины и женщины, которым судьба нанесла удар. С Честер я договорился, что платить они будут кто сколько сможет, а на время контроля будут отрабатывать у неё на дворе. Ущерба своим силам я не чувствовал, опыт возрастал. Так что вскоре операции на конечностях делал за час, а двор превратился в муравейник из счастливых мужчин и женщин. Пришлось придумывать большую переделку построек леди Честер, чтобы занять всех. Все были довольны.

Вскоре к нам стали приезжать из соседних городов, а через пару месяцев появились пациенты и из краевой столицы. Работали мы уже по двенадцать часов, а вылеченных некуда было девать. Пришлось новеньких отправлять на работы по благоустройству города. Ещё через пару месяцев среди пациентов стали появляться «странные». Нет, они, конечно, приезжали со своими проблемами, зачастую очень серьёзными. Но их отличали очень внимательные взгляды. Они старались не выделяться, но взгляд не спрячешь. Вскоре последовали сначала тонкие, а потом всё более настойчивые предложения переехать в столицу и начать практику в Академии. Мы с леди Честер очень многому научились друг у друга, но оба понимали, что главной целью был я. Я побоялся раскрывать секреты глубокого зрения, а без него создавать части тела не получалось. Делаться же чьей-то собственностью, даже ради благих целей, не хотелось. И я засобирался в дорогу. Новость эта мало сказать, что огорчила жителей, но удерживать меня никто не посмел. Лишь напоследок леди Честер спросила:

— Линк, теперь о тебе будут слагать легенды. Сравнить тебя мне не с кем. Под каким именем тебе хотелось бы услышать о себе?

— Линк, лорд красного креста и полумесяца — отшутился я, но Честер восприняла такой титул совершенно серьёзно.

— Лёгкой дороги тебе, лорд Линк.

Дорога и правда получилась лёгкая. После года напряжения мне сейчас никого не хотелось видеть. Поэтому я просто выехал за город и отправился куда глаза глядят, без дорог и планов. Продуктов было как минимум на месяц. А больше я ничего не боялся. С моими нынешними способностями и опытом достаточно было посмотреть на человека и он бы умер. Так что уже неделю я просто ехал по степи и наслаждался покоем.

Поужинав, развалился на попоне возле костра и прислушался к окружающей меня степи. Ночь была сказочная. Тихо, тепло, ни ветерочка, безоблачно. Небо сверкало тысячами крупных звёзд и прямо затягивало. Но я крепился. Почему-то у меня было нехорошее предчувствие, что если я сейчас впаду в транс от неба, то вполне могу очнуться где-нибудь между звёзд, а этого не хотелось. Мой последний опыт показал, что стоит мне впасть в транс от чего-то, то я могу получить новые знания и новые проблемы. Сегодня я их не хотел. Чтобы отвлечься, начал вспоминать дни, проведенные в Акане. Старался вспоминать только приятное. Наконец, добрался до Мари. Хорошо тогда получилось. И Мари вылечил и домик ей подновил. А как же я это делал? Просто хотел. А вот почему у меня получалось? Помнится, был какой-то особый огонь в груди. Не, на женщин я реагирую вполне традиционно и предсказуемо, но в тот раз было как-то по другому. Ощущение чего-то чистого и светлого, идущего изнутри. А что если попробовать повторно вызвать то состояние? Правда, кого выбрать в качестве объекта для чистого вожделения? Не леди же Вамп! Знакомых женщин здесь у меня было немного, да и отношения, в основном, были просто деловыми. А вот та богиня, что поцеловала меня в таверне, вполне подходит. Закрыв глаза, стал вспоминать. Не торопясь, черточку за черточкой, изгиб за изгибом, запах волос, вкус поцелуя. Вскоре в груди не просто горел огонь, а бушевал пожар. И желание обладать ею стало настолько нестерпимым, что я вдруг с невероятной силой захотел, чтобы она была со мной рядом. Непроизвольно я протянул руку и в шоке открыл глаза, ощутив под рукой упругую женскую грудь. Рядом со мной действительно лежала обнаженная богиня. Она спала. Но вот ресницы дрогнули, глаза сонно открылись. Несколько мгновений она недоуменно смотрела на меня, потом вокруг. Наконец начало появляться понимание ситуации. А уж когда она заметила мою руку, так и лежащую на её груди, во взгляде заплескалась ярость. Вскочив, она закричала: