Читаем без скачивания Возвращение седьмого авианосца - Питер Альбано

— Боже, — пробормотал Брент, — она намного старше, чем выглядит.

— Ей тридцать четыре. И насколько известно израильской разведке, а мы имеем достаточно пухлое досье на Фукико Хино, она провела несколько лет в Ливии в кругу марксистов различного толка, диссидентов и террористов и проходила подготовку в Эль-Хамре, где научилась умело обращаться с автоматом Калашникова, пистолетом Макарова, гранатометом, стреляющим гранатами РПГ—7, САМ—7 и с пластиковой взрывчаткой. В 1980 году она приняла участие в инциденте «Деметриос»…

Брент недоуменно спросил:

— Деметриос?

— Извините, энсин. Группа федаинов, палестинских партизан, загрузила греческий пароход «Деметриос» динамитом и ракетами и направила на Эйлат к побережью Рош Хашана, когда они узнали, что туда прибудет огромное количество израильтян на празднование Нового года. Они установили автопилот и покинули судно. К счастью, оно было перехвачено израильскими ВМС.

— И это сделала она? — не веря промямлил Брент.

— Она была вторым человеком после своего нового любовника Мухаммеда Абу Кассема. Мы называем его Надер.

— Дальше, — глухо попросил американец.

— Есть сведения, что в течение последних пяти лет ее видели на Кубе, в Сальвадоре, Чили, Ливане и Греции в качестве инструктора. Она также помогала разрабатывать план нападения на казармы морской пехоты в Бейрутском аэропорту.

Вмешался Фудзита.

— Благодарю вас, полковник Бернштейн. — Его глаза сконцентрировались на Бренте Россе. — Она оказалась умницей — одурачила нас всех, энсин. А умный человек учится в школе и не возвращается с пустой головой.

К Бренту обратился Мацухара.

— Вы мстили за нас там, на стоянке. А мы запомним Кэтрин Судзуки-Хино или кто бы она ни была.

— Правильно, — согласился Фудзита. И потом, растянув лицо в усмешке, словами, принесшими облегчение Бренту, самурай Фудзита подытожил: — Мы, японцы, превозносим месть — месть сорока семи самураев, но следует помнить, что нельзя требовать, чтобы она длилась вечно. Как можно реагировать на мгновения, когда жизнь есть не что иное, как череда мгновений? Нет, только долг по отношению к микадо — ясный, чистый и вечный — может выдерживать стремительный натиск времени. Давайте отставим это неприятное происшествие и заглянем в будущее — темное от грозовых туч новых опасностей. — Черные глаза сверкнули в направлении летчика. — Но Йосисан, если представится соответствующая возможность… — Оба японца улыбнулись друг другу.

Брент вздохнул, чувствуя, как давящая тяжесть тревоги упала с его плеч. Раздался стук в дверь, и адмирал кивнул энсину. Брент открыл ее и ввел кэптена Уилфреда Роудса и сопровождавшего его писаря с огромным портфелем.

— Извините, что помешал. Финансовый вопрос, — сказал докмастер, оглядывая рубку.

— Члены моего штаба. Можем обсуждать любой вопрос. Садитесь, — пригласил Фудзита.

Усевшись, кэптен достал из портфеля толстую пачку документов.

— Счета за ремонт, пользование доком, вооружение и топливо на сумму двадцать два миллиона четыреста пятьдесят шесть тысяч двести тридцать четыре доллара и двадцать один цент. И, как я понимаю, вы ожидаете, что мы заправим еще семь кораблей сопровождения. Наши PBY их уже засекли.

Марк Аллен с лукавым огоньком в глазах тихо спросил:

— А за что двадцать один цент, кэптен?

— Это всего лишь часть суммы счета, адмирал, — с жаром ответил Роудс.

— Счета оплатят, — сказал Фудзита. — Перешлите их в Национальный департамент по обслуживанию и ремонту техники.

— Не в Управление сил самообороны?

— Нет, кэптен. «Йонага» нарушает статью девятую Конституции Японии. Мы заявлены как памятник истории, — объяснил Фудзита. — «Йонага» зафиксирован в Регистре национальной техники. Счет вышлите им.

— Обязательно, обязательно. — И похлопав по портфелю, добавил: — У меня с собой для вашего сведения копии документов с постатейными расходами.

— Хорошо. Мой старший помощник их изучит. Можете вернуться к исполнению своих обязанностей.

— И еще, адмирал, — сказал Роудс, поднимаясь. — Корабли эскорта должны прибыть завтра.

— Знаю. Согласно моему приказу.

11

На следующий день листы были приварены, док затоплен, «Йонага» снялся с якоря и двинулся к югу от острова Форда, хотя из чрева корабля еще; доносились звуки молотков и пневматического инструмента — подчиненные капитана третьего ранга Фукиоки выправляли поврежденные переборки и ставили на место силовые балки. Герметичность третьего машинного отделения была восстановлена.

— Мы снова можем идти самым полным, — пробормотал Фудзита с мостика, откуда он смотрел, как восстанавливается целостность корабля. В этот момент первый из семи элегантных «Флетчеров» обогнул мыс Хоспитал и направился к военно-морской верфи к югу от места стоянки «Йонаги».

— Сигнальному мостику, — обратился Фудзита к телефонисту, — дать флажный сигнал: капитанам кораблей сопровождения — на флагман с докладом. — И покинул мостик.

Флагманская рубка была настолько заполнена людьми, что Брент Росс и Йоси Мацухара вынуждены были стоять. На другом конце стола, напротив адмирала Фудзиты, сидел кэптен Джон Файт, крупный, похожий на медведя мужчина с сильно поседевшими волосами над темными бровями, под которыми скрывались близко посаженные голубые глаза, светившиеся мягким юмором, но вместе с ним скрывавшие жесткость, если в таковой возникала необходимость. Бренту нравился этот человек. Он проявил огромное мужество в бою с «Бруклином» и даже вошел в Трипольскую бухту, что было связано со значительным риском, в бесплодной попытке спасти заложников. Брент узнал Райта, Люси и Козлова. Но присутствовали не все: отсутствовали Огрен и Уорнер, погибшие страшной смертью вместе со своими командами, атакуя «Бруклин» смелым торпедным ударом. Не было и Джексона, разорванного на куски, когда бортовой залп вражеского корабля попал в погреб с боеприпасами.

Совещание открыл Фудзита.

— Кэптен Файт, представьте ваших новых подчиненных.

Поднявшись, командир эскорта заговорил низким звучным голосом:

— Я сам подбирал их, — гордо сообщил он. — Все они выпускники Аннаполиса и опытные командиры эсминцев. — Потом Файт представил их. Хабер, Уайт, Маршалл, Фортино, Томпсон, Филбин, Джиллилэнд. Названные вставали, а их командир кратко рассказывал биографию. В них было много общего: у каждого по три нашивки, воевали в трех войнах и имели личные причины бороться с арабами. Одним из них было унизительно видеть Америку снисходительно относящейся к надменно усмехающимся диктаторам, другие ненавидели Каддафи и террористов. Жена Джиллилэнда погибла, когда арабы захватили DC—10 авиатранспортной компании «Трансуорлд эрлайнз». Все капитаны, судя по лицам, разменяли пятый десяток. Но, несмотря на возраст, их глаза и волевые подбородки выказывали силу и решимость. Настоящие бойцы, подумал Брент. Как Огрен и Уорнер.

— Вы загрузились топливом и провизией, кэптен Файт? — спросил Фудзита.

— Да, сэр.

— Вооружение?

— Каждое судно имеет пять пятидюймовых орудий главного калибра, кроме того, у нас есть скорострельные пушки вспомогательных — двадцати— и сорокамиллиметрового — калибров.

— Торпеды?

— «Марк-14».

Фудзита побарабанил пальцами по столу и обратился к адмиралу Аллену:

— Как насчет наших «Марк-48»?

Капитаны эсминцев начали возбужденно переговариваться.

— Мне сообщили, что они ждут нас в Йокосуке, сэр, — ответил Марк Аллен.

— Отлично! Теперь у нас будут настоящие торпеды, — заметил Файт.

— Вы знаете, что нас подбили русскими «пятьсот тридцать третьими» торпедами, — напомнил Фудзита, обращаясь к Файту.

— Да, сэр.

— С лодки класса «Виски».

— Да, нам известно и это, сэр. Неплохая торпеда, и даже арабы могут осуществлять радиоуправление ею.

— Мы можем противодействовать им новым походным ордером. — Согнувшись над столом, адмирал обрисовал строй эскорта, разделенный на дальнее и ближнее охранение. Дальнее охранение, контролирующее зону в пятнадцати километрах от авианосца, возглавит лидер эскорта, за ним в пяти километрах пойдут по три эсминца с левого и правого борта, соблюдая дистанцию три километра между собой, таким образом будут защищены не только нос и борта «Йонаги», но и корма. Остальные пять «Флетчеров» пойдут обычным строем: один впереди «Йонаги» и за кормой Файта, а остальные четыре — парами на расстоянии пятисот метров от бортов авианосца. — И, — закончил Фудзита, — старший помощник раздаст вам схемы данного ордера. — Капитан второго ранга Кавамото, пошатываясь, встал и вручил каждому пробитые дыроколом листы.

По-прежнему глядя на кэптена Файта, Фудзита продолжал:

— Пронумеруйте корабли от первого до двенадцатого и нанесите номера на носу. Вы остаетесь первым, кэптен. — Файт кивнул. — Разделите вашу группу на дивизионы: первый, второй, третий, четвертый.