— Конь в пальто! — громко крикнула я, продолжая танцевать.
— Все равно я узнаю, к каким секс меньшинствам ты относишься!
Юноша рассмеялся, а я подумала:
«Интересно, а как смеется Юрец, вернее, Юрий Юрьевич. Господи, ну и имечко! Наверное, он смеется как маленький мальчишка, непосредственно и непринужденно…»
Сменилась музыка, и юноша пригласил меня на медленный танец. Не успели мы сделать и нескольких па, как в зале появился Юрец и решительно направился к нам. Подойдя совсем близко, он оттолкнул от меня настырного юношу и тихо проговорил:
— Напилась, как черт знает кто… Смотреть тошно… Позволяешь себя лапать всяким проходимцам.
— А я могу и еще кое-что позволить! — с вызовомответила я.
— Я тебе сейчас так позволю, что ты не только без своего парика останешься, но и без головы!
Юрий Юрьевич схватил меня за руку и потащил к выходу. Я пыталась сопротивляться.
— Пусти! Ты не имеешь права со мной так обращаться!
— А он, значит, имеет…
— Кто он?!
— Тот самый пижон, который крутился около тебя!
Я резко остановилась и удивленно посмотрела на Юрца:
— Ты ревнуешь?! — Юрец покраснел:
— Ну точно, чокнутая! Я же знаю тебя всего несколько дней.
— Это не играет никакой роли. Ревновать можно даже тогда, когда знаешь человека всего один час.
— Это не про меня. Я так не умею. Я просто хотел предложить тебе свои услуги.
— Какие еще услуги? — опешила я.
Юрий Юрьевич смутился, но тут же взял себя в руки и невозмутимо произнес:
— Просто нам по пути, я еду на дачу. Можешь поехать со мной.
— Ты же собирался играть до утра?
— Денег жалко. Они же мне не с неба падают… — Юрий Юрьевич оглядел меня с ног до головы и сокрушенно покачал головой.
— Знаешь, а ты противная.
— Знаю, — легко согласилась я инаправилась к джипу.
ГЛАВА 15
Я сидела на заднем сиденье вместе с Малышом, смотрела в окно и размышляла о том, удастся ли мне выкопать шкатулку с деньгами, принадлежавшими Костиной любовнице. О своей доле этого клада я не думала. В конце концов это были не мои деньги, да и неизвестно, существуют ли они на самом деле. Не в деньгах счастье. Конечно, они дают свободу, право выбора и многое другое, чего никогда не заимеешь с пустым кошельком, но из-за них можно нажить и массу неприятностей.
Я вспоминала Антона и пыталась осознать, что его больше нет. Перед моими глазами все время возникал его образ.
— О чем думаешь? — неожиданно спросил Юрец.
— Думаю о том, почему ты согласился отвезти меня на дачу, — тихо ответила я.
— Я же сказал, что нам по пути.
— Ты едешь проверять свою жену?
— Зачем?
Юрцу явно не понравилось, что разговор принял такой оборот.
— Как это — зачем? Ты же всегда подозревал ее в неверности.
— Теперь уже подозрений нет.
— Как это?
— Так это.
Я чувствовала, что ему крайне неприятен этот разговор, но все же продолжала расспросы.
— Я что-то не поняла, с каких это пор ты перестал ее подозревать?
— С тех самых, когда поймал с любовником.
— Мне очень жаль, — еле слышно сказала я.
Его привлекательность волновала меня. Я пыталась понять, что это — просто желание завести небольшую интрижку, приятно провести время или за моим волнением кроется нечто большее. Возможно, Юрец тот человек, который сможет заменить Антона, человек, которого я так долго ждала. Может быть, именно с ним в моей жизни все встанет на свои места и у меня больше не будет одиноких ночей, холодной кровати и пугающей пустоты!
Поймав себя на этой мысли, я подумала, что, вероятно, выпила в казино лишнего, если мне в голову лезет подобный бред. Юрец посмотрел в висящее перед ним зеркало, наши взгляды встретились, и я невольно съежилась.
На даче Костиного отца нас встретила зловещая тишина. Дверь дома оказалась не запертой. Стоя на пороге, я вновь почувствовала холод преследующего меня взгляда.
— Тут никого нет, — громко сказал Кабан, вошел в дом первым и включил свет.
По всей вероятности, с моего последнего посещения дачи там никто не появлялся. Малыш брезгливо посмотрел на валяющиеся на полу бутылки. Я позвала Юрца в соседнюю комнату.
— Послушай меня внимательно, — заговорила я, стараясь быть как можно более убедительной, — прошу тебя, мне надо кое-что сделать в саду. Это займет совсем немного времени. Всего пару часов, а возможно и меньше.
Юрец посмотрел на меня взглядом, полным недоумения.
— Где ты должна поработать?
— В саду.
— Ты на самом деле чокнутая! — воскликнул он. — И какого черта я с тобой связался?
Я рассмеялась и тихо сказала:
— Ты связался со мной потому, что я совсем не похожа на других женщин. У меня удивительное лицо, удивительная фигура и удивительные повадки. Еще скажи, что ты совсем не хочешь меня схватить, сжать в объятиях и изнасиловать.
— Чего?!
Юрец расстегнул ворот рубашки.
— Да, именно изнасиловать. Наверно, именно так ты и поступаешь с другими женщинами. Но со мной все по-другому. Ты не можешь признать, что я особенная. И даже если ты когда-нибудь меня трахнешь, то это будет значить для тебя намного больше, чем еще одно имя в длинном списке женщин, с которыми ты спал.
Стараясь скрыть замешательство, Юрец прокашлялся.
— Послушай, я просто подвез тебя на своем джипе и не собираюсь торчать в этом доме и ждать, пока ты будешь копаться на участке.
— Но ты же не можешь оставить меня здесь одну!
— А почему бы и нет.
— Конечно, не можешь. Просто не хочешь в этом признаться. Ты же знаешь, какой страшный этот дом. Тут пропала моя подруга… В подвале лежит полуразложившийся труп женщины…
— Что ты от меня хочешь? — спросил Юрец и неожиданно улыбнулся.
— Я хочу найти мужчину, который поможет мне забыть прошлое, — призналась я.
— Хорошо. Только при чем тут я?
— Наверно, при том, что я увидела этого мужчину в тебе.
— Ты в этом уверена?
— На все сто.
Я притянула Юрца к себе и поцеловала. Юрец ответил на мой поцелуй. Я не испытывала угрызений совести перед Антоном. Я живу, дышу, значит, должна стараться не думать о прошлом. В конце концов мое прошлое — именно мое прошлое и надеюсь, что оно когда-нибудь меня отпустит. Я не знаю, что мне отпущено в этой жизни и где я буду в этот же день через год. Быть может, я буду отмечать его на одном из московских кладбищ, лежа в сырой холодной могиле, а может, я буду отмечать его с фужером шампанского на какой-нибудь роскошной вилле. Я не хотела, чтобы Юрец стал моей очередной ошибкой. Ошибки мне слишком дорого стоят. Юрец должен понять, что с ним случилось то, что случается не с каждым… Я вновь коснулась Юрца губами и прошептала:
— Ты меня чувствуешь?
— Конечно, я же не бесчувственный чурбан.
— Я поняла это сразу, как только увидела тебя. — Я тихонько засмеялась и укусила Юрца за мочку уха.
— Мне пора, а ты пока отдохни на веранде.
— Ты это серьезно? — опомнился Юрец.
— Серьезнее не бывает.
— Ты решила подкопать все ту же яблоню?
— Я всегда знала, что ты очень сообразительный мужчина, — отшутилась я.
Прежде чем пойти в сад, я попросила у Малыша сотовый телефон, чтобы позвонить родителям. Услышав мой голос, мама выдержала небольшую паузу и начала издалека.
— Вика, я даже не знаю, с чего начать… Нам с папой совсем не хочется тебя расстраивать. Ты и так столько пережила в последнее время…
— Мама, ты не должна от меня ничего скрывать. Говори, я слушаю.
— Дело в том, что Саша уже давно проснулся…
— И что? Он не заболел?
— Нет, нет… Он хорошо поел, посмотрел телевизор.
Я почувствовала неладное и закричала:
— Мама, ну говори, не тяни резину! Он на месте?! Его опять украли?!
— Да нет. Он дома. Просто Сашенька сказал, что, когда позвонили в дверь, он посмотрел в глазок и увидел своего отца. Именно поэтому он и открыл дверь. Ты же знаешь, он никогда не открывает посторонним…
— Он увидел Челнокова?!
— Да, хотя я сомневаюсь. Он сильно потрясен тем, что произошло, возможно, ему померещилось. Такое бывает…
— Все понятно. Ему ничего не померещилось. Мама, у меня к тебе большая просьба — не смей пускать Челнокова на порог и даже открывать ему дверь.
— Ты хочешь сказать, что он способен…
— Я ничего не хочу сказать. Я просто стараюсь уберечь вас всех от опасности.
— Саша говорит, что, когда он открыл дверь, Андрея уже не было. На него набросился кавказец и сунул ему под нос мокрую тряпку. Саша сразу потерял сознание.
— Я тебе еще раз говорю, не смей пускать Челнокова даже на порог!
