«Дерзай, Казанова…».
Глава 13. Дерзай, Казанова…
Ну-ка, по-быстрому надёргаю разноцветной, умирающей травки! Мы недолго шли молча, я собирал цветы чуть позади эльфийки. Арвен старательно делала вид, что не замечает моих потуг ей понравиться. Споро сплёл венок, подбежал и резко надел на голову высокой красавицы аляпистую, разноцветную мягкую корону. В милые, миниатюрные руки вручил пахнущий разнородными запахами пук сорванных цветков:
— Эта пара подарков уникальна, пусть они и почти ничего не стоят в местной валюте, — начал я велеречивый монолог низким, взрослым, мужским голосом с хрипотцой. — Знаешь, на свете не существуют одинаковых букетов или венков, они все немножко, но разные. Это в знак того, что ты индивидуальная личность, которую я уважаю и ценю. А ещё, Арвен, ты мне очень сильно нравишься. Я хочу сказать этими «зелёными» словами, которые можно потрогать, почувствовав их сладкое амбре, что ты мне не совсем безразлична. Арвен, ты для меня особенная, а я без ума от тебя. Возможно, я начинаю понимать такие банальные слова, как: «я влюблён». Ты примешь эту цветочную тиару на свою прелестную головушку? Да?! — девушка кивнула, немного засмущавшись и обомлев. — Значит, теперь и ты стала коронованной принцессой! Может ли принц крови взять тебя под ручку? А провести сквозь бескрайний Великий Лес, принадлежащий ему по праву рождения, как и все эти мои королевские земли окрест?
— Некоторые слова не поняла, но мне нравится! — улыбнулась Арвен, немного удивившись и покраснев, но руки не подала. — Ты явно делаешь успехи!
Да, я сам мало понимаю, что за околесицу только что произнёс, чёс какой-то! Но предложения сами собой всплыли из моей обширной памяти, а что это обозначает — объяснить забыли. Требовалось всё осмыслить, и понимание придёт, но это потом, когда-нибудь! Вслух же сказал иное:
— Букетик — это эстетика, цветочная композиция невербальных слов моего особенного отношения к тебе. Как жаль, что всё это завянет через день-другой, в отличие от моих чувств к тебе, Арвен! Но пока мы живы, я снова и снова буду дарить тебе полевые цветы. А ещё я готов ради тебя на всякие глупости, ведь мне срывает от тебя крышу.
Вручив цветы и тем самым освободив свои руки, я неожиданно подхватил девушку и закружил вокруг себя в безумном танце. Сам хохотал и её щекотал, пока и она вынужденно не заверещала от смеха.
— Поставь, пожалуйста, меня на место, — от попытки поцеловать её Арвен резко пришла в себя.
Видимо, слишком бурные у меня проявления чувств. Наверное, вспомнила, где мы находимся и кем я на самом деле являюсь. Я — типа раб, пускай и бывший. А она эльфа — госпожа из «высшей расы».
— Такой красавице, как ты, подарок «лук красавицы», он только для девочек! Выпал с той сучки Оспимэ. Колчан и немного стрел — хоть какая-то защита будет, — подарив ей лук, я снова схватил её в охапку, раз мне это так понравилось.
Лук красавицы (ранг редкий).
Требуется: уровень 16, только для женщин.
Урон 6–8.
Ловкость +2.
— Хватит! Хватит! Айк, прекрати, пожалуйста! — снова заверещала Арвен. — Сначала было удивительно, но теперь ты меня вконец засмущал. Всё слишком резко, попридержи коней, очень тебя прошу. Ты слишком переменчив и непредсказуем.
Но подарок эльфийка всё-таки приняла, с радостью рассматривая обновку. Быть в лесу совсем безоружной нельзя, это понимала даже целительница. А я сам к этому моменту подумал, что и вправду хватит, нужно немного притормозить. «Божья искра», возвращай меня назад, хватит с меня покамест этого мракобесия!
Мы с эльфийкой немного помолчали, оба переваривая разительные перемены во мне, но чуть погодя желание общаться вновь взяло над нами верх. Монотонный поход по лесу, продирание периодически сквозь кусты и острые колючки кустов надоели до чёртиков.
— Ты мне не веришь, а зря. Вчера пришлось прирезать мешавших мне двух рабов, а потом освободить четверых девушек, снарядить их и отправить на свободу в лес. Они умоляли остаться с ними. Говорили, что я буду с ними как в плотском, амурном раю, — рассказывал я свои фантазии, как будто они в самом деле имели место в действительности. — Предлагали назвать нашу группу «Боевым гаремом», а меня назначить своим султаном любви.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А ты чего? — ахнула Арвен, усмехнувшись.
— А я, как видишь, здесь, убежал к тебе… Ты объективно красивее всех виденных мною людей, гномок и эльфиек. А ещё, в отличие от рабынь, ты умна, образованна, с тобой есть о чём поговорить. К тому же не состаришься, а я уже сдохну, прожив свой человеческий век, когда ты всё ещё будешь обворожительной, молодой и желанной!
— Врёшь ты поди всё про отказ от четвёрки девчонок! Верни мне, пожалуйста, старого, привычного Айка!
— Зачем мне выдумывать такое? — скорее я немного переиначивал случившееся.
— Лучше подумай, что будем делать, если нас встретят эльфы в пути. Я — эльфийка в рванине, прямо как рабыня, а ты в более-менее хорошей и боевой одежде, но являешься представителем человеческой расы. Подумают, что ты меня взял в плен и…
— Я исчезну в невидимости перед встречей с ними?! Это же мой конёк, — пожал я плечами. — Но ты не исчезнешь, и тебе решат «помочь», а это неприемлемо. Придётся случайных, непрошенных «помогаек» убить. Но, подумай, из нас двоих воин — я, носить одежду с характеристиками и оружие, быть максимально усиленным тоже мне. И что делать?!
— Сама не знаю, лучше скрываться, но в городах и весях придётся меняться амуницией. Мне быть твоею хозяюшкой, когда рядом посторонние.
— Если что, я надену на себя рубище, оно скроет мою нормальную одежду снизу! И…
— Тихо, Айк, я опять это слышу! — прервала Арвен меня. — Этот заливистый лай собак все чаще повторяется, он всё ближе. Мы эльфы, в отличие от вас, людей и гномов, можем определять направление звука, даже если оно замусорено эхом, «белым шумом». Даже примерное расстояние до источника распознаём тонким слухом. Они всё ближе, идут по нашим… нет, по твоим следам. Что же ты натворил, Айк, на самом деле? Понимаешь, то убийство семерых деревенщин-эльфов — ничто для огромной империи Экумена. Пока бы следователи прореагировали, явились в деревню, обнаружили бы пропажу семёрки, пока всё бы закрутилось… нас бы давно и след простыл. Но ты не успел вернуться, а нас уже преследует. Пустили по нашим следам целую свору собак! Значит, за тобой тянется хвост иных, более тяжких преступлений. Ты убил кого-то важного? Дворянина, богача или прихватил что-то крайне дорогое и ценное?
— Понимаешь ли… — я решил признаться хотя бы в части своих бравых похождений, но меня вновь бесцеремонно заткнули:
— Не время для новых откровений, ноги в руки и за мной. Перейдём мост той бурной речки, попробуй сбить собак со следа. — Арвен припустила вперёд, и я устремился за ней.
И откуда у неё столько прыти взялось? Ведь болела давеча, передвигалась кое-как. Видимо, жить захочешь — выкрутишься и не так! Но чудес не бывает — не прошло и пятнадцати минут такого быстрого хода, как Арвен стала уставать, задыхаться и сильно замедлилась.
— Нет, мы так не уйдем от преследователей, причем с собаками, чующими наш запах! Арвен, ты запыхалась и не сможешь долго продержаться. — озвучил я само собой понятные вещи. — И я не брошу тебя, не волнуйся. Мы дадим… хотя какой мы? Какой прок с тебя — лекаря?! Я дам им бой, конечно, подставляться и просто так умирать не собираюсь. Не боись! Как ты говоришь, эльфы не умеют плавать и вообще боятся большой и быстрой воды? Я дам бой преследователям на мосту, такого они не выдержат: побегут или погибнут!
Чтобы хоть немного подбодрить утомившуюся девушку, я пытался тихо напеть ей песню.
Ещё немного, ещё чуть-чуть. Последний бой — он трудный самый. А я на Родину, домой хочу, Я никогда не видел маму!
